Чтение онлайн

Прежде всего мы должны осознать, что католическую церковь, как и любую другую, невозможно характеризовать как однородное явление- Любая религиозная структура представляет собой сложное смешение людей, умы которых устроены по-разному. Разумеется, это относится и к моей церкви адвентистов седьмого дня. Среди нас есть либералы и консерваторы, а между ними находятся довольно разнообразные группы. Я чувствую себя вполне удобно, будучи отождествленным с одной из этих групп. С другими я не особенно желаю быть солидарным и думаю, что ни при каких обстоятельствах я не стремился бы быть в единении с несколькими группировками, заявляющими о поддержке моей церкви.

То же самое верно и для римского католицизма. С моей стороны было бы чрезвычайно несправедливо характеризовать всех католиков так, как я собираюсь это сделать ниже в этой главе. Например, сегодня римский католицизм представляют те, кто поддерживает либеральные реформы Второго Ватиканского собора, и те, кто порицает их. В частности, умеренные (американские католики склонны оказать значительную поддержку установлению религиозной свободы, обусловленной решениями Второго Ватиканского собора, в то время, как консервативные католики, как в Соединенных Штатах, так в других (странах, противятся этому, и некоторые довольно-таки страстно.

Теперь давайте рассмотрим два момента, связанные с римским католицизмом. Первый имеет отношение к церкви как всемирной политической силе, а второй — к возможности церкви стать в будущем преследующей силой.

Всемирная политическая сила

Как я уже сказал в предыдущей главе, римская католическая церковь доминировала в европейской политике на (протяжении сотен лет, особенно в первой половине этого (тысячелетия. Ко времени протестантской Реформации эта политическая сила начала ослабевать, что и объясняет успех Реформации в XVI веке, в то время как в предыдущих столетиях подобные попытки заканчивались неудачей. Церковь продолжала терять свою политическую силу и власть на протяжении нескольких последующих веков вплоть до 1798 года, когда французский генерал Бертье по указанию Наполеона Бонапарта заключил папу в тюрьму.

На протяжении всей своей истории адвентисты утверждали, что смертельная рана, полученная первым зверем из Откровения 13 (см. 3-й стих), имеет отношение к этой потере папством политической власти в 1798 году. Такое толкование не ново для нас. Его придерживались многие протестанты с конца 1700-х до начала 1800-х годов. Мы просто адаптировали его и согласовали с нашими временными рамками пророчеств.

Заметьте, однако. Откровение говорит о том, что смертельная рана была исцелена. Если результатом этой раны была потеря католической церковью политической власти в 1798 году, то ее исцелением должно стать восстановление политической власти римской католической церкви незадолго до конца мира. Именно это, о чем адвентисты говорят на протяжении 150 лет, произойдет непосредственно перед Вторым пришествием Христа.

Мысль о том, что католическая церковь может стать политической силой со всемирным влиянием, завладела умами в 1850-х годах, когда наши основатели начали поддерживать ее. В то время американцы были решительно настроены против католиков и оставались таковыми по крайней мере еще 50 лет. Тогда мы начинали предсказывать возвращение папства на религиозно-политический олимп, хотя смертельная рана все еще кровоточила. Ни одному здравомыслящему человеку и в голову не могло бы прийти, что римский католицизм будет осуществлять политический контроль в этой стране или даже в Европе, не говоря уже о всем мире.

В 1929 году Муссолини подписал договор с церковью, который устанавливал ее независимость в Ватикане и обеспечивал ей статус ”государства”. С того времени церковь стала небольшой, но набирающий мощь политической силой в мире. Соединенные Штаты формально признали католическую церковь законным органом в 19S4 году, бывший Советский Союз поступил по существу ток же в конце 1989 года, когда президент Горбачев встречался с папой в ватиканской библиотеке. Борис Ельцин быстро установил связи с Ватиканом после того, как сместил Михаила Горбачева в последние дни 1991 года.

