Чтение онлайн

В молодости я была уверена, что к сорока годам буду глубокой старухой и мужчины интересовать меня уже совсем не будут. Но в реальной жизни все самое интересное в личной жизни началось у как раз в этом возрасте. В двадцать меня больше интересовали эмоции в отношениях, чем сам половой акт. В тридцать был муж и маленькие дети, требующие постоянного, неустанного внимания. А после сорока неожиданно для себя самой я стала просто ненасытной в плане секса. Муж к тому времени позиции альфасамца уже сдал, да и с потенцией из-за лишнего веса были проблемы. К тому же я уже знала о наличии у него второй семьи, поэтому без особых угрызений совести окунулась в мир секса без обязательств. И выяснилось, что когда от мужчины тебе ничего не нужно – ни брака, ни постоянных отношений, ни денег, ни детей, – это совершенно другие чувственные удовольствия. Во-первых, нет необходимости притворяться и идти на компромиссы. Не понравилось что-то, – всегда можно найти нового любовника. Во-вторых, с гормональным фоном после сорока творится невообразимая чехарда, с каждом годом становясь все запутаннее. Но все неудобства, связанные с постоянными скачками настроения из-за гормонов, компенсируются обостренной чувствительностью. Если бы я в двадцать пять лет знала, какие умопомрачительные оргазмы будут ждать меня ближе к пятидесяти, то не стала бы так переживать из-за каждой морщинки и еще одного прожитого года. Даже обычная мастурбация гарантировала оргазмы, от которых звенело в ушах и перехватывало дыхание. Что уж говорить о сексе с мужчиной. К этому возрасту я знала в малейших подробностях, в какой позе у меня может быть оргазм, как его ускорить и чем усилить. Мой тридцатилетний любовник-художник сказал как-то, что в постеле я слишком много командую, указывая ему, куда класть руки и с какой скоростью двигаться. И что его юные бывшие подружки требовали гораздо меньших усилий и условий, чтобы достичь оргазма. Множественного разумеется. Я рассмеялась и объяснила мальчику, что вероятнее всего подружки симулировали. Очень редкая девушка может кончить пять раз подряд в течение десяти минут, когда мужчина при этом еще и постоянно меняет позицию. То, что большинство женщин при оргазме громко не кричат и не царапают до крови мужчине спину, как в голливудских эротических триллерах, стало для моего любовника большим открытием. Как и тот факт, что 90 % девушек испытывают оргазм без дополнительной стимуляции клитора руками лишь в миссионерской позе или сверху лицом у мужчине.

После короткого романа с сокурсником по яхтенной школе я так и не завела себе нового любовника, так что отсутствие сексуального партнера несколько месяцев уже сказывалось на моем организме. Внимание Богарта привело к целой череде эротических снов и самых разных фантазий на его счет. Стоя перед шкафом и выбирая, что надеть на встречу, мысль о том, насколько привлекательной я буду выглядеть в глазах Богарта меня не покидала. В то же время совсем не хотелось, чтобы мое желание стало понятно другим членам группы. Поэтому все слишком откровенное или вечернее я сразу отвергла. Можно было, конечно, вырядиться и соврать, что после встречи я иду на вечеринку, но это было слишком нарочито. Да и врать я особо не умею. В результате мой выбор пал на темно-коричневую узкую юбку чуть ниже колен и бежевый шерстяной джемпер. Образ довершали туфли на высоком каблуке и легкое кашемировое пальто. Определившись с нарядом, я успокоилась и уснула. Надо ли говорить, что когда я надела юбку и решила присесть перед зеркалом – посмотреть, как выгляжу со стороны, встать мне удалось с трудом. Узкая юбка и глубокие кресла не созданы друг для друга. Пришлось надеть классические черные брюки. Придирчиво изучив свое отражение со всех сторон, я решила, что выгляжу стильно, элегантно и очень сексуально. Немного забегу вперед. Богарт подошел ко мне в перерыве и тихо сказал почти на ухо: «Ты кажешься такой закомплексованной и консервативной в этом наряде, но я знаю, что в душе ты страстная и необузданная. Жду не дождусь, когда ты передумаешь на мой счет. Я сорву с тебя этот костюм училки, и мы предадимся самому дикому сексу, какой ты себе только можешь представить». Воистину у разных людей свои собственные представления о стильности, элегантности и сексуальности… Но цели своей я достигла, как бы это удивительно не было. В глазах Богарта я была привлекательной, а остальным и в голову не пришло, что я этого так старательно добивалась.

