Чтение онлайн

После этой фразы зал тут же пришёл в движение. Волна удивлённого шёпота, обеспокоенного гомона и тут и там нарастающих споров в миг накрыла учёный совет. Архангел несколько секунд молчал, затем поднял ладонь. И зал тут же нырнул в тишину.

– Понимаю, что это совсем непростой вопрос. Возможно, кому-то он даже может показаться неразрешимым. Но это первейшая наша задача! И на вас, преподавателей и пестунов наших новых соратников, прежде всего ложится задача по её решению...

Тимофей горько сглотнул и опустил голову. Слабая надежда, что руководство даст какое-то послабление, помощь или хоть новые перспективы, разбилась вдребезги. Что делать дальше старик попросту не знал. Ему страшно захотелось уйти с этого заседания, и вообще исчезнуть из этого благословенного, но совершенно чуждого места. На какой-то миг он даже осознал себя тем самым “зерном тлетворного влияния”, и от этого ему невыносимо захотелось провалиться куда-то пониже адского пекла.

Но неожиданно чья-то мягкая ладонь накрыла стариковскую руку и вкрадчивый шёпот прошелестел:

– Уважаемый Тимофей, сейчас будут говорить о вашем курсе.

Старик затравленно кивнул и уставился на докладчика.

– В этом году на второй курс мы имеем полное право возлагать особые надежды. И дело здесь не просто в обновлении преподавательского состава и на удивление сильных студенческих групп. По предложению уважаемого Тимофея мы собираемся серьёзно сдвинуть акцент в сторону практических занятий. И первым мероприятием в свете новых решений будет проведение конкурсной работы в реальных условиях. Посмотрим, кто из второкурсников покажет наиболее высокий коэффициент использования божией благодати.

В образовавшейся паузе вырвавшийся тяжкий вздох эхом прокатился по залу...

***

Вдохнув словно при нырке на глубину, Тимофей распахнул дверь в аудиторию. Ясные глаза второкурсников как один повернулись в его сторону. Буркнув короткое “Зрасьте!” педагог прошаркал к кафедре. Водрузив перед собой объёмный фолиант, который старик таскал больше для самоуспокоения, посмотрел на молодёжь.

– Ну-с, молодые люди...
– Тимофей тут же закашлялся, осознав, что сморозил глупость.

Но никто и не думал смеяться. Старик не впервые оговаривался, называя ангелов людьми, и всё время корил себя за это. Ему было невдомёк, что бессмертная молодёжь в тайне немало завидует смертным. Юнцы поголовно заблуждались, считая, что только людям дарована невероятная свобода выбора. И тот факт, что учитель родился человеком невероятно подстёгивал их трудолюбие.

Откашлявшись, учитель продолжил:

– Должен вас обрадовать: руководство пошло навстречу моим пожеланиям и решило усилить практическую сторону нашей работы. И первой ласточкой станет конкурс на максимальный коэффициент использования Божией благодати. Так! Так! Пожалуйста спокойнее!
– напускная строгость в миг смахнула нарастающую волну восхищенного шёпота, - Ваши восторги будут куда уместнее после подведения итогов. А сейчас извольте успокоиться и внимательно выслушать! Конкурс будет проводится среди всех студентов второго курса. Вам даётся месяц на обдумывание вашей стратегии и неделя на воплощение. Количество отпущенной на это божественной энергии...
– и Тимофей осёкся, глядя как ученики затаили дыхание, - В общем, вы получите достаточное количество. Но!
– старик возвысил голос и даже воздел указующий перст, - Вы должны помнить, что находитесь в реальном мире. И ваши действия никоим образом не должны грубо вмешиваться в поток жизни и нарушать промысел Божий. Я, как ваш преподаватель, смогу только наблюдать. Исправлять же ваши оплошности я не в праве. Помните: вся ответственность за содеянное ляжет только на вас. Вы уже не дети. Так что конкурс будет также и проверкой вашей ответственности.

Произнеся эту тираду, Тимофей внимательно оглядел подопечных. И тут же сердце неприятно кольнуло. Солнце радостного восторга, игравшее на лицах слушателей начало тонуть в облаках страха. Чтобы хоть как-то сгладить момент старик резко сменил и тон и направление беседы:

– Ну, до конкурса ещё далеко, и времени на подготовку достаточно. А чтобы вас лучше подготовить, начнём с повторения пройденного. Итак, определим, что такое счастье. Счастье - это состояние совершенного удовлетворения во всех аспектах жизни. Исходя из природы человеческой, можно выделить два полюса счастья, где оно абсолютно. Первый полюс - это счастье человека, живущего в гармонии с внутренним миром, с разумом занятым решением величайших задач, с душой, истово верящей в Бога. Для такого человека любое потрясение, связанное с окружающим миром - пустяк. Его не заботит достаток, мнение окружающих, состояние здоровья. Даже смерть он принимает с умиротворением. Второй полюс - это счастье человека, живущего только животными позывами. Для него счастье - это неисчерпаемые богатства, неограниченная власть, бесконечно сменяющиеся женщины, страх в глазах других мужчин, личная неприкосновенность и безделие...

