Чтение онлайн

Господи, он прекрасен.

Мы идём в наш любимый кинотеатр; мы прозвали его «театр мамочки и дедули-бассет-хаунда». Это уютненький театр с одним залом всего в нескольких кварталах от общежития, и управляет им джентльмен, который выгуливает Пусу, собачку из кондитерской. Не думаю, что он «мамочка» — владелец Пусы больше соответствует типу «дедули» — но это прозвище всё равно ему подходит. Мы входим в кинотеатр, и дружелюбный горделивый мужчина за стойкой кричит нам:

— Джо-джа! Атланна, джо-джа!

Я улыбаюсь в ответ. Он практикует со мной разговорный французский, а я помогаю ему с английским. Он помнит, что я из Атланты, штат Джорджия (джо-джа!). Мы перекидываемся парой слов о погоде. А затем я спрашиваю, счастлив ли Пуса, и любит ли он, джентльмен, хорошую еду. По крайней мере я пытаюсь.

Сегодня в дневном сеансе «Римские каникулы», зал пуст. Этьен вытягивает ноги и откидывается на спинку.

— Хорошо, есть цитата. Зло ещё…

— …никогда не выглядело так привлекательно.

— Да!

Его глаза сияют. Это наша любимая игра: один начинает фразу-клише, другой должен закончить.

— С такими друзьями…

Он вторит моему мрачному голосу.

— Кому нужны враги?

Мой смех отскакивает от обитых тканью стен, а Этьен старается сохранить серьёзный вид. У него ничего не выходит, и он широко улыбается из-за своей неудачи. Моё сердце пропускает удар. Должно быть, у меня очень странный вид, потому что Этьен прикрывает ладонью рот.

— Не смотри так.

— О чём ты?

— Мои зубы. Ты пялишься на мои нижние зубы.

Я снова смеюсь.

— Я что, не имею права смеяться над чужими зубами. К твоему сведению, я круто умею плеваться водой из щёлочки. Бридж всё время дразнила меня за…

Замолкаю. Мне плохо. Я так и не поговорила с Бриджет.

Этьен убирает ладонь. У него серьёзное выражение лица, возможно даже защитное.

— Я люблю твою улыбку.

Я тоже люблю твою.

Но мне не хватает смелости произнести это вслух. 

Девушка на вахте улыбается, стоит ей меня завидеть.

— У меня для тебя посылка!

Двери дома Ламбер снова открыты, мои друзья толпятся за мной. Девушка передаёт мне огромную коричневую коробку, и я с радостью расписываюсь за неё.

— От мамы? — интересуется Мер.

Её щёки раскраснелись от мороза.

— Да!

Сегодня мой день рождения. И я точно знаю, что внутри. С нетерпением несу коробку на диван и ищу чем бы открыть. Джош достаёт ключ от своей комнаты и разрезает ленту.

— А-А-А! — кричит он.

Рашми, Мер и Этьен заглядывают внутрь, а я в душе торжествую.

— Нет!— кричит Мер.

— Да, — говорю я.

Этьен достаёт узкую зелёную коробочку.

— Печенье?

Джош выхватывает у него коробочку.

— Не просто печенье, мой славный английский друг, а Син Минтс. — Он поворачивается ко мне. — Можно открыть?

— Конечно!

Каждый год на мой день рождения родные покупают мне до отвала печенье скаутов вместо торта. Посылка пришла просто идеально.

Рашми достаёт коробку с лимонным кремом Шарлотт.

— Твоя мама лучшая.

— Что такого особенного в… тагалонгсе? — спрашивает Этьен, рассматривая очередную коробочку.

— ТАГАЛОНГС? — Мер вырывает у него пачки.

— Это самые вкусные сладости на всей планете, — объясняю я Этьену. — И продают их только в это время года. Ты никогда не пробовал печенье скаутов?

— Кто-то что-то сказал про печенье скаутов?

Я удивлена тому, что из-за моего плеча выглядывает Аманда Спиттертон-Уотс. У неё выпячиваются глаза от вида моей добычи.

— Печенье скаутов?

За нами появляется ещё одно лицо со знакомым выражением смущения. Это Чизбургер. Аманда выпячивает губу в отвращении и поворачивается ко мне.

— Ты должна дать мне Син Минтс.

— Эм, да конечно, — отвечаю я.

Джош строит гримасу, но я всё равно протягиваю угощение. Аманда впивается зубами в шоколадную вафлю и виснет на Этьене. Она стонет от удовольствия. Этьен пытается её оттолкнуть, но она крепко в него вцепилась. Аманда облизывает губы. К моему удивлению, на них не остаётся ни одной крошки. Как у неё получилось?

— Ты когда-нибудь их пробовал? — спрашивает она Этьена.

— Да, — врёт он.

Рашми фыркает.

За моей спиной раздаётся кашель. Чизбургер жадно смотрит на мою коробку. Я перевожу взгляд на Аманду Руку-Вцепительницу и достаю целый блок печенья.

— Угощайся, Чизбургер.

Он смотрит на меня с удивлением, а затем принимает свой обычный вид.

— О-о-о! Спасибо, Анна.

Чизбургер берёт печенье и топает к лестнице.

Джош в ужасе.

— Почему-ты-раздаёшь-печенье?

— Серьёзно. — Мер окидывает Аманду раздражённым взглядом. — Давай уйдём в более уединённое место.

Она берёт мою коробку и несёт к лестнице. Всегда готовая ко всему, у Мер находится свежее молоко в мини-холодильнике. Ребята желают мне счастливого дня рождения и мы чокаемся. А затем наедаемся до отвала.

— М-м-м. — Этьен стонет на полу. — Тагалонгс.

— Я же тебе говорила, — отвечает Мер, слизывая арахисовое масло в шоколаде с колец.

— Прости, что мы тебе ничего не подготовили. — Рашми падает на пол. — Но спасибо за угощение.

Я улыбаюсь.

— Всегда пожалуйста.

— Вообще-то, — поднимается Этьен, — я хотел пригласить тебя на ужин, но, кажется, уже никто не голоден.

Он тянется к рюкзаку.

— Но ты ведь ненавидишь дни рождения! — отвечаю я.

— Не благодари. И я их не ненавижу. Просто не праздную. Прости, что не завёрнуто.

Он протягивает мне блокнот на пружинах.

Я смущена.

— Эм… спасибо.

— Он для левшей. Видишь? — Он листает блокнот в обратном порядке. — Ты уже исписала свой заметками и рецензиями на фильмы, и я подумал, что тебе скоро понадобится новый.