Чтение онлайн

– Кто?

– Одна красавица в чешуе.

– Иззилль?

– Ага! Я ей сказал, что ты наверняка заявишься. Можешь её подождать в техническом зале восьмого яруса. Туда и нам и им доступ разрешён.

– Спасибо!
– прокричал, уже выбегая из зала, Андрий.

– Мда...
– Игнатий хмыкнул и вновь нырнул в гиперобъём.

Андрий вихрем взлетел на восьмой ярус и понёсся к техническому залу. Длиннющий коридор в этот раз показался ему бесконечным. Гранитные колонны, арки, своды, галереи мелькали словно в калейдоскопе. Юный ангел не мог понять, что с ним твориться. Что-то новое, непривычное рвалось из тела и заставляло лететь стрелой.

Наконец над очередным проёмом вспыхнула надпись “Зал технического контроля”, и Андрий распахнул крылья как тормозной парашют.

В зале было пусто. Андрий отдышался и уселся на узкую скамеечку. Сердце бешено колотилось, а в голове царил полный бедлам. Юный ангел попытался успокоиться и проанализировать своё состояние. Но не тут то было! Впервые в жизни ни разум, ни тело не желали ему повиноваться. Раз за разом он пытался ощутить гармонию души и тела. Но все попытки были безрезультатны. И тут разум поразила страшная догадка: “Господи! Да ведь это козни слуг лукавого! В этот зал они входят без проблем, а значит наверняка наставили ловушек!” От подобных измышлений Андрий разом вспотел. Он уже собрался с силами, чтобы встать и покинуть чистилище, но тут в зал зашёл дежурный серафим. Он коротко кивнул, посмотрел какие-то данные на настенной панели и, как ни в чём не бывало, вышел. У Андрия вырвался вздох облегчения. Поняв, что просто глупо себя накручивает, он мигом успокоился. И тут в зал зашла Иззилль.

– Привет!
– от восторга Андрий едва не взлетел к потолку.

– Привет! Не забыл меня?

– Что ты!

– Ну, мало ли... Давно не виделись. Как ты поживаешь?

– Хорошо.

– С тем курсовиком проблем не возникло?

– С тем-то нет, - и Андрий, вспомнив грядущий диплом, сник.

– А сейчас какие проблемы?
– Иззилль говорила спокойно и даже с совершенно непривычным участием.

– Дипломная работа, - Андрий с трудом подавил стон, - Но вот я не представляю, как её делать.

– Понимаю, - Иззилль изящным жестом обвила хвостом голени и таким же невесёлым тоном поведала: - У меня тоже курсовая. И тоже полный завал.

– А что у тебя за тема?

– Определение срока годности человека.

– Что?
– Андрий от удивления разинул рот, - Вы людей, что... готовите в пищу?!

– Что?!
– Иззилль засмеялась так, что настенные панно на мгновение изменили цвет, - Ты что! Я же говорю о моральном сроке годности. Это вполне обычное понятие. Как и ценность души.

– Адовое понятие, - поморщился ангел.

– Да. А ты не забыл, что я оттуда?

– Не забыл. Извини, пожалуйста, - и Андрий залился краской.

Иззилль страшно захотелось съязвить по этому поводу. Но глянув в полные праведного стыда очи, демонесса прикусила язык.

– Ценность и срок годности - это вовсе не адовые понятия. Это вещи из мира людей. Уж поверь мне. Хотя можешь и проверить. Не стоит думать, что мы отравили Землю. Увы, очень и очень многое перекочевало с Земли в ад. А вовсе не наоборот.

– Читал, - недовольно буркнул ангел.

– Неужели у вас есть такие книги?

– Конечно! У нас про вашу вотчину немало литературы.

– Воевать собираетесь?
– Иззилль внезапно погрустнела.

– Ну, вот зачем так, а?!

– Как?

– Смотреть как на врага!

– А мы не враги?

Андрий на несколько секунд задумался, а потом медленно проговорил:

– Я плохо понимаю во вражде. Но наш учитель говорит, что тот, кто ищет вражды - прежде всего враг самому себе.

– Интересно. Хочешь, я расскажу, как у нас преподают природу человека?