Тимофей всмотрелся в учеников внимательнее. Школяры сопели от усердия, прилежно записывая слова учителя. И только две пары глаз не были устремлены в тетради. Откинув длинные белые космы назад и подперев голову тощей рукой, Андрий устремил взор в потолок. Что-либо слышать погружённый в мечты ученик был не способен. Это старый учитель знал преотлично. Вторым был Игнатий.

Преподаватель на мгновение поймал его взгляд. И он старику очень не понравился. Холодные искорки самодовольства словно снежинки замораживали всеобщее тепло душ. Тимофея аж передёрнуло. Он закрыл глаза, несколько раз глубоко вдохнул и продолжил урок.

– Итак, безделие, власть и похоть. Нет, дорогие мои, это полюс не счастья, а псевдосчастья. Так как в этом случае индивидуум все равно страшится смерти. Он может сколь угодно хорохорится, глядя в жерла орудий, готовых открыть огонь, но в душе испытывать страх. Между этими полюсами лежит счастье миллиардов обывателей - людей, считающих себя хорошими, но заботящихся в первую очередь о благе тела, а не души. То, что они считают себя существами положительными, моральными и обязательно справедливыми, таковыми их вовсе не делает. Ибо даже самые благие мысли их вступают в противоречие с делами и поступками, направленными на задачу максимально хорошо устроиться в жизни. Это, на первый взгляд нелогичное противоречие, очень просто объяснить. Дело в том, что любые попытки взаимодействия с обществом с целью улучшения социального статуса в обязательном порядке приводят к нарушению гармонии душевных ориентиров. Этот диссонанс периодически выплёскивается в окружающую реальность. И тогда человек чувствует себя несчастным. А после утешается глупой фразой, что жизнь дескать полосатая, и с этим ничего не поделаешь...

***

Месяц пролетел незаметно. И чем ближе подходил срок начала конкурса, тем заметнее было волнение на лицах студентов. Погружённые в собственные замыслы они бродили по академии, тихо что-то бормотали, некоторые сбивались в стайки и горячо спорили. Вся академия встала с ног на голову. Многие коллеги с осуждением относились к конкурсу и высказывали Тимофею массу негативных доводов. Но куда больше преподавателей восприняли новацию с восторгом. Освежить патриархальный кисель академической мысли - об этом мечтали давно. И вот кисель грозил превратиться в растревоженный улей. Тимофей понял это когда однажды ночью зашёл в читальный зал. Обычно служивший прибежищем трёх-четырёх мающихся бессонницей стариков теперь же он полнился шумной вознёй студенческой братии. И даже повидавший всё на своём веку библиотекарь счел своим долгом пожаловаться Тимофею:

– Что ж это такое, уважаемый? Я уже все ноги сбил, ходя между рядами с увещеваниями вести себя потише. А ведь ночь на дворе! Ну, куда это годится?!

Но Тимофей только развёл руками.

И вот настал день старта конкурса. В предыдущую ночь Тимофей не сомкнул глаз. Нет, он вовсе не томился волнением. Всё, что могло, уже перегорело за месяц ожидания. Отвечая на вопросы на ежедневных консультациях, Тимофей отлично представлял, что задумали ученики. Весь месяц он старательно прятал улыбку, слыша, как наивно детишки пытаются спрятать замыслы. Простодушным юнцам собственные бесхитростные вопросы казались верхом шпионской хитрости.

И только Игнатий и Андрий ни разу не обратились к преподавателю. Волнение старика росло как снежный ком. Но когда в последний день студенты представили заявки на божественную энергию, учитель не выдержал. Ворвавшись в кабинет архангела, Тимофей завопил прямо с порога:

– Конкурс надо отменить! Отменить немедленно!

Гавриил удивленно уставился на всклоченного сильнее обычного Тимофея. Но, не перебивая, выслушал выспренную и сбивчивую речь. Когда же силы оставили старика, осторожно заговорил:

– Успокойся, пожалуйста. Я тебя понял. Но и ты выслушай меня. Не так давно ты настаивал на обязательном обучении ребятишек в реальном мире. Не на выполнении практических работ, а именно на переносе всего процесса обучения. Так? Так! А теперь ты говоришь, что это опасно. И чем ты мотивируешь? Тем, что Андрий заказал рекордно большое количество энергии, а Игнатий невиданно малое? Тебе собственное поведение не кажется смешным?

– Нет, не кажется! Я нутром чую, что ничего хорошего из их затей не выйдет!