На второе собрание я пришла на десять минут раньше. Скрепка уже была здесь и сидела в своем кресле, уставившись в экран смартфона. Когда я вошла, она подняла на меня взгляд и тут же опустила его обратно. Через пару минут после меня в зал вошел Санта. Я угостила его большим шоколадным фонданом, купленным специально для него. Санта был счастлив. Фондан он съел минуты за две. Я даже не успела налить нам по чашке кофе. Постепенно подтянулись все остальные, кроме Командора. В этот четверг он тоже не пришел. Все меня тепло приветствовали, кроме Скрепки. Из всей группы она была единственным человеком, который меня невзлюбил с первого взгляда. Это расстраивало немного, но и радовало одновременно. Меня всегда все любили. А тут я вдруг кому-то не нравлюсь. Непривычные чувства.

Ровно в семь вечера все уже сидели на своих местах. Собрание начиналось. Про себя я отметила, что это приятно, когда у тебя есть свое кресло, свое место и своя группа.

В этот раз мы уже не отвлекались на представления и рассказы о правилах группы, а сразу перешли к обсуждению нового дела. За прошедшую неделю я настолько досконально изучила все детали преступления, столько раз перечитала каждый документ, что знала малейшие подробности наизусть. И не только я. Было видно, что все участники группы посвятили новому делу много времени и разбирались в нем очень хорошо. Рядом с креслами поставили две больших металлических доски, которыми пользуются на презентациях и брейнстормингах, делая маркером пометки. На одной были закреплены фотографии всех участников дела с названиями игральных карт, под которыми это люди фигурировали в нашем расследовании. Для меня все было очень волнительно и непривычно. Раньше подобное я видела только в сериалах про полицию и частных детективов.

На другой доске Анна красивым ровным почерком записывала возможные мотивы убийства. Все их разделили на 3 группы: деньги, эмоции, случайность. Никогда прежде я не задумывалась об этом и мне казалось, что преступления совершаются по самым разным причинам. Но, как объяснил Профессор, глобальных причин всегда только три. При чем из-за денег преступления на 99 % процентов предумышленные и спланированные, тогда как из-за эмоций, а это чаще всего комплекс любовь-ревность-зависть-ненависть, обычно спонтанные и непредумышленные. Довольно большой процент приходился и на случайности. В нашей истории, например, Джокер мог стать жертвой случайного ограбления, нападавшие хотели его просто припугнуть оружием, но завязалась драка (у убитого под ногтями были найдены частички кожи и крови), по какой-то причине пистолет выстрелил и мужчина погиб. Смущало то, что почти все забранные вещи нашли в мусоре, но, как точно заметил Богарт, неизвестных нападавших могло быть двое или больше. Они поделили награбленное, но один из них побоялся стать соучастником убийства и выбросил свою часть добычи. Именно поэтому обручальное кольцо и галстук с бриллиантовой булавкой не нашли. Хотя нельзя исключать вероятность, что вещи были в том же самом мусорном баке, просто куда-то завалились и полиция их не обнаружила. Попробуй поди в большом контейнере отыщи маленькое колечко.

Первым делом решено было разобрать возможные мотивы на почве денег. Эта причина большинству присутствующих казалась самой вероятной. Тем более, что под подозрение попадали все наши герои. Жена-Туз могла убить, чтобы не делить имущество при разводе. У сына-Семерки были проблемы с деньгами, которые прекрасно решались с помощью полученного после смерти отца наследства. Деловой партнер-Валет оставался единоличным управляющим компании. Как выяснилось, в уставе фирмы было четко прописано, что в случае смерти одного из них, оставшийся выкупает долю у наследников за строго определенную сумму. Конкурент-Десятка тоже оставался в выигрыше. Даже любовнице-Даме и той было на руку. Согласно материалам дела, за месяц до убийства Джокер купил ей маленькую квартирку. Любовница утверждала, что это был прощальный подарок, потому что они решили расстаться, и нее совсем нет мотива, но никаких подтверждений слов девушки не было. Все это время Джокер звонил ей, как и раньше, три-четыре раз в неделю, в том числе разговаривал с ней за несколько часов до убийства.

