Чтение онлайн

Что остается? Бей-кутруб вполне может быть. Судя по парифатским описаниям, беи правят отдельными племенами и родами. Но сами почти всегда происходят из того же племени. Таким образом, даже если у призванного кутруба есть свой бей-сородич, он вряд ли сумеет прийти сюда за своим джинном. И очень вряд ли добьется того же от своего шейха.

Получается, кутрубы попросту не имеют даже той формальной защиты, которую имеют большинство других джиннов, являющихся подданными своих повелителей и служащих Великому Хану. Ну и чем не великолепные работники? В Шумере, к сожалению, не так много чародеев умеют призывать из других миров. Кроме того, даже те, кто умеют, редко задумываются о кутрубах. Больше демонов зовут или призраков. Или иных джиннов. Мало ли вариантов?

Так что джинны земли идеальны, если хочется с минимальными проблемами получить бессмертных неутомимых слуг. Да и их женщины, гули, обычно невероятно красивы. Правда, обожают человечину. Ну тут уж на вкус и цвет. Почему-то среди демонологов считается нормальным спать с красивыми демоницами, пусть и бывает это крайне редко. А кутрубы-гули им не подходят. Исключительное мышление.

Проблемы возникли только с одним джинном: огромным, похожим скорее на огромную гориллу без шерсти, чем на человека, джинном с небольшими рогами.

— Смертный! Во имя всех богов Джанны и Священной Горы, ты посмел бередить мой сон!.. — на демона джинн не обратил никакого внимания.

В целом что-то такое заявляли и те четверо, которых я призывал с помощью Эг-Мумии раньше. Кто-то угрожал убить меня, кто-то пугал гневом Великого Хана… Но на каждого надевался так или иначе медный ошейник-артефакт, делавший этих существ крайне послушными. И молчаливыми, что важно. Почему-то все призванные джинны были чрезмерно говорливы.

Я уже привычным образом ударил кутруба Воздушным Тараном в грудь, после чего попробовал рассечь его тело Водяной Плетью. Кутрубы срастаются хуже всего среди джиннов, но все же они джинны. У них запредельные способности к восстановлению. Их тела — они даже не плоть, а скорее, плотнейший туман, который возвращается к состоянию единого целого при разделении. Их ранить — это запредельная проблема.

Йессор’Ро’Сотх уже успел выпустить красные цепи, зацепившие руки, ноги и пояс джинна — они должны были удержать его, пока я не надену ошейник. Заряженный артефакт должен был подавлять волю, мешать двигаться и причинять боль. Иссекающую нутро едкую боль. Все, чтобы заставить кутруба тратить силы на сопротивление и борьбу с силой артефакта. В это время его можно было почти безнаказанно избивать, лишая последних возможностей к сопротивлению. А затем требовалось дать «настояться». Просто оставить валяться и бороться, если на то еще были силы, с ошейником. Под одиннадцать джиннов стояли готовые кувшины, превращенные в артефакты-поглотители. Не было ни единой причины, почему я не сумею их подчинить, поместив внутрь, через несколько часов — когда силы окончательно их покинут.

Но конкретно этот кутруб удивил. Он сумел разорвать цепи демона и выдохнуть в меня целый сноп быстро летящих комьев грязи. Столь быстро летящих, что они были подобны шрапнели от взрывов гранат штурмовых групп Доминации.

Впрочем, Предвестник работал на полную катушку. Я знал, что так будет, еще только когда первая цепь разлетелась на осколки.

— … горечи! — выдохнул я еле слышно, взмахивая рукой.

Джинны — магические существа. Они дышат магией. Они ею живут. В Кафе, говорят, даже смертные чувствуют ману. Там её безумно много, она разлита буквально в каждой песчинке и в каждом глотке воздуха. И жить без магии они не могут. Без маны не могут. Они буквально постоянно её поглощают, обмениваются с окружающей средой. Известны случаи, когда маги заключали джиннов в артефакты и подпитывались от них маной. Я предполагаю, что этим существам не столько мана сама по себе нужна, сколько её наличие. Технически обычный человек, если в его крови будет браться кислород откуда-нибудь, вполне сможет жить без воздуха. Но не без атмосферы. Без атмосферы он раздуется и лопнет кровавым шариком. Вероятно, с джиннами происходит что-то похожее.

