Чтение онлайн

– Да не вопрос, - когда упырёныш так улыбается, пусть даже и в чужом теле, у меня мурашки по коже забег устраивают, а сердце, соревнуясь в скорости с печенью, несётся в пятки, - тогда я вам предлагаю два варианта последующего развития событий: магия или банальное физическое принуждение?
– Преподаватель алгебры всё также хранил гордое молчание, поэтому Ласточкин сделал выбор за него.
– Рафаил, можно тебя попросить о помощи?

Отлепившись от подоконника, на котором до этого сидел, рагнар неспешно подошёл к отвернувшемуся мужчине, и с удовольствием врезал тому кулаком в солнечное сплетение. Согнувшийся пополам учитель, наверное, только у меня вызвал щемящее чувство жалости, потому что беглый осмотр физиономий участников расследования, не выявил ничего мягче "Чтоб тебе кирпич на голову свалился, скотина!".

– Это за Василису, - тихий, но довольно проникновенный голос рагнра пробирал до костей, - а это...

– Я ненавидел, как эту дурацкую работу, так и проклятых учеников, считающих, будто на них свет клином сошёлся, поэтому старательно изводящих преподавателей, и выбирающих себе понравившуюся игрушку!
– Мужика потянуло на откровенность, но стоило только демону отойти, как кукловод снова замкнулся в себе, предварительно подведя итоговую черту под своими чувствами.
– Ненавижу!

– Рафаил!
– кажется, Смерти понравилось командовать всесильным знакомым.

Повиснув на руке рагнара, притворно закатила глаза, старательно приковывая всё внимание сереброглазого парня к своей скромной персоне, в которой умерла великая актриса. Почувствовав, как меня крепко сжали в объятиях, позволила себе маленькую слабость в виде довольной улыбки, а потом повернулась к Борису Сергеевичу, намереваясь как можно быстрее закончить неприятный разговор.

– И... и кто из учеников был "патроном" вашей дочери?

– Откуда...
– Четыре удивлённые пары глаз вылупились на меня, а я же состроив мину, мол, свояк свояка видит издалека, выпуталась из рук рагнара и подошла к ссутулившемуся преподавателю.

– Кому вы хотели отмстить?

– Этот человек уже давно закончил школу, - Борис Сергеевич нехотя процедил ответ на поставленный вопрос, но заметив в непосредственной близости от себя кулаки Рафаила, стал намного сговорчивее.
– А эти глупые детишки, поверившие в сказочку о Кровавой Мери... Так им и надо, меньше будут оскорблять старших! Ох, как же я благодарен бабке за ту чудную книгу, в которой описывался ритуал призыва чёрной ведьмы.

– Что за бабка?
– сразу стал в охотничью позу начальник, но был некультурно мной перебит.

– Вы хоть понимаете, что натворили?
– жалость к морально сломленному мужчине затопила сердце, заставляя хрусталики слёз прочертить мокрые дорожки на щеках.
– Вы лиши родителей их детей, и забрали жизни ни в чём неповинных подростков!

– Тот козёл тоже забрал самое дорогое и единственное, что было в моей жизни! Кроме дочери у меня никого не было, а этот скот не только поигрался с ней сам, но и пустил по своим друзьям. Моя маленькая девочка не выдержала подобного надругательства и... сошла с ума.
– Перебив меня, учитель алгебры тихо проскулил страшный приговор.
– Когда её выписали из психиатрической лечебницы, Лена дождалась момента, когда меня не будет дома, и выпрыгнула из окна...
– Злобно сверкнув глазами, несчастный отец упал на колени и, ударив кулаком по полу, громко прокричал.
– Будь ты прок...

Метнувшись к обезумевшему от горя мужчине, попыталась зажать ему рот дрожащей ладошкой, чтобы не прозвучали роковые слова, после произнесения которых уже невозможно будет вернуться к прежней, нормальной жизни. Но, видимо, всё-таки плохая из Василисы Ласкиной ведьма, потому что Борис Сергеевич просто-напросто с силой оттолкнул меня и завершил начатое.

