Чтение онлайн

Димка тоже был рад, но просил закрыться в доме, детей держать при себе, и быть осторожнее. А Маньке и ее хахалю вообще с порога поленом по черепу, а потом уж дискутировать.

Марина согласилась. Пообещала ждать, собираться, а полено вообще заткнуть за пояс и не расставаться. И детей от себя она не отпустит, только приезжайте быстрее..

Дима попрощался, и принялся набирать еще один номер.

– Ань, я позвоню другу, ладно?

– В Луганск?

– Да.

Аня пожала плечами. Ей и самой было интересно, что ж там за Сеня такой. Эрешу, кажется, тоже.

Димка дозванивался упорно, и усилия его увенчались успехом. Ему ответили.

– Да?

– ...

– Серьезно?!

– ...

– Вот ... и ...!!!

Возмущение Димка изливал минут десять. Потом закончил разговор и принялся делиться с Аней печальной историей одного Сени, поведанной приятелем.

Да, кому война, а кому мать родна.

Сеня оказался нацистом. Даже, скорее, фашистом.

Из тех, что по велению души, искренне считая учение о сверхчеловеках истиной, а себя представителями той самой, арийской расы...

А что весь остальной мир считает их представителями расы недоумков... надо просто поставить его на колени! И объяснить, что он ошибается. Добрым словом и пистолетом.

Добрым словом и монтировкой.

Добрым словом и...

Методов у такой мрази всегда много, но не все их переживают.

Конечно, потом она, мразь, пытается отпереться, и не я, и лошадь не моя, и коза чужая, и корова не родная...

Только вот никогда ее не прощают и давят. Иногда - тапком, а иногда и танком.

Сенино утверждение господства арийской расы привело к тому, что пришлось ему с подручными срочно рвать когти, прятаться в глухой деревне и ждать.

Чего?

Какой-то развязки ситуации.

Война же...

А это время такое, кого-то убьют, а выжившим будет не до конкретного подонка. Наверное...

Жена?

Она отлично знала, что муж не любит русских. В определенных кругах это считалось модным и правильным, чего уж там. А причина отъезда...

Война. Опасность...

Жене этого хватило. И уехать согласилась, и в деревне сидеть, и ждать, пока все не решится. Но тихо отсидеться у Сени не вышло. Нашлись люди... да-да, тот самый Пономарь.

Вот объясните мне, почему где война, там обязательно найдется подонок, который а ней заработает? Пономарь, к примеру, присосался к транзиту наркотиков, и как раз через Сеню. Не получилось у мерзавца отсидеться в глубинке, и его обнаружение стало только делом времени.

Жена оказалась далеко не дурой, после пьянки разговорила однажды мужа, потом кое-кого из его подручных, и поняла, что разоблачение, суд и вероятная смерть супруга - только дело времени. А поскольку она была нормальной женщиной, то первым делом решила спасать детей. Выбор был очевиден, отсюда и мексиканские страсти на фоне русских берез. Мужа бросить, детей увезти... и бросить ли? Так ли все просто, как кажется?

– Кто такие фашисты?
– заинтересовался Эреш, сбивая с мысли.

– Мразь, - коротко ответила Аня.
– Я тебе покажу, что они творили, сам поймешь.

– А эти...

– Эти хотят натворить. Но не получается. Пока - не получается.

Василиск пожал плечами.

– А почему вы их не убили?

– Потому что идею убить намного сложнее, чем ее носителя.

Василиск задумчиво кивнул.

– Вот ведь... но можно же напугать... м-да...

– Можно только уничтожить саму идею. Сделать ее смешной, гадкой, нелепой, а ее последователей - недоумками. Которых недолечили в психушке.

– Почему вы так не сделаете? Я почитал про ваши технологии?

– Потому что фашизм выгоден. Не этим недоумкам, нет... Другим, тем, кто зарабатывает на беспорядках, и на таких Сенях - в том числе. Но ведь совершенно не похож....

Аня пыталась сравнивать Гитлера, Мюллера, Бормана... и Сеню?

Да ничего общего. А яд один и тот же...

– На кого он должен быть похож?

– Я всегда думала, что фашисты... они как-то отличаются от людей. Не рогами или копытами, а взглядом, или ощущением... но пытаюсь вспомнить - и ничего. Самый обычный человек, я никогда не подумала бы, что он убийца, наркоторговец, подонок без чести и совести.

– Самые страшные злодеи всегда очень обаятельны, - Эреш подумал, что суждения подруги отдают детской наивностью, но вслух сказал совершенно иное, - причем, чем гнуснее мерзавец, тем больше он следит за собой. Во всех смыслах. Не хочется ему... за черту.

Аня передернула плечами.

С ее точки зрения все было просто.

Фашиста - убей. У нее дед на Войне погиб, прадед, у бабушки сестра и брат там остались... ей было за что не любить недоумков, которые хотят все вернуть.

Только тогда было проще. А сейчас...

– Как распознать в человеке - чудовище?

– Не грусти, - Эреш коснулся плеча Ани. Улыбнулся.
– У тебя есть я. Я же лучше любого чудовища?

Раздвоенный язык был вполне змеиным. И глаза. И клыки, блеснувшие за его губами.

Только Ане страшно не было.

Настоящее зло - оно не обязательно василиск. Оно - туман без облика, имя которому идея. И не вытравишь, не выдавишь...

– Убить подонков мало.

– Значит, будем убивать долго.

Разговор прервал Димка.

– Но зачем ему Маня понадобилась? Не понимаю?

Аня плечами пожала. Вот уж не вопрос...

– Что должен сделать Сеня? Что бы сделал ты?

– Обезопасил семью.

– Что он и сделал, заведя себе первую попавшуюся Маньку. И всем все понятно, с женой дела кончены, у него новая семья, у нее тоже, и разборки пойдут с ним. Он ведь мужик...

– У Мани-то все всерьез...

– Если она в сорок лет верит в сказки, я могу ей только посочувствовать, - отрезала Аня.
– Пора бы уже пожить в реальном мире.

А потом покосилась на Эреша.

М-да. Реально иномирный василиск. И вовсе не сказка. Кто тут в него не верит?

– И что теперь делать?
– Димке было грустно.

– Что тут сделаешь? Маньке твоей бежать и мужу каяться.

– А...

– А вам с семьей поглубже прятаться. Думаю, этот Сеня сейчас как крыса, укусит того, кто первый к нему подойдет. Вот ты и попал под раздачу...

– Я-то выбрался. Ань, спасибо. С меня причитается.

– С Маринкой сочтемся, - отрезала Аня.
– а ты бы головой думал. У тебя семья, дети, а ты разных Манек спасаешь!