Чтение онлайн

И вот забавное стечение обстоятельств – Настасья Троекурова будет присутствовать на Московском балу, как и две сестры-близняшки Оболенские. Третья и четвёртая дочь великого князя Тверского учатся на родине, и я с ними ещё ни разу не встречался. А вот с пятой – Василиной Андреевной, несколько раз виделся – великая княгиня всегда берёт младшую дочь с собой.

После всех досужих разговоров мы огромным кортежем отправились колесить по городу. День прошёл быстро. Мы с Софьей вели себя, как будто накануне между нами ничего и не произошло.

Правда, иногда я ловил на себе задумчивые взгляды Яны и Алисы.

Задумчиво сестры-Оболенские поглядывали на меня и в самолёте, когда мы летели обратно в Москву. Но никаких серьёзных тем никто поднимать не стал.

Ну а сам я то и дело возвращался мыслями к предложению Троекуровых. В папке, подготовленной для меня по поручению князя Выборгского, кроме перечня предприятий, специалистов, и прочей материальной составляющей приданного Софьи, была приведена вассальная клятва, которую новый боярский род даст князю.

Князь допускает большие вольности: например, обязуется не использовать военную силу рода в личных целях, кроме случаев крайней необходимости – в духе прямой угрозы жизни одному из членов княжеского рода или вторжения врагов непосредственно на земли княжества вокруг самого Выборга. То есть на «исконную территорию княжества».

У князя Выборгского, как например, и у великого князя Оболенского, есть клочок земли в Африке, и юридически африканские земли – это тоже часть территории княжества, правда, с особым статусом. Они менее защищены. Поэтому иностранные кланы могут объявить войну Выборгскому княжеству и воевать на его «не исконных территориях» (в Африке), но если они пойдут полномасштабной войной на исконные земли (в Выборг и окрестности), то Канцлер не останется в стороне. По сути это будет означать, что до войны между державами останется меньше четверти шага. Но есть нюансы.

Высокая политика и дипломатические отношения вообще целиком и полностью состоят из нюансов.

Но меня они пока мало касаются. Главное, что князь предлагает мне хорошие условия, обещая не лезть в дела нашего созданного рода и при необходимости даже помогать финансово, если потребуется. При этом сам он получает налоги от моих предприятий и потенциального Гуру в княжестве. И пусть на войну он обязуется меня не отправлять, но в качестве защитника исконных земель Гуру уж точно лишним не будет.

Хороший расклад. Я боярин, Софья жена, но…

Князь над головой всё-таки портит картину. Да, учитывая, как тепло Троекуровы относятся к Софье, можно надеяться, что никаких проблем князь мне не подкинет, что отношения моего рода с ним будут более крепкими и дружескими, чем его отношения с другими вассалами-боярами, но…

Имперские бояре всё же кажутся мне более свободными. Да, там юрисдикция Канцлера, но если не лезть на службу в административные органы или вооружённые силы, не особо-то с этим Канцлером и его доверенными людьми будешь пересекаться. Да, могут призвать защищать родину в случае нападения врага… Но ведь и Троекуров может.

И потом, в перспективе я хотел бы замахнуться на создание собственного княжества, а сделать это, будучи вассалом другого княжества, ещё сложнее.

Но опять же, князь Выборгский обещал Софье при необходимости отпустить её род – освободить от вассальной клятвы и передать императору. То есть выйти из княжества мы всегда сможем, если сам князь вдруг резко не передумает.

Эх… А ведь есть ещё один немаловажный момент. Где это видано, чтобы наследному принцу Александрии девушка делала предложение о браке?!

Не так всё должно быть.

Интересно, а над именем нового боярского рода Софья уже думала?

Боярский род… Начинать свою «жизнь аристократа» практически сразу с уровня главы боярского рода, а не личного дворянина одиночки – очень заманчиво.

Примерно такие мысли и крутились у меня в голове добрую половину воскресенья. Да и на следующий день, пока ехал в школу, они то и дело возвращались.

– Ну, как вам Выборг? Посмотрели достопримечательности? – перед уроками спросила у нас с Яной великая княжна Казанская.

– Да, интересный город. Мне понравился, – с улыбкой ответила Оболенская.

– Ну а тебе, Аскольд? Все свои дела успел переделать? – перевела на меня пристальный взгляд Ромодановская.

– К счастью, да, – добродушно ответил я. – И город мне тоже пришёлся очень даже по душе.

– Рада слышать, – процедила она.

Больше мы к этому разговору не возвращались. Правда, на перемене после урока Юля куда-то утащила Яну, но…

Пусть обсудят новости.

На следующий день меня пригласили на собрание учсовета. И хоть по договорённости с Софьей я освобождён от обязательных работ, связанных с деятельностью учсовета, любопытства ради собрание я посетил.

Пару раз я ловил на себе взгляды Софьи. Смотрит вроде бы своим привычным невозмутимым взглядом, но на дне её глаз, мне кажется, я вижу теплоту и нежность.

На собрании учсовета я узнал, что во второй половине февраля вдовствующая императрица Елизавета Александровна Рюрикович планирует посетить несколько старших школ в Москве и Петрограде по делам фонда поддержки учеников этих самых школ. Традиционно в Российской империи вдовствующие императрицы занимаются всевозможными проектами безвозмездной поддержки населения.

И в «Алую Мудрость» мать нынешнего императора заглянет. Как сказала Алиса, во многом потому, что здесь учусь я. Мол, объезжать школы и не посмотреть своими глазами на диковинного простолюдина? Да как так можно?

Учитывая, что Елизавета Александровна посетит ещё и имперские (не частные) школы, в которых учатся представители непривилегированного сословия, уверен, будет мотивировать их учеников, рассказывая обо мне.

Ещё обсудили формирование состава учсовета на следующий год. Ведь часть команды, в том числе глава и её заместительница заканчивают школу в этом году. Да и ближе к концу учебного года у третьекурсников не будет времени ни на что, кроме подготовки к экзаменам.

* * *

В среду в моём рабочем кабинете, в офисе над «Райскими кущами» у меня сложился очень занимательный разговор с Вадимом.

– Господин, есть новости об участке леса, которым вы интересовались. Ну тот, о котором ещё и старик Архун просил найти информацию.

– Внимательно слушаю, – отложив бумаги с отчётами в сторону, я поднял глаза на своего верного помощника.

– Собственно, этот участок, выставили на аукцион, – огорошил меня он.

Я принялся задумчиво барабанить пальцами по столу, пытаясь переварить информацию. Неожиданно, Форкх меня дери.