– ...лят, Егор! Я душу готов продать, лишь бы и тебе на этом свете житья не было!

Чёрная тень сгустилась вокруг тела вздрогнувшего от неожиданности мужчины, стоило ему только закончить говорить, и насмешливый голос с какими-то звериными нотками, звучащий, словно из небытия, деловито произнёс:

– Я принимаю твои условия и плату за исполнение желаемого!

Чернота стала такой сильной, что казалось, протяни руку и сможешь зачерпнуть её ладонью. Бросившись к испуганно вскрикнувшему где-то в её центре преподавателю, была оперативно перехвачена расторопным Асукой, который, несмотря на своё хрупкое телосложение, держал довольно крепко и отпускать подведомственную ему ведьму явно не собирался.

– Нельзя, Вася, нельзя - Борис Сергеевич теперь принадлежит Сатане...

– Нет! Нет!! Нет!!!
– Прекрасно понимая, что уже ничем не могу помочь несчастному мужчине, потерявшему ребёнка из-за чувства полной безнаказанности одного ублюдка, всё ещё старалась вырваться из железной хватки фамильяра, но всё было тщетно.

Чёрная тень исчезла так же неожиданно, как и появилась. Но теперь вместо живого человека, пусть такого паршивого и гнилого, как преподаватель точных наук, на полу лежал иссохший труп дряхлого старика, с остекленевшими, выцветшими глазами, в которых плескался ужас, а рот был открыт в беззвучной мольбе о помощи. Даже не проверяя пульс, можно было смело заявить, что Борис Сергеевич мёртв.

– За что боролся, на то и напоролся, - не преминул съехидничать Габриель, правда, увидев моё состояние "Порешу гниду, и не замечу!", быстро исправился: - но похоронить его всё равно нужно по-человечески. Рафаил, займёшься этим, ладно? А я пока Василису коньячком отпою.

Получив согласие рагнара, шеф спровадил вместе с демоном и Асуку, а сам потащил меня на кухню, как он обосновал свою мотивацию, проводить в последний путь Бориса Сергеевича.

Рюмка за рюмкой огненная жидкость попадала в истерзанный организм, который уже практически восстановился после стычки с Кровавой Мери, но вместо обещанного расслабления мне становилось только хуже.

Я старалась залить алкоголем чувство вины и горечи: как бы то ни было, но никто не достоин такой ужасной смерти, какая выпала на долю бедного преподавателя алгебры. Для Бориса Сергеевича жизнь и так была сущим адом, а теперь ему придётся вечность провести в Преисподней, даже не чая надежды на прощение своих грехов и спасение.

– Не зацикливайся на этом, - полупьяный начальник сжал моё плечо, стараясь поддержать своего временного заместителя, - каждый выбирает свой путь сам, и расплату будет нести только он.

– Габриель, какой же ты всё-таки жестокий, - пьяно икнув, опустила голову на скрещенные руки, лежащие на столе, и уже в полузабытьи услышала ответ босса.

– Профессия обязывает!.. Но ты, Василиса, не бойся - твоя светлая душа никогда не познает того, через что прошёл я. И ты останешься прежней, девочка, даже когда всё закончится...

АКТ 7

"Fairy*. Расплата за щедрость"

Не знаю, каким чудом Асуке и Рафаилу удалось всё провернуть, но проснувшись с диким похмельем и адской головной болью на следующее утро, я не застала ни разгрома в квартире, ни вообще каких-либо упоминаний о случившемся. Кое-как продрав глаза и ещё минут ...цать простояв под ледяным душем, более-менее пришла в себя, но это ещё не значит, что моя ведьминская светлость была готова к новым заданиям от начальника и очередным пакостям, в изобилии раздаваемой Судьбой-насмешницей.