Ангел Мщения
Шрифт:
– Неужели у графа так мало домашнего скота, что его пастырь разгуливает тут без дела? Я была об этом иного мнения.
– Значит, в этот час он может обойтись и без своего нерадивого пастыря, – иронически заметил незнакомец.
Девушка внимательно окинула взглядом мускулистый торс мужчины, безусловно свидетельствовавший об упорном физическом труде, хотя руки его нисколько не походили на натруженные. Это были холеные, красивые руки с длинными пальцами, причем сильного человека. В общем, руки аристократа.
Заметив взгляд Ренаты, незнакомец спрятал руки за спину и вызывающе посмотрел на нее.
– Наверное, пастбище недалеко от гасиенды, правда? – вдруг осведомилась она.
– Так точно.
– И надо полагать, пастбища здесь весьма тучные, на которых пасутся откормленные стада. – В ее голосе звучала откровенная ирония, что сильно уязвило мужчину.
– Уж не хотите ли вы примкнуть к этому стаду, сеньорита? – в тон спросил и он.
– Отнюдь нет, – парировала Рената.
– Весьма жаль, – усмехнулся красавец. – На сей раз я был бы усердным пастырем и бдительно сторожил столь прелестную овцу.
– Разве вы пастырь овец?
– Да, – незнакомец бросил на Ренату многозначительный взгляд, – таких заблудших.
– Однако при вашей презентабельности можно было желать и лучшего. – Тонкая усмешка появилась на ее очаровательном лице. Несмотря на это, ему, похоже, нравилась она.
– Конечно, – сухо отрезал прекрасный Адонис. – Но я неприхотлив. Кстати, с кем имею честь беседовать? Раз уж вы знаете, кто я, то теперь ваша очередь мне представиться.
Черт возьми, он явно не походил на лакея! Определенно, так не мог говорить простолюдин. Внезапно Ренату осенило: «Вероятно, слуга просто набрался изысканных слов у своего господина и теперь корчит из себя кабальеро, подражая ему».
Она решила разыграть хитреца.
– Неужто вы не знаете сестру графа? – ехидно улыбнулась Рената, сверкнув зелеными глазами, в которых вспыхнули янтарно-золотистые искорки.
– Весьма слабовато, очаровательная лгунья, – вырвалось у него. – Ведь я хорошо знаю ее, и потому у вас этот номер не пройдет. Придумайте что-нибудь более убедительное.
– Значит, я его невеста, – не подумав, брякнула девушка.
– Верится с трудом. – Пастырь непроницаемо смотрел на нее. – Если мне не изменяет память, у хозяина до отъезда, кажется, была другая нареченная.
– Верно, – согласилась Рената. – Но у меня больше причин повести его к алтарю.
– Почему?
Судя по блеску глаз, было ясно, что пастыря сильно заинтересовало такое неожиданное признание.
– По-моему, вы слишком любопытны, пастырь, – вдруг выпалила Рената. Но, увидев в его глазах разочарование, добавила: – К сожалению, это мой маленький секрет, с которым я не могу ни с кем делиться.
– Надо полагать, вы просто передо мной бахвалитесь, сеньорита. – Пожалуй, он не воспринимал ее слова всерьез.
– Уверяю вас, что так и будет.
– Что именно, милочка?
– Граф женится на мне, – заявила Рената, пытаясь в этом убедить скорее себя, чем этого пастыря.
– В самом деле? – Глаза неправдоподобной синевы немного расширились, и только!
– Вне всякого сомнения, наш брак состоится, – с улыбкой подтвердила она, не сводя глаз с прекрасного Адониса. – Это только вопрос времени.
– Боюсь, вы льстите себя надеждой, – усмехнулся пастырь. Даже полуодетый, он был неотразим.
– Отнюдь, – возразила Рената и тут же себя выдала: – Ведь я собираюсь обольстить этого легендарного графа.
Какое-то время мужчина молча взирал на нее, после чего его темная бровь внезапно поползла вверх. Он был явно шокирован таким заявлением.
– Сомневаюсь, что хозяин бросит свою богатую невесту ради такой сомнительной личности, – небрежно промолвил он.
– Если вы видите меня впервые, пастырь, то это еще не значит, что я сомнительная личность, – холодно проговорила она. – Кстати, меня зовут Рената де Фонсека и я дочь друга покойного графа де Монтеса.
Судя по тому, как пастырь невольно застыл как вкопанный, эта новость его весьма поразила. Девушка этому несколько удивилась.
Вскоре его губы дрогнули в усмешке:
– А к вашим услугам Дарио Августо, тот мифический граф, которого вы намерены без любви охомутать.
Теперь пришла ее очередь превратиться в соляной столб. Пока Рената сидела в гамаке с открытым ртом, прекрасный Адонис непроницаемо взирал на нее. И, видя, как она пыталась прийти в себя от неожиданности, он лишь усмехнулся.
– Что вы такое несете, пастырь?! – наконец вскричала девушка. – Думаю, граф не стал бы разгуливать по парку в таком виде. Он же не индеец. И признаться, вам сейчас не хватает только боевой раскраски. – Она пристально посмотрела на него и уже не могла отвести взгляда, словно только что увидела его. Светло-коричневая поросль на обнаженной груди, спускаясь по плоскому животу, терялась в серых атласных штанах.
Святая Дева, как же она не заметила, что он одет слишком шикарно для черни?! Об этом говорили его длинные черные кожаные сапоги, начищенные до блеска.
– Почему не стал бы? – невозмутимо спросил мужчина.
– Молодой граф, как я слышала, истинный кабальеро, и он не может щеголять перед дамой в непристойном виде, выставляя напоказ груду мускулов.
– Уверяю вас, что перед вами собственной персоной граф Дарио Августо де Монтес, – решительно заявил прекрасный Адонис, с трудом сдерживая смех.
Рената заметила, как в больших глазах мужчины вдруг запрыгали веселые искорки. И это внезапно навело ее на мысль, что он, по всей вероятности, ломает перед ней комедию.
– По-видимому, вы просто шутник, пастырь, – сердито буркнула она, пиля его взглядом. – Если вы хотите заставить меня поверить в то, что сам владелец гасиенды стоит здесь почти нагишом, то не трудитесь напрасно. К вашему сведению, вам не удастся ввести меня в заблуждение.
Ее слова, видно, больно хлестнули его по самолюбию, так как красивое лицо незнакомца мгновенно побледнело.
«Черт возьми! – выругался он про себя. – Какая поразительная способность делать из мухи слона, доводя людей до бешенства!»