Чтение онлайн

Покраснев до кончиков волос, с прытью, которую и сама от себя в данный момент не ожидала, придвинулась поближе к рагнару и, сцапав его за руку, принялась изливать как душу, так и многочисленные слёзы.

– Прости меня, пожалуйста, - Кузя, прижал уши-локаторы к голове, явно не одобряя ведьмовского нытья.
– Я не хотела на тебя тогда кричать и выгонять из квартиры, просто... Просто...
– на этой "весёлой" ноте поток красноречия благополучно иссяк.

А что "просто"? Что могу сказать в своё жалкое оправдание демону, который, не взирая на мой паскудный характер, сразу же пришёл на помощь нерадивой ведьме, стоило только его позвать? Кстати, а каким загадочным образом Рафаил услышал незаконченный призыв, который я толком и сформировать-то не смогла?..

– Ничего, - высший демон повернулся к больной и, сжав мою ладонь в своих руках, ласково улыбнулся, при этом, его взгляд стал настолько тёплым, словно был соткан только из чувства любви, доброты и нежности ко всему сивому и убогому, - все имеют право на ошибку.

Стоило ему только закончить говорить, как меня было уже не остановить. Уткнувшись лбом в плечо рагнара, самозабвенно хлюпала носом и активно признавалась в вечной любви к Рафаилу и Кузьме, причём последнего клятвенно обещала раз в месяц кормить парной телятинкой. Опешивший Асука, соляным столбом замер посреди комнаты. Бедный, он даже не знал, что можно предпринять в сложившейся ситуации: как известно, женская истерика - дело затяжное и чрезмерно сопливое.

Возможно, хитроумного демона полностью устраивало подобное положение вещей, но вошедший в спальню Габриель, сразу же взял дело в свои руки, то бишь снова принялся командовать и строить из себя крутого мега-босса.

– Асука, сейчас соседи придут разбираться по поводу шума в квартире, наплети им чего-нибудь, а мы пока с нашим кукловодом пообщаемся, - ничтоже сумняшеся, Смерть толкнул в центр комнаты белобрысого мужчину и, даже не заботясь о моральном состоянии подчинённой, отвесил мне звонкую пощёчину.
– Приди в себя, малявка!

Размазав сопли и слёзы по лицу, позволила последнему всхлипу вырваться на свободу, а потом, собравшись с мыслями, и чувствуя пристальный взгляд ненавистного колдуна, задала заинтересовавший меня вопрос. (Нужно же моего фамильяра подождать, прежде чем начинать допрос мужика - хвостатику тоже интересно узнать кто это!)

– Рафаил, а как ты услышал, что я тебя позвала?

– Просто поставил маячок, чтобы знать, что с тобой всё в порядке!

Ой, какая прелесть... С чего бы вдруг такая доброта и забота, столь щедро изливаемые совершенно незнакомой, да ещё и хамоватой ведьме?..

– А вдруг мне просто пообщаться захочется или с Кузей поиграть?

Мамулька всегда говорила, что с мужиками нужно действовать хитро. Вот и сейчас, поглаживая умильную морду волка, попыталась добраться окольными путями до истинной причины такого тёплого отношения жестокого демона (чего только стоит вспомнить ужас Кровавой Мери при появлении Рафаила) к моей скромной и местами покалеченной персоне.

– Просто пройдёшь в соседнюю комнату, - спокойно ответили мне, но, заметив искренне недоумение на лице и полную готовность треснуть противного оппонента по голове, снисходительно пояснили: - Я никуда уходить не собираюсь... Ты мне задолжала за своё спасение!

Только хотела уточнить, что вконец обнаглевший демон имеет в виду, и с какой такой радости я ему буду оказывать посильную поддержку в плане бесплатной жилплощади, как в дверь позвонили. Почти моментально послышался виноватый стрекот хвостатика, из которого следовало, что мы с "братишкой" затеяли ремонт и попутно решили снести пару стен, чтобы расширить комнаты. Потому и пришлось некоторое время подействовать милым и таким замечательным соседям на нервы, за что мы дико извиняемся и ля-ля-тополя в том же духе ещё минут на пять.

Наконец, любопытство и скандальный порыв потревоженных шумом жильцов иссяк, и Асука присоединился к нашей развесёлой компании, которая уже с поистине гастрономическим интересом косилась на блондинистого мужика с козлиной бородкой и в квадратных очках в ужасной роговой оправе.

– Вася, тебе этот человек знаком?
– дождавшись пока фамильяр усядется на полу, скрестив ноги по-турецки, Габриель приступил к самой интересной части: кульминации загадочного дела.

– Нет!
– даже не задумавшись хотя бы на секундочку, выпалила я.

– А если хорошенько подумать?
– усилил напор Смерть и многозначительно повёл бровью, призывая включить мышление.

Уставившись на своего несостоявшегося убийцу, минут десять его самым наипристальнейшим образом рассматривал, но положительного результата так и не добилась. Наплевав на плачевное состояние организма, при посильной помощи Рафаила приняла вертикальное положение и подошла чуть ли не вплотную к кукловоду. Подёргав мужичка за бородку, походив вокруг него и даже понюхав - благо, что на зуб не попробовала, - всё-таки пришла к однозначному выводу:

– Извини, Габриель, но этот мужчина мне категорически незнаком!

– Господи, с кем приходится работать, - патетично взвыл начальник во второй раз за вечер, и поспешно вылетел из комнаты.

– Пс-с, - Асука умильно замахал хвостом, явно призывая нерадивую ведьму обратить на него своё монаршее внимание.
– Вась, на него морок накинут.

– И как его снять?
– и не надо смотреть на меня такими квадратными глазами, я никогда и не называла себя мега-крутой ведьмой.

– Всё, - примчался обратно Данька, держа в руках банан, - как только вернусь из отпуска, сразу же примусь за твоё обучение!

Небрежный взмах свободной рукой в сторону кукловода и нечто малопонятное, но явно относящееся к разряду заклинаний, потому что мужик покрылся лёгкой белёсой дымкой, и стоило ей только рассеяться, как перед нами нарисовался истинный облик временного хозяина Кровавой Мери.

– Борис Сергеевич?!?
– наши вопли со Смертью слились в один, отчего чувствительный к громким звукам волк жалобно занюкал и умильно прикрыл ушки лапками.
– Но... почему?

– Глупые идиоты!
– не смог себе отказать в удовольствии моего и Данькиного оскорбления преподаватель алгебры.
– Глупые, избалованные, богатенькие детишки... Ненавижу! Чтобы вы все сдохли!

– Отчего же такая горячая любовь к своим ученикам?
– Справившись раньше меня с изумлением, шеф бросил кожуру от банана на прикроватную тумбочку, удостоившись злобного взгляда от чистюли Асуки.

– Я не обязан перед тобой, паршивец, отчитываться, - гордо выпрямившись, Борис Сергеевич решительно сложил руки на груди, мол, хоть пытайте, но я и слова не скажу.