Чтение онлайн

Не может быть сомнений в том, что если Иоанн Павел когда-нибудь получит какую-либо форму геополитической власти, о которой говорит Малахия Мартин, римская католическая церковь явит черты первого зверя Откровения 13, ”смертельная рана” которого ”исцелела” и которому ”дана была власть над всяким коленом и народом, и языком и племенем” (стихи 3, 7).

К сожалению, если первый зверь Откровения 13, по утверждению адвентистов, это папство, тогда римская католическая церковь также станет преследующей силой. Кажется, что это противоречит частым выступлениям Иоанна Павла в поддержку свободы вероисповедания, но если внимательно посмотреть на факты, то становится ясно, что это может произойти.

Преследующая сила

Легко предположить, что только недостойные люди преследуют других. Однако гонения на религиозной почве редко исходят от безнравственных людей, пытающихся сделать кого-то такими же. Они исходят от людей добродетельных, стремящихся сделать других подобными себе. Я думаю, будет справедливым сказать, что, например, те, кто в средние века устроил инквизицию, сами себе казались альтруистами. Они стремились охранять веру своих отцов, хотели чистоты Церкви, хотели защитить общество от растления. И именно это желание привело к жестоким гонениям, поскольку они хотели заставить людей быть добродетельными.

Вопрос заключается в том, характерно ли такое же отношение для современного католицизма. Нет, если мы имеем в виду, что каждый пастор, каждый член католической церкви хочет преследовать несогласных. И все же, пожалуйста, обратите внимание на следующее заявление католического автора Луи Веилло, опубликованное Национальной католической благотворительной конференцией: ”Когда наступит время и люди осознают, что общественное здание должно быть перестроено согласно вечным законам, будет ли это завтра или через несколько столетий… католики снова установят надежные законы жизни. Они вернут Иисуса на Его высокое место, и Он больше не будет оскорбляем… не будет отказано ни Творцу в почтении, ни творению в уповании просто ради того, чтобы ублажить некоторых маньяков, чье безумное состояние заставляет их глупо и оскорбительно останавливать волю целого народа4.

Эти грозные слова были написаны в 1928 году, задолго до более либеральных ветров Ватикана II. Но, пожалуйста, проследите вместе со мной за высказываниями из книги Малахии Мартина, опубликованной в 1990 году; ”Для Иоанна Павла является самоочевидным, что ни у кого нет права — будь он демократ или кто иной — на нравственное зло; и ни одна религия, основанная на Божественном откровении, не имеет нравственного права учить такому злу или мириться с ним”5.

Когда я читаю эти слова, у меня сам собой напрашивается ”опрос: если ни у кого нет права верить или учить нравственному злу, кто будет решать, что есть ”хорошо” и ”плохо”? Мартин так отвечает на этот вопрос: ”Католическая церковь всегда претендовала — и при Иоанне Павле претендует сегодня — на роль конечного судьи относительно того, что хорошо и что плохо с точки зрения морали в человеческих действиях”6.

Иоанн Павел не претендует на роль арбитра в вопросах нравственности, добра и зла в действиях католиков. У него есть все права на эту роль, если члены его церкви хотят того. Но Иоанн Павел и его церковь требуют много большего. Они заявляют, что папа есть последний судья — истина в конечной инстанции, если хотите, — в вопросах о том, что хорошо и что плохо с точки зрения нравственности ”в человеческих действиях”. Папа требует нравственной власти надо всей человеческой расой! Это относится и к нам с вами. Замечательно, если вы католик, и не очень-то, если вы им не являетесь.

Так что же Иоанн Павел и его церковь предполагают сделать с теми, кто хочет учить нравственному злу и придерживается его? Разумные ответы Мартина и его церкви на этот вопрос заслуживают рассмотрения: ”Последней предпосылкой для георелигиозной возможности (доминирование в мире определенной религии) является власть. Институт (римская католическая церковь) в своих организационных структурах и функциях должен иметь уникальную власть, власть, которая… автономна по отношению ко всей остальной власти на сверхнациональном уровне; власть, которая налагает на нее санкции, эффективные в поддержании единства и целей института, поскольку речь идет о деле служения на благо общества как в целом, так и в каждой его части”7.