Эти факты — ясное свидетельство того, что римский католицизм — растущая политическая сила а мире, хотя это вряд ли говорит о том, что церковь будет править миром, как написано в Откр 13:7 (”И дана была ему власть над всяким коленом и народом, и языком и племенем”). Однако продолжим.

Крушение коммунизма в Восточной Европе происходило во второй половине 1989-го и в первые месяцы 1990 года. Все мы с недоверием наблюдали, как страны одна за другой сходили с коммунистической орбиты, и были ошеломлены, когда в ноябре 1989 года была разрушена Берлинская стена. Вы, возможно, не знали о значительном влиянии римской католической церкви на эти события, но журналисты имели об этом представление. Обратите внимание на следующую заметку, появившуюся в журнале ”Тайм”, от 4 декабря 1989 года: ”Иоанн Павел в своей родной Польше помог воспламенить искру свободы, которая разметалась по всей Восточной Европе… Хотя политика Горбачева ”руки прочь” являлась непосредственным источником цепной реакции освобождения, охватившей Восточную Европу в последние несколько месяцев, Иоанн Павел услуживает безмерного уважения2.

Мировым политикам также известна роль церкви в крушении коммунизма в Восточной Европе. ”Тайм” 24 февраля 1992 года на обложку, с фотографиями Рональда Рейгана и Иоанна Павла II вынес следующие слова: ”СВЯЩЕННЫЙ СОЮЗ: Как Рейган и папа замышляли поддержать движение ”Солидарность” в Польше и ускорили кончину коммунизма”. Статья, опубликованная в этом номере журнала, дает совершенно изумительное описание того, как папа и президент делали это.

Означает ли это, что когда-нибудь папа станет правителем мира, во всем похожим на первого зверя Откровения 13?

Недавно я прочел книгу под названием ”Разгадки этого убийства”, написанную Малахией Мартином, бывшим священником-иезуитом. Книга выпущена в главном Нью-Йорском издательстве светской литературы ”Симон энд Шустер”, так что она не является предметом национального спроса. Я хотел бы повторить цитату с первой страницы этой книги и небольшой отрывок с третьей, которые уже приводились в третьей главе: ”Готовы мы к этому или нет, желаем или не желаем, но мы все участвуем в решительном, без каких-либо барьеров глобальном соревновании по трем направлениям… Соревновании за то, кто создаст первую за все время существования общества систему единого управления миром… Действительно, не будет преувеличением сказать, что главная цель первосвященничества Иоанна Павла, цель, являющаяся движущей силой, которая руководит грандиозной политикой папы и определяет его последовательную борьбу — быть победителем в этом соперничестве, сегодня осуществляется”3.

То, что Иоанн Павел II будет стремиться управлять миром, кажется невероятным. Книга Мартина — семьсот страниц, стоимость 25 долларов — написана в поддержку одной этой идеи. К тому времени, когда вы закончите чтение моей книги, вы убедитесь, что это истинная правда. Достигнет он ее когда-нибудь или нет, цель Иоанна Павла заключается в обретении его церковью всемирной религиозной и политической власти. У Мартина тесные связи с Ватиканом, и поэтому есть все основания верить тому, о чем он пишет.

Поспешу добавить, что касается меня, то я восхищаюсь Иоанном Павлом как личностью необычайно обаятельной, оказавшей сильное и во многих отношениях положительное нравственное воздействие на наш мир. Не нужно быть богом, чтобы знать, что наш мир постоянно нуждается в некоем нравственном влиянии. Иоанн Павел хочет быть такой влиятельной личностью, и можно даже сказать, что он был ею.

Так можем ли мы быть убеждены, что будущее под мягким руководством Иоанна Павла будет достойным? Откровение 13 предполагает обратное, говоря, что первый зверь, идентифицируемый адвентистами как папство, явится преследующей силой. Однако Иоанн Павел не похож на гонителя. Он даже оказал влияние на принятие II Ватиканской декларации о религиозной свободе.