Чтение онлайн

— Вы, барынька, не волнуйтесь сильно и извините нас за столь плохое обхождение. Дураки они, что с них взять. Не разобравшись ни в чем, глупость сморозили большую. Если обида у вас на них большая, говорите, не стесняйтесь. Накажем дураков.

— Вы, почему привезли нас сюда?! По какому праву?! Вы кто?!

— Кто мы, вам знать не положено. Да и не нужно, потому что в этом случае, судьба вас ждет незавидная.

— Вы…!

— Ну-ка, охолони, милая барышня! У меня к тебе есть вопрос, который сейчас все разрешит. Ответь правдиво и иди на все четыре стороны! Вопрос простой….

— Меня уже полиция ищет! Если вы сейчас же не отпустите меня, вас сошлют на каторгу!

— Не пугай! Был я уже там, а теперь, как видишь, здесь перед тобой стою. Мне нужен лист с нарисованной картой, который достался тебе от мужа. Где он?!

— Вы понимаете что сделали?! Убили человека! Вас уже ищет полиция!

— Не надо нас пугать, дамочка! Сами кого хочешь, испугаем! Итак, я снова спрашиваю: где карта?!

— Вы совершили преступление! Вас ждет суд…!

— Не доводи до греха, сука! — из голоса бандита исчезла вся напускная вежливость. — Говори, как на духу! Где карта?!

— Как вы смеете так со мной обращаться?!

— Тьфу! Дура! Не понимаешь по — хорошему! Что ж, тебе решать! У тебя еще есть время подумать, но только до того часа, пока хозяин не начнет решать твою судьбу. Ох, и долго ты умирать будешь, деваха! Вон посмотри на Степку с Пантюхой, на их душегубские рожи, и подумай, что они могут сделать с твоим мягким, нежным телом.

— Нет! Вы не можете со мной так поступить! Я…. — тут ее слова захлебнулись в громких рыданиях.

— Вы, парни, разберитесь с этим молодцом. Если мертв — уберите, а если жив, допытайте у него, откуда он про нас узнал. Что хотите, делайте, но узнайте имя иуды. Сам его на нож поставлю.

Потом послышались тяжелые шаги, затем раздался скрип ступеней, а с ним — шорох и писк потревоженных мышей.

— Ну что, Степка, проверим твоего покойника?

— Чего его проверять? Как кинули, вон так и лежит.

Сдвоенный стук подков сапог замер около меня.

— Переворачивай. Взяли!

— А тяжелый, как тот боров!

Меня перекатили на спину. В нос ударила смесь из едкого пота, перегара и резкого запаха прокисшей, давно не стираной одежды. Когда гнилая вонь ударила прямо в нос, а грубые руки прошлись на ощупь по моим карманам, я решил, что пора открывать глаза. Открылся только один, но и его хватило, чтобы увидеть нависшую надо мной голову с низким лбом и густой неряшливой бородой. В его черных глазах застыло удивление. Дальше все произошло чисто рефлекторно. Мощным ударом кулака я смял только начавший рваться крик вместе с гортанью. Бандит, хрипя, еще только начал заваливаться на спину, как я уже вскочил на ноги. Второй головорез, находясь в ступоре, инстинктивно отскочил в сторону, все еще тараща на меня глаза. В отличие от него, я не стал терять времени, нанеся мощный удар ногой. Толстая подошва ботинка врезалась ему в голень. Бандит с воплем согнулся, дав мне возможность нанести, многократно отработанный на тренировках, резкий и короткий удар в голову. Раздался хруст, и конвульсивно дергающееся тело с тяжелым шлепающим звуком рухнуло на пол. В следующее мгновение тишину прорезал истошный женский вопль. Следом раздался частый стук тяжелых сапог.

— Если, что с девкой случиться, на куски вас, аспиды, покрошу! Вы меня знаете!

Последние ступеньки бандит перепрыгнул, громко стукнув сапогами в пол и тут же замер, увидев меня. Когда удивление из его глаз ушло, он уже ничего не выражающим взглядом оглядел тела двух своих подельников. Один из них был уже покойником, а второй, дергаясь в последних приступах агонии, был уже на пути к смерти.

Только сейчас я разглядел главаря. Внешним видом, он походил на мелкого лавочника или купеческого приказчика. Возраст 45–50 лет. Черные сальные волосы, расчесанные на пробор, мясистый нос и пухлые щеки, наполовину закрытые густой, аккуратно подстриженной бородой. Крупное тело заплыло жиром и только глаза выдавали его волчью натуру. Несколько мгновений мы мерили друг друга взглядами. Несмотря на его внешнюю невозмутимость в его глазах плескался страх, который он сдерживал усилием воли. Его можно было понять. Неизвестно кто, почти труп, взял и с ходу положил двух его убийц.

— Шустрый ты, парень, как на тебя поглядишь. Двух таких матерых зверей завалил. Их полиция, который год ищет, а ты их разом положил. Ты кто?

