Чтение онлайн

Нам нужен информированный патриотизм. Хорошо ли мы учим наших детей тому, что такое Америка, что она собой представляет в истории мира. Те из нас, кому сейчас немногим более 35 лет, выросли в другой Америке. Нас хорошо учили тому, что означает быть американцем. И мы впитали в себя почти с молоком матери любовь к стране и восхищение ее общественными институтами. Это чувство воспитывалось в семье, в доме по соседству, от чьего-либо отца, который воевал в Корее, или в семье, которая потеряла кого-нибудь в Анцио. Вы могли научиться чувству патриотизма в школе. А если все же вы не смогли воспринять это чувство таким путем, то все равно оно впитывалось из общественной культуры. Фильмы воспевали демократические ценности и твердили о том, что Америка – это нечто особое. То же самое делало и в середине шестидесятых годов телевидение.

Но сейчас мы вступаем в 90-е годы, и положение вещей несколько изменилось. Молодые родители не уверены, что безоглядное восхищение Америкой – это именно то, чему нужно учить современных детей. А для тех, кто создает общественную культуру, глубокий патриотизм тоже уже не в моде. Наш дух вернулся, но утвердить мы его еще не успели. Нам нужно проделать работу для того, чтобы все поняли, что Америка – это свобода, свобода слова, свобода совести, свобода предпринимательства. Свобода – это нечто особое и редкое. Она хрупка и нуждается в защите.

Поэтому мы должны учить историю, основанную не на том, что сейчас в моде, а на том, что важно: почему переселенцы пришли сюда, кто такой был Джимми Дулитл и что значили те 30 секунд над Токио. Четыре года назад, когда отмечали сороковую годовщину высадки десанта в Нормандии, я прочитал письмо молодой женщины, которая писала о своем покойном отце, сражавшемся на Омаха-Бич. Звали ее Лиза Зонатта Хен. Она писала: «Мы будем всегда помнить, мы никогда не забудем, что сделали ребята в Нормандии». Ну что ж, давайте поможем ей сдержать слово: если забудем, что мы сделали, мы не будем знать, кто мы. Я предупреждаю вас о недопустимости искоренения американской памяти, которая неизбежно приведет к подрыву американского духа. Давайте начнем с основных вещей: больше внимания американской истории, больше внимания гражданским традициям. И позвольте мне преподать первый урок об Америке: все великие перемены в Америке начинаются за обеденным столом. Дети, если ваши родители не рассказывают вам о том, что значит быть американцем, попросите их об этом, заставьте их рассказать. Это будет очень по-американски.

Вот, пожалуй, и все, что я хотел сказать сегодня. Кроме одного. В те несколько дней, что я стоял у того окна, размышляя, я думал о «сияющем городе на холме». Это фраза принадлежит Джону Уинтропу, который этими словами выразил свое понимание Америки. Его взгляд важен потому, что он был одним из первых переселенцев, человеком свободы. Он приплыл сюда, по нынешним понятиям, на маленькой деревянной лодочке, и, как и другие переселенцы, он искал место, где был бы свободен.

Всю мою политическую жизнь я говорил об этом «сияющем городе», но я не знаю, сумел ли я точно донести то, что я видел. В моем представлении это был красивый город с многоэтажными домами, прочно стоящий на скалах в океане, продуваемый ветром и благословенный Господом. Его наполняли люди всех рас и национальностей, которые жили в гармонии и мире, это был город со свободными портами, где стояли корабли, и бурлила трудовая жизнь. И раз уж у этого города были стены, то в этих стенах были ворота, открытые для всех, у кого было достаточно воли и доброго сердца, чтобы прийти сюда. Вот так я представлял его себе и представляю сейчас.

Мы сделали свою часть работы. И прежде чем я покину этот зал, я хочу сказать свое последнее напутствие тем, кто осуществлял рейгановскую революцию, тем людям по всей Америке, которые в течение восьми лет трудились, чтобы вернуть Америку на правильный путь. Друзья, мы этого добились. Мы не просто отбывали время. Мы все изменили. Мы сделали город сильнее. Мы сделали город свободнее, и мы оставляем Америку в хороших руках. В конце концов, все идет неплохо, совсем неплохо.