– Давай, - насупленно пробурчал Андрий.

– В каждом из людей живёт и человек и зверь - две противоположности. Одна - дитя разума и Бога, вторая - наследие животного мира. Это не добро и зло. Добро и зло - лишь невероятно упрощённые понятия реальности. Зверь доминирует в большинстве людей. Не спорь, это так. Почему? Потому, что вся деятельность человека направлена на кормёжку зверя - и страсти души, и болести тела, и желания разума. О чём думает человек? Только об этих вещах в бесконечности их реализаций. Да, он разумен. Но разумен как животное. Как ему искать братьев по разуму, когда своих настоящих братьев, животных, он безжалостно истребляет? Человек - дитя забывшее родителя. Забывшее Бога. В понимании подавляющего большинства, Бог - кто угодно, но только не ведущий тропой познания. Люди познают мир вынужденно, и зачастую очень печально и больно. И в боли своей обвиняют Бога.

– А как ему быть?
– от переполнявших чувств Андрий даже вскочил, - Как подтолкнуть невероятно ленивое дитя посмотреть дальше собственного носа? Вот и приходится ставить недорослям палки в колёса.

– Угу. Но люди даже этого не понимают. Они кормят зверя внутри себя, совершенно не понимая его природу. Кто-то, осознавая свою двойственность, пытается убить зверя. Это ошибка.

– Это ещё почему?
– ангел недоверчиво посмотрел на демонессу.

– Поясню на примере. Человек мается от стыда и осознания своих пороков. Он отрекается от них и начинает демонстративно жить чистыми поступками. И тут же начинает быть ненавидим своими соплеменниками. Эта зависть начинает кормить их зверей. Но человек борется. Он изнуряет себя постом и молитвой. Но зверь в нём не убит. Ему очень плохо, больно и страшно. И тогда зверь запросто может обрести силу для такого перерождения, о котором человек и помыслить страшится. Так праведники становятся жесточайшими палачами. Животная сущность - основа тела человека, на которой выстроено сознание. Нельзя разрушать эту основу. Нельзя! Нельзя изменять жизнь, убирая из неё что-то насильственно.

– Погоди! Как же тогда его трансформировать?

– Как?
– Иззилль смутилась неожиданным вопросом, - Возможно, нужно привнести что-то новое...

– Точно!
– Андрий от радости взмыл вверх и завопил во всю мощь: - Только привнесением нового!

Он подхватил удивлённую демонессу и закружил в воздухе. Но приближающиеся шаги серафимов заставили забывшихся студентов вернуться на скамейку.

– Ты абсолютно права!
– Андрий изо всех сил сдерживал клокочущий восторг, - Нельзя разбивать зеркало только потому, что у него чёрная изнанка. Зверю надо смотреть в лицо. Надо оседлать его! И мчатся на нём вперёд. Это не метафора. Даже на простейшем уровне люди умеют обращать негатив себе на пользу. Уж сколько раз переполненный страхом человек в миг переплавлял свой ужас в гнев и сметал непобедимого прежде врага.

– Ох, не торопись радоваться, - Иззилль покачала головой, - С познанием всё гораздо сложнее. Запрячь свою животную сущность работать на пользу разума очень непросто. Если вообще возможно. К тому же, в твоей теории не остаётся места для веры в существование Бога.

– Для веры в Бога или веры в существование Бога?

– Это разные вещи?

– Конечно! А ты этого разве не видишь?
– нежный доселе голос Андрия вмиг затвердел.

Иззилль молча отвела взгляд. Андрий с трудом подавил невесть откуда нахлынувший гнев и медленно проговорил:

– Прости, пожалуйста! Прости! Я позабыл, что ты дитя иного мира.

– Ничего, - Иззилль говорила необычайно тихо.

– Для веры в Бога всегда есть место. Вспомни Христа, - Андрий посмотрел в полные непонимания очи демонессы и пояснил: - Стать человеком в истинном понимании можно, только перешагнув через инстинкт самосохранения. Его преодоление и есть индикатор того, что индивид стал Человеком. Принятие Бога - это степень стремления души к свету.

– У нас эта степень и зовётся сроком годности души, - Иззилль слабо улыбнулась.