— Конь в пальто!

— Вижу, не из наших ты. Это хорошо. Может, шпик? — он оценивающе бросил на меня взгляд — Нет. Тех насквозь вижу. Ты другой…. Денег хочешь?

— Нет.

— Почему-то так и подумал. Что ж, каждый сам идет своей дорогой и только Господь видит его жизненный конец. Видно пришло время проверить, чей срок длиннее.

С этими словами в его руке появился нож. Я замер, затем сжал кулаки и стал в стойку боксера.

"Он должен знать о боксерах или, по крайней мере, о кулачном бое. Значит, ему надо представить такого бойца".

Вслед моим мыслям по губам убийцы скользнула понимающая усмешка. Похоже, он попался на мою грубую уловку. Я стал осторожно подбираться к нему, забирая немного влево. Матерый бандит стоял на месте, настороженно ожидая моей атаки. Не доходя до него двух метров, я остановился и, покачивая корпусом, сделал вид, что готовлю атаку.

"Удар наноси вовремя. Жди своего благоприятного мгновения и лишь тогда вступай в бой. Если нет благоприятного стечения обстоятельств — создай их сам. Ты хитер. Отвлекай внимание противника. Затем атакуй. Молниеносно. Решительно. Без предупреждения".

Так я и сделал. Бросившись на нож, я заставил его думать о прямой атаке, а сам в тот же миг, резко отпрянув, нанес мощный удар ногой по голени. Убийца издал вопль и непроизвольно согнулся, подставившись под удар. Внезапно качнувшись вперед всей тяжестью своего тела, почти на лету я ударил его ребром ладони под ухо, и сразу отскочил. Лицо бандита побагровело, он покачнулся и с глухим стуком упал на пол.

— Они… мертвы? — неожиданно раздался тихий голос девушки:

Я повернулся на голос. Мария Владимировна, с заплаканным лицом, сидела на старом, со слезшим лаком на крышке, сундуке, у самой лестницы. На трех массивных столбах, подпиравших потолок, висели стеклянные фонари со свечами, освещая треть подвала.

— Надеюсь, — я посмотрел на лестницу, ведущую наверх. — Вы не знаете, там есть еще бандиты?

Она никак не отреагировала на мой вопрос, продолжая сидеть и смотреть на меня, и только спустя какое-то время снова заговорила: — Вы были как мертвый. Когда вас кинули на пол, я подбежала к вам,… а у вас половина лица залита кровью…. Вы как мертвый лежали….

Теперь мне стало понятно, что с моим глазом. Минуту пришлось потратить на то, чтобы стереть слюной засохшую корку крови, стягивающую правое веко.

— Так лучше?

Девушка кивнула головой.

— Так есть кто-нибудь наверху? — повторил я свой вопрос.

— Не знаю.

— А где Сашка Артист?

— Они его высадили по пути.

— Посидите здесь немного, пока я…. — но по ужасу, исказившему красивые черты лица, понял, что она не за что не согласиться на мое предложение. — Хорошо. Идемте со мной, только держитесь сзади.

Она кивнула головой, затем поднялась, сделала два шага и остановилась около лестницы, затем посмотрела на меня. В ее глазах стоял страх. Мне почему-то показалось, что какая-то его часть теперь относиться и ко мне. Подойдя к лестнице, прислушался. Наверху было тихо, и я стал осторожно подниматься. Выйдя наружу, быстро огляделся. Судя по большому количеству пустых полок, висящих на стенах, эта комната когда-то была кладовой. Стараясь как можно тише шагать, прошел через настежь открытую дверь. Передвигаясь из комнаты в комнату, я никого больше не нашел. Дом на окраине был убежищем только для двух убийц, что нетрудно было определить по матрацам и одеялам, лежащим на двух топчанах.

"Значит, третий бандит здесь не жил".

Только я направился к выходу, как вдруг понял, что упустил одну очень важную вещь, которая, вполне возможно, сможет навести меня на след, и я снова кинулся к люку в подвал.

— Мария Владимировна, побудьте здесь! Я скоро!

Девушка, еще не отойдя от приключившегося с ней ужаса, бросила на меня испуганный взгляд.

— Я же сказал — скоро буду! — и стал спускаться.

Сначала обыскал карманы убийц и ничего не нашел, за исключением мелкой монеты и пуговицы от пальто, после чего приступил к обыску их главаря. Находки меня порадовали. Около тридцати рублей монетами и мелкими купюрами в кармане штанов, которые оставил себе, затем вытащил из жилетного кармана массивные старинные золотые часы на толстой золотой цепочке. Какое-то время думал: брать или не брать, но потом решил вернуть их на место. В тот момент, когда я вкладывал их обратно, мои пальцы вдруг коснулись бумаги. Извлек ее. Это был обрывок листка бумаги, старый, сильно потертый, свернутый в четверо. Развернул. На ней был написан, корявым почерком, адрес. Улица, дом и квартира.