Итак, до свидания, и да благословит вас Господь, да благословит Господь Соединенные Штаты Америки.

Основа всех противоречий, как мне кажется, в следующем: либо есть возможность воспользоваться плодами своего труда, либо правительство имеет преимущественное право тратить, тратить и тратить.

Федеральное правительство забрало себе слишком много денег от налогоплательщиков, слишком много власти от штатов и позволяет себе слишком свободно расправляться с конституцией.

Правительство не решает проблем, оно финансирует их.

Во что верят наши критики, так это в то, что сидящие в Вашингтоне лучше знают, как расходовать ваши деньги, чем знаете вы сами, чем знает народ. Но мы не позволим им сделать этого, и точка.

Лучше всего большое правительство смотрится в зеркальце заднего вида машины, уносящей тебя прочь.

Мы не можем прикидываться наивными в наших международных делах. Весь мир далеко не наивен.

Людям со слабыми нервами, неуверенным в себе, скажу: если вы боитесь будущего, посторонитесь. Народ этой страны снова готов двинуться дальше.

Маргарет Тэтчер – 71-й премьер-министр Великобритании в 1979–1990 годах

Мы, британцы, наследники европейской культуры, как и любая другая нация. В нашей истории связи с континентальной Европой были доминирующим фактором. В течение трех столетий мы были частью Римский империи, и наши карты до сих пор пересекаются прямыми дорогами, построенными римлянами. Наши предки – кельты, саксы, датчане – пришли с континента. Наша нация претерпела изменения в XI–XII вв. в период правления норманнов и анжуйской династии. В этом году мы отмечаем трехсотлетнюю годовщину Славной революции, во время которой британская корона перешла к принцу Вильгельму Оранскому и королеве Марии. Посетите великие церкви и соборы Британии, прочтите нашу литературу, прислушайтесь к нашему языку – все свидетельствует о культурном богатстве, полученном нами из Европы, а другими европейцами – от нас…

Мы в Британии справедливо гордимся тем, что, начиная с Великой хартии 1215 г., прокладывали путь в создании и развитии представительных институтов, ставших бастионами свободы. Мы гордимся также тем, что в течение многих столетий Британия была домом для тех людей из континентальной Европы, которые искали убежище от тирании. Но мы сознаем, что сумели добиться столь многого лишь благодаря политическим идеям, которые пришли к нам из Европы. Из классической и средневековой мысли мы позаимствовали ту концепцию правления закона, которая отличает цивилизованное общество от варваров. А идея христианского мира, который долгое время был синонимом Европы, с ее признанием уникальности и духовности природы человека, по-прежнему является основой нашей веры в личную свободу и другие человеческие права.

История Европы часто представляется нескончаемым потоком войн и распрей. Тем не менее, если оглянуться назад, то сегодня больше всего поражает наш общий опыт.

Например, история о том, как европейцы исследовали, колонизировали и цивилизовали большую часть мира, свидетельствует об их чрезвычайно высоких талантах, умении и мужестве…

Британцы играли в Европе особую роль: в течение многих веков мы боролись против установления на континенте гегемонии какой-либо одной державы. Мы сражались и умирали за свободу Европы. Всего лишь в нескольких милях отсюда, в Бельгии, лежат тела 120 тыс. британских солдат, погибших в Первую мировую войну.

Если бы не эта готовность сражаться и умирать, Европа давно была бы объединена, однако не на принципах свободы и справедливости.

Именно та поддержка, которую британцы оказали движениям Сопротивления во время последней войны, помогла сохранить во многих странах пламя свободы вплоть до их освобождения.

И сегодня мы по-прежнему вместе. Около 70 тыс. британских военнослужащих размещены в континентальной Европе. Все эти факты являются доказательством нашей приверженности европейскому будущему.