Аннкорт
Шрифт:
– Мне приказано всё тебе рассказать и показать, поэтому можешь считать, что ты на экскурсии, – мы подошли к воротам, за которыми, как я думала, ничего нет, кроме деревьев.
– С не очень вежливым гидом, – хмыкнула я себе под нос. Капитан судя по всему услышал, но решил пропустить едкое замечание мимо ушей.
– Напомни: как тебя там?
Он точно издевается.
– Хейли.
– Что ж, Хейли, добро пожаловать на Аннкорт.
ГЛАВА 3
Перед глазами предстает вовсе не лес, который я видела из окна. Это большой парк, разделяющий главное здание и небольшой городок для местных жителей, как объяснил Дерек. Среди густоты листвы было тяжело разглядеть дома, но позже я всё же увидела тёмные крыши. Минут десять мы шли молча, вдыхая прохладный лесной воздух. Я то и дело оглядывалась по сторонам, смотря на спокойно гуляющих людей. Недалеко располагался круглый по форме фонтан, около которого сидит компания молодых ребят, рядом с ними на другой скамье сидела пара с ребенком и все так… нормально?
Отчего-то мне казалось, что всё будет выглядеть совсем иначе. В голове проскальзывают мимолётные воспоминания тех улиц, где меня нашли.
– Расскажи мне всё, – спустя ещё пару минут решаю всё же подать голос. В голове все мысли смешались в одно, и я уже не знаю, что мне думать обо всей этой ситуации. Паззл должен, наконец, сложиться.
– То, где мы сейчас находимся – база выживших «Аннкорт», которая существует уже три года, – начал капитан, сворачивая на одну из тропинок, чтобы присесть на скамью вдали от основной дороги. Я присаживаюсь следом, вытягивая правую ногу и поморщиваясь от колючей боли. Что-то мне подсказывало, что с ногой я буду восстанавливаться очень долго, если вообще восстановлюсь.
Я покачала головой, решив уточнить:
– В каком смысле «выживших»?
– Если ты не будешь перебивать, то я с большим удовольствием тебе все расскажу, – цокнул Дерек, складывая руки на груди. Он на самом деле высокомерный, это же понятно даже слепому. То, как он разговаривает, то как смотрит и даже походка – всё выдает в нём особенное отношение к собственной персоне.
Однако я всё же кивнула и замолчала, решив, что с этим человеком по-другому нельзя. Лучше мне просто сидеть и слушать.
– Четыре года назад в стране произошла резкая смена власти: никто не понял, как это произошло, всё это было как в тумане. На всех федеральных каналах правительство начало презентовать так называемых «новых людей» или «эльроинов». Для их создания было отобрано более сотни добровольцев. Все хотели стать эльроинами, но, на самом деле, ничего необычного в них не было: они оставались теми же людьми, только отличались большей работоспособностью. Они практически не чувствовали усталости, у них не болели спины или головы, не чувствовали сильного голода, но самое главное – выполняли любой отданный им приказ. Подчинение – то, что было нужно власти, чего не могли дать многие наши солдаты. Однако, создавая подобных «идеальных» людей, они не учли одну маленькую деталь. Подчинение – то, что может выйти из-под контроля. Это и случилось спустя несколько недель. Эльроины начали звереть в буквальном смысле: у них слезала кожа, выпадали волосы, глаза заливались красным, и они больше не желали быть пешкой в чужих руках. Сначала это был просто небольшой бунт в маленьком городе, и мы думали, что сможем задавить восстание в корне, но все пошло не по плану. Эльроины как эпидемия распространились по всему миру…
Капитан глубоко вздохнул, видимо, вороша воспоминания четырёхлетней давности.
– Вскоре пришло сообщение о том, что эльроины начали бросаться на людей, разрывать их в клочья, кусать, и… заражать. Никому не было известно, что за «коктейль» смешали внутри этих людей, – горькая усмешка коснулась губ Дерека. Я смотрела под ноги, практически не дыша. – Это было что-то вроде вируса – так мы решили это назвать. Всё случилось буквально за пару часов, эвакуировать удалось немногих, кто-то смог спрятаться дома, военные укрылись на базах. После было построено около 50 так называемых лагерей по всему миру. Здесь люди могут чувствовать себя в безопасности и жить как раньше.
