Чтение онлайн

Когда я шел вместе с Виктором Владимировичем по обновленному паркету восстановленного в своем историческом достоинстве здания ЦБ РФ, я чувствовал, как каждая ступень мраморной лестницы, каждая колонна, каждое кресло в зале заседаний и даже лампы излучали свое родство с ним. Было не очень понятно, кто часть чего? Геращенко — часть Центрального банка? Или банк — часть Геращенко?

Они оказались практически в равных условиях: и тот, и другой стали президентами огромных держав впервые. У каждого из них были свои сто дней, свой первый год президентства, своя шкала социологических опросов, и даже сверхвысокие рейтинги опросов каждого делали их похожими. Одного президента зовут Владимир Путин, другого — Джордж Буш, для простоты — Буш-младший.

Они были похожи в своей стартовой президентской неопытности. У одного за плечами было достаточно успешное губернаторство в штате Техас, у другого — стремительно-рваная карьера после службы в управлении ГКБ в Санкт-Петербурге. Помощник, позже заместитель мэра «северной столицы», отъезд в Москву, и, в общем-то, быстрое, свойственное только революционным эпохам и времени смут продвижение от рядового сотрудника Администрации Президента до премьер-министра страны, которого первый российский президент Борис Ельцин назвал своим преемником, досрочно сложив с себя полномочия главы государства.

Спираль интриги появления Путина во главе новой России замысловата и до сих пор отдает тайной. Трудно представить, но в то время Семья, нервничая и запутываясь в борениях под кремлевскими коврами, всерьез рассматривала в преемники больному и уже уставшему пить «папе» кандидатуру актера, кинорежиссера Никиты Михалкова. Борис Березовский частично финансирует поездки сына автора советского гимна по стране с его фильмом «Сибирский цирюльник». Ответно Никита Михалков вещал народу о бескорыстном меценате Борисе Абрамовиче Березовском.

Легкая волна слухов поднимается, как туман. А почему нет? Рональд Рейган был просто киноактером, а воплотился в одного из наиболее успешных президентов США, окрестившего СССР «империей зла», с которой надо бороться. И ведь добился немалого. В «империи зла» объявили «перестройку». Никита Михалков, как актер, «почище» Рейгана будет, еще и режиссер классный. И, вообще, весь в папу. А папа — это эпоха отношений Михалковых с властью. Сергей Михалков — самый молодой кавалер ордена Ленина. Он получил его, будучи 22-летним. Его приметила и приласкала власть за детские стихи и текст гимна страны, где славились Сталин и другие большевистские вожди. А ведь для детей творили и Самуил Маршак, и Корней Чуковский, и Даниил Хармс. Мало быть любимым властью, надо вжиться в ее мироощущение. Михалкову-старшему это удалось без особого труда. Он влюбил в себя не власть, а детей власти.

Однажды я оказался у С. В. Михалкова дома. Он пригласил меня для беседы на предмет моего участия в работе секретариата Союза писателей РСФСР. В ту пору я был секретарем Союза писателей Москвы, членом правления Союза писателей СССР и Союза писателей РСФСР. Я был удивлен этим предложением и сказал Михалкову, что буду в секретариате Российского Союза «белой вороной». В ту пору секретариат был достаточно агрессивен и даже одиозен. Лидировали в нем, по историческому определению, «почвенники» или «русофилы». Испокон веку великая русская идея неминуемо сбивалась на шовинизм, русский национализм, от которых — полшага до антисемитского угара. Подобные взгляды были мне чужды и как писателю, и как редактору всесоюзного журнала. А я испытывал давление, как со стороны антисемитов, так и со стороны еврейского литературного лобби.

«Вот и-и х-хорошо, — ответил Сергей Михалков, неповторимо заикаясь. — 3-значит в секрет-тариате будет д-две бббелых вороны — т-т-ты и-и-и я».

Почему я вспомнил этот разговор? Тогда же я спросил Михалкова, как ему удается ладить со всеми сменяемыми поколениями партийной власти?

«А ч-ч-чего с ними л-л-ладить? — ответил Михалков. — Они все выросли на моем д-д-дяде С-с-степе. И их дети, и их в-в-вну-ки тоже. Михалкову можно отказать, а-а-а отказать в-в-внуку сложно».

