Чтение онлайн

– Ну, что там?

Мира бросила карту на стол:

– Трефовая дама.

Она увидела, как лицо женщины внезапно побледнело.

– Этого не может быть,– в смятении пробормотала она.

Мира развела руки в стороны:

– Даже не знаю, что сказать.

Зинаида Фёдоровна, казалось, не слышит её, думая о чём-то своём.

Несколько минут прошли в полной тишине.

– Давай сделаем так,– наконец сказала она,– я перемешаю колоду ещё раз, и ты снова потянешь три карты.

– Конечно,– быстро согласилась Мира.

Свет мигнул снова.

Хозяйка тщательно перемешала колоду, для верности срезав её в нескольких местах, и разложила карты на столе.

На этот раз, нисколько не сомневаясь, Мира решительно вытащила три карты.

Одна за другой на стол легла тройка пик, десятка червей и дама треф.

Поражённая, Зинаида Фёдоровна, молчала.

– Голос сказал, что я вытяну ещё одну карту,– тихо произнесла Мира.

– Какую именно?

– Джокер.

Хозяйка вдруг облегчённо выдохнула и улыбнулась.

– Дело в том, что это гадальные, а не игральные карты,– пояснила она,– так что джокера тут не может быть по определению. Бери любую карту и убедишься в этом сама.

Подняв одну из карт, Мира положила её перед собой.

Улыбающийся человек в шутовском колпаке и бубном в руках смотрел куда-то в сторону окна, за которым непрерывно лил дождь.

Резким движением Зинаида Фёдоровна смела карты со стола.

Медленно кружась и переворачиваясь в воздухе, они упали на пол картинками вверх.

Вся колода состояла из троек пик, червовых десяток и трефовых дам.

– Кто ты такая?

Мира удивлённо посмотрела на Зинаиду Фёдоровну.

– Зачем ты ко мне пришла?– последовал новый вопрос.

– Послушайте,– Мира не понимала, что происходит,– я…

– Уходи!– грубо оборвала её хозяйка, поднимаясь со стула.

Опустив руку в карман халата, она достала из него пятитысячную купюру и бросила её на стол:

– Забирай свои деньги и немедленно уходи!

– Вы не можете так поступить со мной,– глаза Миры наполнились слезами,– я не сделала Вам ничего плохого.

На секунду отведя глаза, Зинаида Фёдоровна тут же требовательно указала рукой на выход:

– Поднимайся и уходи! Нам больше не о чем разговаривать!

– Но Вы и так ничего не сказали,– возразила Мира, смахивая слезинки с глаз.

– И не скажу. Уходи или я вызову полицию.

– У меня сломан каблук,– Мира всё же поднялась,– разрешите хотя бы вызвать такси.

– Вызовешь на улице, адрес тебе известен.

Словно находясь в тумане, Мира оделась и вышла на общую площадку.

Дверь за ней с силой захлопнулась.

Спустившись на межэтажный пролёт, Мира прислонилась к стене и медленно спустилась по ней на пол.

Дождевые капли бомбардировали стекло с такой силой, словно намеривались разбить его.

Она слышала мерное постукивание колёс трамвая, медленно проезжающего под окном, завешанного белыми тюлевыми занавесками.

Трамвай громко просигналил, свет на миг погас, и в неожиданно образовавшейся вдруг тишине послышались лёгкие шаги.

Кто-то поднимался наверх.

Мира вскочила, уронив сумочку, подняла её, а когда выпрямилась, обнаружила напротив себя высокого мужчину.

Он внимательно, даже с каким-то интересом смотрел ей прямо в глаза.

– Что Вам всем от меня надо?– выкрикнула Мира, выплёскивая душевное напряжение, накопившееся за весь странный неудачный вечер.

– Новый расклад,– улыбнувшись, шепнул мужчина.

Этот голос было трудно не узнать.

Тихо застонав, Мира бочком протиснулась между стеной и стоящим мужчиной, бросилась к лестнице и побежала по ней вниз.

– Каблук!– предостерегающе прозвучал голос в её ушах.

Уже перепрыгивая через ступеньки, гонимая непонятным страхом, она почувствовала острую боль в ступне правой ноги и словно со стороны увидела, как летит на бетонный пол, покрытый истёртыми узорами.

Зрение вдруг стало необычайно острым, и Мира узнала в узорах изображения игральных карт.

Неожиданно они стали объёмными, закружились перед глазами разноцветным весёлым хороводом, а одна из них стала увеличиваться в размере.

Улыбающийся на ней человек кивнул головой, хитро подмигнул глазом и маленькие колокольчики, свисающие с шутовского колпака, мелодично зазвенели.

Человек ударил в бубен и тотчас раздался звон разбитого стекла.

Ворвавшийся с улицы ветер победоносно загудел, надувая тюлевые занавески всей своей мощью, сбросил на пол глиняный цветочный горшок и разметал по сторонам маленькие кусочки коричневого керамзита.

Джазовая мелодия наконец-то наполнилась завершённостью.

Она зазвучала громко и торжественно, её темп внезапно ускорился, словно невидимый дирижёр куда-то очень спешил и непременно, сей же час, прямо вот в эту секунду хотел поскорее покончить с затянувшимся концертом.

Высокая финальная нота эхом отразилась от потолка, и Мира вдруг чётко осознала: весь концерт был устроен только ради неё одной, и все обстоятельства этого непонятного дня переплелись между собой не случайно.

Успев выставить руки перед собой, она тут же погрузилась в темноту.

Темнота была плотной, ощутимо вязкой на ощупь, но неоднородной и кроме того пахла чем-то знакомым, но в то же время очень неприятным и Мире потребовалось некоторое время, чтобы разглядеть в ней все оттенки и цветовые нюансы.

Серые полоски справа как- будто бы прижимались к самому глазу, почти физически надавливая на зрачок, а слева, на небольшом расстоянии угадывалось пятно темнее, состоящее из маленьких плотных шариков.

Присмотревшись, Мира поняла, что шарики двигаются по чётко заданной траектории, меняясь местами, но при этом, умудряясь, не соприкасаться друг с другом.

Всё вместе это мешало разглядеть детали того, что находилось в глубине за ними.

А что за ними что-то есть, Мира почти не сомневалась.