Ангелы. Дети ночи
Шрифт:
– Ваша задача! – ангел рывком поднял себя, и оседлал «козла». – Держать себя в форме! Выходить под присмотром на поверхность, чтобы искать тех, кто остался там. Меченных.
– Как их узнать?
– По месту дислокации. Разведданные будут сообщать, где искать те или иные объекты. У вас будет доступ к базе данных выучите имена, запомните лица. И приведете оттуда!
Хоть и было объяснено, что люди не под землей, палец ангела все же указал наверх. Там – значит, там!
– Вас экипируют, выдадут оружие. Но даже не вздумайте строить из себя Рэмбо! Первый же Сталлоне ляжет под скелета, как целка! Наверху – еще раз! – первоочередная задача: поиск таких, как вы – меченных, и доставка их в центр «Бета». И еще! – Грегор понизил голос. – Мы не смотрим на цвет кожи, разрез глаз или длину языка. Мы берем всех, кто помечен. И всех – в карантин.
– Болеют…
Кто-то пошутил тихо, но ангел услышал.
– А мы их вылечим! Дальше!
Грегор замолк, отмечая, что лишь четверть группы скрупулезно записывают то, что им говорит куратор. Остальные – щелкают клювом.
«Кандидаты!» – нарек их ангел и продолжил.
– Вы все – кандидаты в ряды карантинщиков. Потенциальные ловушки для скелетов. Лакомые кусочки для пожирателей энергии. Вы для них – еда. Только попробуйте преподнести им себя на десерт! Ни одного из вас я до карантина не дотащу! Не подумаю! Расстрел на месте или остаетесь в болоте. Всем ясно?!
– А как узнать, человек одержим или нет?
– По ласковому взгляду, милый! – ответ снова развеселил зал. – Он захочет тебя сожрать! Понятно?
Не дожидаясь ответа, ангел соскочил с «козла».
– Второстепенная задача! – с натугой проговорил куратор. Следующим облюбованным им снарядом стал турник. Еще никто из группы никогда не слушал лекцию от подтягивающегося препода. – Собираем список пожеланий от наших переселенцев: шмотки, книги, конспекты, анализы, бабушкины дневники и амулеты. Все, вплоть до любимых плюшевых медведей! Что?
Подняв руку, один из слушателей привлек внимание куратора и заставил его прервать занятие.
– Могу ли я поставить планшет на запись?
– Что, солдат, приспичило? – ангел стал похож на беса, когда презрительно бросил слова в парня.
– Так точно! Приспичило тоже подтянуться пару раз!
В толпе будущих оперативников раздались смешки: кто-то мгновенно встал на сторону товарища, сумевшего пристыдить препода-хама, кто-то хмыкнул, мол, не фиг выпендриваться, кто-то тоже возжелал не сидеть, а совмещать полезное с полезным.
– Имя!
– Павел Черный!
– На ринг, Черный!
Ринг сделали импровизированный: слушатели подвинулись, расселись по контуру матов, образовав равносторонний прямоугольник. Грегор показал пример, стянув через голову футболку, заставив многих девушек закусить губу. Но когда разоблачился Черный, губы закусили и некоторые парни. От зависти.
Противники были равны по росту и ширине плеч, но Павел слегка превосходил в мышечной массе своего куратора.
– Рассказываю! – ангел сделал выпад и провел ряд ударов. Парень умело блокировал и наступал. – Мы собираем не только шмотки, но и информацию! Аналитикам надо давать пищу… Выходим только по ночам.
Успевая говорить в перерывах между комбинациями ударов, Грегор восстанавливал дыхание и снова наступал.
– Почему по ночам?
– Потому что мы – Ангелы. Дети ночи.
Загадочный пространственный ответ заставил толпу заволноваться.
– Двери открываются только ночью. С первыми лучами солнца, когда тени от надгробных плит становятся короче, проход в наше измерение автоматически защелкивается. Если вы остались там, вам придется продержаться день. И как только тени станут длиннее вас самих – калитка распахивается. Уф…
Удачный выпад Черного сбил дыхание ангела. Толпа удовлетворенно загудела.
– Проход есть только на кладбище?
– Проходов много, но мы используем этот.
– Но про это кладбище знает враг! – крикнувшая девушка точно знала, что говорит. Она сама, нехотя, но привела нескольких скелетов к кованному забору и видела, как они отступили. – Они точно знают!
– Знают, да… – Грегор вывернулся, успешно подсекая противника и роняя его на пол.
– Ну, тогда, разве не проще им сравнять кладбище с землей и закрыть нас здесь, как в консервной банке?
– Нет, не проще! – ангел остановил бой, направился к шведским стенкам, по дороге требуя вернуть свою одежду. – Сравняй они с землей кладбище, и тогда им придется искать новый выход из норы. Им выгоднее делать засады.
– А они делают?
– Нет, не делают, – подойдя к снарядам, Грегор извлек буквально из ниоткуда полотенце и бросил его своему противнику.
– А почему не делают?
– Предположительно потому, что глупых скелетов много, но они вечно голодные и недалекие. Их надо контролировать, а генералов нет. Выгоднее держать мелких в городе, где есть еда. И ждать нас. Мы к ним сами, рано или поздно, придем.
– Так, значит, вовсе они не глупые, – отметил Паша Черный, вытирая руки полотенцем и отдавая его куратору.
– Глупые или не глупые, это выяснят наши аналитики и лабораторные мышки. А теперь – самое интересное!
Грегор заставил всех развернуться в одну сторону, манипуляцией на планшете явил народу под дружные восхищенные возгласы бетонную стену, разрисованную мишенями, и отодвинул ее на несколько десятков метров.
– Аз есть юсь…
Стоя спиной к аудитории, Грегор смотрел на мишень, опустив руки к полу, его губы шептали короткие слова, а на кончиках пальцев заплясали искры. И чем больше повторял слова ангел, тем ярче становился огонь в его руке, пока, наконец, не превратился в искрящийся шар размером с яблоко.
– Поберегись! – скомандовал невидимому противнику куратор, и запустил шарик, с силой замахнувшись. «Яблоко» пролетело метра три и упало на бетон.
«Букхгр-р-р» огрызнулось покрытие, на котором после контакта с шариком осталось черное пятно метром в диаметре.
– Вот… Демонстрация окончена, – Грегор обернулся к слушателям и отряхнул ладони. – Запомнить всем: «аз», «есть», «юсь»! Молчать!
Конечно же, не дождавшись команды, все без разбора начали шептать заветные слова.
– Вы – дебилы?! – Грегор направился к месту, где совсем недавно был ринг. – Идиото-хромосомо! – бурчал он себе под нос, пока шел на середину зала. – Поднимайте рабочую руку!
Ангел был раздражен. Но еще больше его раздраконили те, кто не понял приказа, и сейчас сидели и спрашивали у соседа, что за рабочая рука? Кто-то пошло пошутил, но под гневным взглядом куратора волна смеха так и не тронулась с места.
– Мать вашу, я же сам вас отбирал! – прошипел ангел, оглядываясь на сидящих у его ног студентов. – Деградировали за пару месяцев? Руки!
Лес верхних конечностей уткнулись в потолок.
– Теперь говорим «аз-есть-юсь» и думаем про ушлепков, которые испортили вам жизнь!