А потому, когда я ударил одним из самых специфичных разработанных мной заклинаний — Хлыстом Горечи, кутруба проняло по-настоящему. Чародей просто почувствует не особо сильный физический удар по телу. Как веревкой или плохонькой плетью вроде тех, которыми пользуются работорговцы на рынках. Но его чары рассыпятся, щиты буду рассечены, а некоторые артефакты повредятся. Демон, скорее всего, просто отмахнется от таких чар. Элементаля я рассеку с легкостью. Джинна же…

Хлыст Горечи — это подобное остальным моим антимагическим чарам заклинание. Из той же линейки, что и Дождь Разочарования, Облако Отчаяния и Ливень Досады. Его я тоже в свое время представлял Гильдии. Но он наименее применим из всех. Почти везде требуется либо массовый паралич магических потоков, с чем прекрасно справляется Облако, либо ударное снятие щитов и дестабилизация конструкций чар. Тут Дождь с плотными быстрыми каплями куда удобнее. Про Ливень и говорить нечего. Длань Энки нужна для масштабных магических катастроф, не больше и не меньше. А вот Хлыст — это очень плотная структура. Она рассекает продольно, очень эффективно, но только там, куда попадает. Кутрубу было в самый раз.

Я буквально рассек его пополам, обвив верхнюю половину хлыстом и потащив на себя. Он дымился, в буквальном смысле распадался постепенно в местах соприкосновения с чарами в плотное дымное марево. Оно нестройно стремилось к бывшему хозяину, но кутрубы — это не мариды, не силаны и не ифриты. Этим восстанавливаться тяжелее всего. Дернув Хлыстом еще раз, я буквально вырвал у хрипящего джинна еще несколько солидных кусков дымной плоти. Не все его тело распадалось на плотный туман. Часть осыпалась прахом, который тоже пытался лететь обратно к хозяину… На шее которого Йессор’Ро’Сотх защелкнул ошейник.

Сипящий кутруб, который явно «соберется» обратно не скоро, часа три ему точно потребуется, испортил нам ритуальный круг, из-за чего пришлось восстанавливать узор, который я использовал еще для призыва Эг-Мумии. Универсальный (относительно) и крайне удобный — я планировал выбить такой вместе со стационарным защитным кругом в зале призывов, защитив его всем, чем смогу. Только для начала нужно набрать чернорабочих, которые мне зал и построят.

Перед вызовом марида я долго медитировал, собирая ману, просто отдыхая. Аж десяток джиннов меня утомил. Да и их нужно ведь еще было распихивать по сосудам: ошейников на всех не хватало. Благо в том состоянии, до которого мы их довели, разбирать кутрубов и гулей — целых три попалось — не составляло труда.

Оставался будущий прораб этой волшебной стройбригады.

— Сковать марида просто так не получится. Он обратится невесомым порывом ветра быстрее, чем ты успеешь моргнуть.

— Предложи что-нибудь, — я пожал плечами. — Не ты ли изначально о них заговорил?

— Это твое заклинание, маг. Оно интересно. Оно — погибель для джиннов. Их суть — волшебство. Они им дышат, живут, творят. Ты же своими чарами дестабилизируешь любые потоки эфира. Для джинна это все равно, что каждая частичка тела обрела бы самосознание. Кутрубы слишком плотные, слишком… земные. Но не мариды.

— Есть газообразная форма этих чар.

— Тогда проблемы у нас нет. Главное, чтобы марид не успел ничего сообразить.

— Я не убью его?

— Нет, их так просто не убить, — Йессор’Ро’Сотх покачал своим белесым черепом, — но ты его парализуешь, не позволишь двигаться, творить волшебство, дышать волшебством, может быть, даже и думать он не сможет. В таком виде его легко запечатать.

— Если я не успею?

— Тогда тебе придется разбираться с маридом, который вряд ли пожелает уходить.

— Ясно. Начнем…

Надо отметить, совет демона оказался верным. Стоило только появиться похожему на что-то многоглазое вроде двух сросшихся голов с восемью длинными языками существу, как оно тут же попало в Облако Отчаяния и начало с ним «смешиваться», обращаясь в клубящееся, силящееся собраться воедино облачко-марево. Визги и крики быстро стихли.

— Он точно сможет построить мне дворец? — я с сомнением посмотрел на клубящийся туман, части которого пытались время от времени во что-то оформиться и «вплыть» друг в друга. Безуспешно, впрочем. — Хотя аура вроде бы довольно мощная…