– Не думаю, что это жизнь, как раньше, – решила высказать свое мнение, пораженная тем, что только что услышала. Я не могла более ничего сказать, только пытаясь вообразить весь масштаб катастрофы, в которой оказалась. Меня заботил уже другой вопрос: почему я ничего из этого не помню? Где я была всё это время? Прошло четыре года, но в моей голове этого промежутка времени словно не существовало вовсе.
– Пойдем дальше, – капитан резко встал и пошёл вперед по направлению к выходу из парка. Мне ничего не оставалось как идти следом. Уже на выходе можно рассмотреть те самые дома гражданских. Всё вокруг было похоже на большой жилой комплекс: пятиэтажные светло-серые дома с тёмными крышами, маленькие лужайки около них, детские площадки, здание больницы и даже парочка продовольственных магазинов. Люди жили как и обычно, одежда у них была похожая – оно и понятно – белые футболки, чёрные или тёмно-серые штаны, у кого-то были такие же серые куртки, а у кого-то белые или даже синие. Однако все они были похожи.
Жизнь на Аннкорте не была яркой, скорее наоборот. Красок привносил лишь лес, и изредка выглядывающее солнце. Теперь, когда мы вышли на открытую местность, я увидела окружавшую территорию стену, за которой прятался настоящий мир, когда-то полностью принадлежавший людям.
Я обхватила руками плечи, чувствуя мурашки от прохладного ветра. Сегодня погода значительно отличалась от той, которая была в городе. Увидев в календаре середину июля, я вздохнула, понимая то, что даже не знала, какой был день сегодня.
– Гражданские живут в этих домах, поесть они всегда могут в общей столовой, но если хотят, то для них всегда открыты продовольственные магазины, в которые завозят продукты по мере необходимости, – продолжает Сандрес. Я усмехаюсь, понимая, что продовольственные магазины лишь та завеса жизни, которую пытаются построить вокруг людей. Будто всё в порядке, смотрите – у вас даже есть магазины!
Капитан сворачивает правее, проходя мимо детской площадки и маленького здания больницы, доводя меня до той самой тёмно-серой стены, высотой этажей в десять. Это был конец Аннкорта.
– Такая стена по всему периметру, он защищает нас, огораживая от внешнего мира. Выход за неё гражданским строго запрещён.
Я кивнула, оглядываясь по сторонам. Рядом с воротами стояла будка, в которой сидела охрана. На самой стене была колючая проволока, и также небольшая смотровая площадка, где сейчас дежурили двое парней. Они смотрят вдаль, крепко держа в руках оружие.
На Аннкорте было так… неуютно, всё вокруг будто давило и хотелось сбежать. Вся эта напускная мысль о том, что всё у всех в порядке – ложь. Люди, живущие здесь, будто и вовсе забыли, сдались, перестали бороться… Ведь можно каким-то образом всё исправить, а не прятаться за огромной стеной базы. Хотя, признаться честно, меня пугает мысль о том, что там, за стеной, всё намного хуже, чем я помню.
– Погуляем ещё немного, а после пойдём поедим.
Звучало как приказ, но нельзя ослушаться, ведь я здесь гость, и скорее всего останусь надолго. Мне только предстоит научится жить по правилам, установленным здесь.
.
После не слишком сытного обеда я отправилась к себе в комнату. Пару раз свернув не туда, я всё же нашла необходимую дверь. Охраны у меня уже не было, что не могло не радовать, но стояла небольшая корзина с фруктами. Взяв её в руки, я увидела записку и, зайдя в комнату, пробежалась глазами по криво написанным строчкам.
«Не смогла застать тебя, поэтому оставляю здесь корзину с фруктами. Завтра утром приду на перевязку, не забудь выпить таблетки на тумбе. Рикки»
Я улыбнулась уголками губ, такая забота была приятна. Рикки кажется милой девушкой, помогает во всём без ощущения того, что ты потом будешь ей должна. Думаю, что мы сможем подружиться. По крайней мере она была единственной, кто пока что не смотрел на меня как на идиотку.
Я села на кровать, потирая правую ногу. Не стоило так сильно напрягать её, после наложения швов лучше было бы вообще лежать целый день.