Никита Михалков, один из сыновей автора слов советского, а позже и российского гимнов, придерживается той же мысли. Впереди него во властные коридоры входят герои его фильмов. А это явление впечатляющее. И он этим умело пользуется. Тем более что новое поколение власти — вне той культуры, которая всегда была гордостью нации. Новые в новой России точно так же, как их партийно-советские предшественники, посещают Большой театр, куда издавна принято приглашать высокую власть. На подобных премьерах новые в новой власти скучают и удаляются со второго действия, ссылаясь на неотложность дел, так как в кулуарах подобных посещений театров или вернисажей непременно заходит разговор о безденежье русской культуры. А младо- и просто реформаторы прагматичны, и всякие разговоры о государственной поддержке культуры они считают просоветскими и антирыночными. Умерла так умерла!

С Никитой Михалковым — сложнее. Он силен. И никогда не упускал своего шанса. Он долго ждал вхождения во власть. Ошибся в 1992–1993 годах, когда поставил на Александра Руцкого, который из вице-президента РФ с «чемоданами компромата» на Ельцина и его окружение после истеричных призывов к военным «бомбить Москву» превратился в одного из главарей антигосударственного мятежа.

Шесть лет Никита был вне власти. Вне приемов и презентаций. Вне очень больших денег, которые привык откусывать от бюджетного пирога. Другие времена. Ты не любишь эту власть, не разделяешь ее взглядов, и власть знает об этом, но ничего поделать с тобой не может. Она не занимается кино. А потому денег и расположения от нее не дождаться. Но ты, Никита Сергеевич Михалков, не отступил, напротив, освоился, внедрился, создал свое «ТриТЭ» и вошел в рынок, как в привычную плоть. Организаторский талант, цепкость плюс врожденная скупость — это уже семейные гены. Папа Сергей Владимирович любил повторять: «Скромность — это путь к забвению». Михалковы никогда и не страдали скромностью.

Никита удержался от искушения и не поддался на уговоры олигарха Бориса Абрамовича. Хотя их могло и не быть. Это наше предположение, но Березовский точно метил. Однако Семья не простила ему поддержки заговорщика Руцкого. И Никита Сергеевич укротил амбиции. Он все рассчитал, забвение должно окупиться. Россия «профукала» свое национальное кино, а он его сделает, в чем и убедил власть. Ельцин уже ничего не контролировал и не решал. А Виктор Черномырдин клюнул. Он дал деньги. Съемку «Сибирского цирюльника» оплатил премьер-министр, подписывая платежные поручения на производство картины из бюджета небогатой страны. А потом Никита Сергеевич Михалков въехал в Кремль на белом коне в роли российского самодержца Александра I. И вся политическая современная знать аплодировала ему. Сейчас, спустя время, он рад, что не поддался уговорам, намекам, не дал себя подцепить на крючок политики. С него хватит 1993 года. В этой полу-ссылке умирающего искусства он удержался от соблазна быть властью. Он правильно выбрал коридор рядом с властью, по соседству с ней, на одной лестничной площадке.

Бог миловал, актер Никита Михалков не стал соперником чекиста Владимира Путина на выборах президента. Ну, а бизнесмен и заместитель секретаря Совбеза России Борис Абрамович Березовский внес свой вклад во благо восшествия Путина на президентский олимп. Кто может упрекнуть Никиту Сергеевича Михалкова в том, что он поддержал «кремлевского пажа» на выборах в депутаты ГД РФ? Он поддержал человека, который сотворил путинскую партию.

3 апреля 2002 год. Переворот в Госдуме РФ. Коммунисты лишились власти, т. е. руководства девятью думскими комитетами, которые по «пакетному соглашению» они получили в 1999 году. Изменилась политическая конъюнктура. Центристские фракции объединились. «Единство», ОВР плюс две депутатские группы «Регионы России» и «Народный депутат».

5 апреля Чубайс заявил, что через два года, в апреле 2005 года, он уйдет в отставку. А пятью днями раньше, 31 марта, Владимир Путин встретился с руководством КПРФ и группой экономистов — ученых, не разделяющих политику правительства Михаила Касьянова. Имена — достаточно знаковые: академики Дмитрий Львов, Николай Петраков, Николай Бортников, член-корреспондент РАН Сергей Глазьев. Никакие не ортодоксы, тоже сторонники реформ, но противники всякой поспешности и шагов, разрушающих государство, как единое целое, противники сырьевого варианта развития страны. Разговор получился долгим — почти четыре часа. Обстановка в преддверии встречи сложилась напряженная. Приглашенные прождали почти полтора часа, их охватило раздраженное недоумение. Заговорили о показательном унижении, предложили в знак протеста покинуть Кремль. Но в этот момент появился президент Путин, принес извинения, и нервная атмосфера разрядилась сама собой.