Это не говоря уже о мистере Икс, которым мог оказаться, как обычный уличный грабитель, случайно наткнувшийся в переулке на дорогую машину, так и неизвестный или даже группа неизвестных, получающих дивиденды от смерти Джокера. А здесь вариантов десятки – от любовника жены до самого маленького сотрудника фирмы, которому погибший мешал двигаться по карьерной лестнице. И это не учитывая возможных группировок среди основных подозреваемых или их же, но с участием людей Икс. Например, жена могла спланировать убийство с любым из других известных нам участников дела – сыном, партнёром, конкурентом или даже любовницей. Как собственно и все остальные. Каждый из них мог также участвовать в преступлении на пару с кем-то, кто остался за кадром полицейского расследования. К концу второго часа список возможных причин убийства, связанных с деньгами перевалил за пятьдесят пунктов. Это оказалось намного увлекательнее, чем я себе представляла, и в то же время на порядок запутаннее. Только в детективных романах и сериалах преступников непременно находят. В реальности, если убийцу не поймали с дымящимся пистолетом над трупом или весь процесс не попал в объектив какой-нибудь камеры, – найти виноватого невероятно сложно. Более того даже если ты знаешь, кто убийца, но он не признается, суду нужны неопровержимые доказательства. Мы, правда, не полиция, поэтому искать улики не наша задача. Для нас эти дела были лишь лекарством от скуки и иллюзией смысла существования.

Через два часа решили сделать перерыв. Я успела изрядно проголодаться к этому времени, поэтому взяла себе большой сэндвич. Богарт налил мне большой бокал красного вина. К сэндвичу оно подошло идеально. Остальные похвалили мой выбор кондитерской. Кроме Скрепки. Рыжая откусила миниатюрный эклер из принесенной мной большой коробки, скривилась недовольно, бросила недоеденное пирожное в мусорное ведро и ушла с бокалом вина курить на улицу.

Богарт же последовал моему примеру, взял себе сэндвич и налил бокал вина. Расположившись рядом, он спросил с определенным подвохом:

– Овсянка, скажи честно, ты наверняка думала, что мы сегодня вычислим убийцу?

– Ну, не могу сказать, что я об этом думала, но мне представлялось все намного проще, – ответила я после небольшой паузы.

– Обычно так думают все новенькие, – хихикнул Богарт, – Тем, кто ни разу не сталкивался с расследованием, процесс представляется, как в полицейском сериале. Когда за сорок минут обязательно находят убийцу.

– А мне больше нравится, как все они признаются, – подал голос Санта, – Прям как злодеи в старых фильмах про Бонда, которые выкладывают ему все свои коварные планы.

– На самом деле, это совершенно нормально – признаться в совершенном преступлении, – вступила в разговор Анна, – Большинство людей не способны на убийство. Это факт. Вернее так: они могут лишить человека жизни в состоянии аффекта или случайно, но сделать это намеренно невероятно тяжело. Еще ладно отравить, но нажать на спусковой крючок пистолета или убить с помощью ножа, глядя жертве в глаза – на это способен лишь небольшой процент людей.

– А как же война? – удивилась я.

– Это совсем другая история, – ответила Анна, – Там люди доведены до отчаяния, их психика непоправимо нарушена. Не зря многие солдаты, вернувшиеся с боевых заданий, не способны жить обычной мирной жизнью и едут воевать опять. Для 90 % же людей убийство просто неприемлемо.

– Я была уверена, что убить может каждый, – я действительно была в этом уверена.

– Да, может. Например, если на ребенка нападают, мать с легкостью пойдет на убийство, защищая его. Это инстинкт. Точно также, если твоя жизнь окажется под угрозой, – это вероятно. Не специально, просто самозащита с целью устранить опасность. Но просто взять в руки пистолет или нож и выстрелить или перерезать горло другому может лишь человек с нарушенной психикой.

– Я недавно читал книгу одного эволюционного психолога, уж простят дамы мой французский, так там утверждается, что предрасположенность к убийству заложена в наших генах и что те, кто могут убивать стоят на более высокой ступени эволюции, – продолжил тему Богарт.