Мартин заявляет, что для того чтобы власть религиозной организации стала вселенской, она должна быть автономной — то есть она должна быть в состоянии исполнять свою волю без вмешательства со стороны других наций и быть в силах налагать санкции. К примеру, такие санкции, которые ООН наложила на Ирак при его вторжении в Кувейт. Ираку было запрещено покупать или продавать на международном рынке до тех пор, пока он не пошел навстречу требованиям ООН. Санкции являются очень жестким средством в насаждении законности.

Остановитесь на минуту и подумайте о том, что сказал Малахия Мартин, бывший священник-иезуит. Высочайшей целью Иоанна Павла является обретение его церковью контроля над единым мировым правительством, которое грядет. Стоит достичь этой цели, и миру должен быть навязан нравственный порядок, какие бы санкции ни пришлось для этого вводить. Разумеется, этот нравственный порядок будет определен в соответствии с учениями католической церкви. И все это будет и интересах ”служения на благо общества как в целом, так и в каждой его части”7.

Это превосходный план для добродетельных людей, пытающихся сделать других такими же. А название этой игры — гонение. По свидетельству одного из католических авторов, в этом конечная цель Иоанна Павла.

Итак, мы возвращаемся к вопросу о том, способна ли католическая церковь преследовать несогласных? Я не думаю, что сегодня какой-нибудь католик может сказать: ”Мы собираемся преследовать тех, кто не согласен с нами”. Но не забывайте, что за плечами католической церкви долгая история попыток превращения ”неверных” (несогласных с католической догмой) в добродетельных. К сожалению, несмотря на недавние клятвы в поддержке религиозной свободы, учение официальной церкви сохраняет многие позиции, делающие инквизицию возможной.

Обнаружила ли римская католическая церковь все характеристики первого зверя из Откровения 13 в конце мира, включая и ту, которая касается гонений? Факты заставляют меня думать о том, что опасность этого весьма реальна.

И не я один пришел к такому заключению. В своей книге ”Смена власти” футуролог Алвин Тофлер выражает то же мнение. В главе ”Мировые гладиаторы” он указывает, что угрозы аятоллы Хомейни в адрес Салмана Рушди явились предупреждением мировым политическим лидерам о том, что он внедрит свою версию религиозного фундаментализма в их общества, нравится им это или нет. ”В действительности Хомейни говорил нам, — пишет Тофлер, — что ”суверенные” государства вовсе не являются таковыми, а подчинены верховной власти шиитов, которую установит не кто иной, как он, что религия и церковь обладают правом преобразовывать эти национальные государства”8. Далее Тофлер пишет: ”Хомейни не случайно казался почти всему миру чудовищным атавизмом доиндустриальной эры. Он и был им на самом деле. Его утверждение о преимуществе религии перед государством параллельно доктрине пап средневековья, выражавшейся на протяжении веков в кровавом конфликте между церковью и государством. Это важно, поскольку мы вполне можем вернуться к типу мировой системы, которая существовала до эпохи промышленности… Это огромный прыжок, который пронесет нас вперед и назад одновременно и подтолкнет религию еще раз к центру мировой арены. Это касается не только исламского экстремизма. Можно говорить и о совершенно другом случае — возрастании всемирной власти католической церкви”9.

Тоффлер не говорит о том, что римская католическая церковь будет преобладать в мире в качестве политической силы и восстановит инквизицию, но возможность этого осознает.

Произойдет ли это на самом деле? Время покажет. А пока нам с вами и всем, кто ценит свободу, нужно поддержать тех католиков, которые выступают за истинную религиозную свободу.

хЭта книга была написана во второй половине 1992 года.

1’ Сорок два, умноженное на тридцать, равняется одной тысяче двумстам шестидесяти.