Чтение онлайн

В то же время определенные группы интересов использовали государство в попытке законным путем добиться монопольного положения в рамках капиталистической системы. Вполне вероятно, что стремление к установлению государственного контроля над входом на рынок и ограничению конкуренции во многих отраслях было вызвано их неспособностью самостоятельно монополизировать свободный рынок. В последующих главах мы постараемся обосновать как иллюзорность явления монополии на свободном рынке, так и связь разрушительной монопольной власти с государственным регулированием в экономике.

Первый судебный процесс, начатый в соответствии с новым законом и дошедший до Верховного суда, имеет огромное значение. Такой процесс зачастую является испытанием закона на применимость и даже конституционность. Поэтому иск, который правительство подало в 1893 году против American Sugar Refining Company по обвинению в нарушении закона Шермана и по которому в 1895 году Верховным судом было вынесено решение, стал чрезвычайно важным во многих отношениях {91} .

Однако дело E. C. Knight стало небольшой катастрофой для Министерства юстиции США и для практики применения антимонопольного законодательства на федеральном уровне. Да, большинство Верховного суда допускало, что приобретение компанией American Sugar Refining Company компании E. C. Knight и трех других независимых заводов по производству сахара создавало тенденцию к образованию монополии в сахарной промышленности и увеличило долю первой компании на этом рынке до 95 %. Но, хотя на рынке Восточного побережья оставалась только одна крупная компания по производству сахара (Nash Spaulding & Company) {92} , Верховный суд определил, что создание «Сахарного треста» не было нарушением закона Шермана. Свое решение судьи мотивировали тем, что близкое к монопольному положение American Sugar Refining Company в производстве сахара не обязательно означало монополизацию или противозаконное ограничение торговли между штатами и что такое монопольное положение в отрасли лишь случайным, косвенным образом затрагивало торговлю и коммерческие отношения между штатами {93} . Представляя мнение большинства, судья Верховного суда Фуллер в заключение сказал:

Следовательно, монополии-производители не подпадали под юрисдикцию федеральных судов, пока не имели места попытки со стороны этих компаний ограничить торговлю или коммерческие отношения.

Изменения на рынке производства сахара после 1895 года практически полностью лишили решение не ликвидировать «Сахарный трест» Хавемейера практического значения с экономической точки зрения. Независимо от судебной системы конкурентные рыночные силы в сахарной промышленности быстро уничтожили близкое к монопольному положение «Треста». Доля American Sugar в производстве сахара на внутреннем рынке непрерывно снижалась с 95 % в 1893 году до всего лишь 25,06 % к 1927 году. После того как компанию обвинили в попытке ограничить производство в 1893 и 1894 годах, на рынке переработки сахара возникла конкуренция, в результате которой доля American Sugar снизилась до 85 %, а прибыль – до уровня, на котором она находилась до 1893 года. Таким образом, конкуренция на свободном рынке нейтрализовала власть «Треста» еще до того, как было вынесено решение по делу Knight {96} .

Причины неизбежного возникновения конкуренции на рынке производства сахара установить нетрудно. Высокий тариф на внутреннем рынке, более чем доступное сырье по исторически низким ценам, отсутствие эксклюзивных патентов, относительно простая технология, а также возрастание роли свекловичного сахара на внутреннем рынке сделали выход на рынок переработки сахара легким и в меру прибыльным. Такие компании, как United States Sugar Refining, California & Hawaiian Sugar Refining, New York Sugar Refining, Arbuckle Brothers, Federal Sugar Refining, Warner, Revere, Cunningham Sugar Refining, Pennsylvania Sugar, Western Sugar Refining, Godchauz Sugars, W. J. McCahan Sugar Refining and Molasses, Savannah Sugar Refining, Imperial Sugar и National Sugar Refining (25 % акций которой владела American Sugar Refining), а также многие другие были – в то или иное время – активными конкурентами American Sugar, и многие из них сумели выжить и добиться процветания. В 1920 году, например, насчитывалось уже 105 заводов, производивших сахар из свеклы; к тому времени производство такого сахара достигло почти 15 % рынка сахара-рафинада. Короче говоря, хотя в определенный момент «Сахарный трест» доминировал в отрасли, и ему принадлежали акции нескольких потенциальных конкурентов, он оказался совершенно неспособен предотвратить появление конкурентов на рынке сахара-рафинада.

Кроме того, практически отсутствуют статистические данные в подтверждение того, что компания American Sugar Refining смогла воспользоваться своей предполагаемой монопольной властью на рынке в течение сколько-нибудь продолжительного периода времени. Розничная цена сахара-рафинада составляла более 9 центов за фунт в 1880 году; 6,9 цента в 1890 году; 5,3 цента в 1895 году; 6,1 цента в 1900 году; 6 центов в 1905 году и 6 центов в 1910 году. Оптовые цены составляли 9,602 цента за фунт в 1880 году; 6,171 цента в 1890 году; 4,152 цента в 1895 году; 5,320 цента в 1900 году; 5,256 цента в 1905 году и 4,972 цента в 1910 году. Теоретическая разница в цене между нерафинированным и рафинированным сахаром, за счет которой владелец сахарорафинадного завода получал прибыль, колебалась от максимального уровня 1,437 цента в 1882 году (задолго до «монополии») до 0,72 цента в 1890 году; 0,882 цента в 1895 году; 0,5 цента в 1899 году; 0,978 цента в 1905 году и 0,784 цента в 1910 году. В 1895 году (когда доля American Sugar на рынке сахара-рафинада составляла 95 %) разница была меньше, чем в 1910 году (когда ее доля составляла менее 62 %). В 1894 году цены на сахар-рафинад были на 0,852 цента ниже, чем в 1910 году. В заключение следует отметить тот факт, что неспособность антимонопольного законодательства ликвидировать «Сахарный трест» не породила всеохватную эксплуататорскую монополию, возникновение которой предсказывалось экономической теорией, а любые торговые ограничения, имевшие место в сахарной промышленности, происходили не по причине монопольной власти на рынке, а вследствие тарифной политики государства {97} .

Вполне очевидно, что Верховный суд не интересовала никакая информация о деятельности компании American Sugar Refining. Экономический анализ тарифа на сахар, условий входа на рынок переработки сахара, цен и объемов производства, а также обвинения в использовании хищнических методов не сыграли большой роли в принятии судом окончательного решения.

Дело компании Northern Securities, решение по которому было вынесено Верховным судом в 1904 году, стало поворотным моментом в юридическом преследовании монополий на основании закона Шермана {98} . Большинство членов Верховного суда согласилось с тем, что холдинговая компания Northern Securities, которая приобрела контрольные пакеты акций двух прежде «независимых и конкурировавших» железных дорог – Northern Pacific и Great Northern, – связывающих разные штаты, является трестом, или объединением, направленным на ограничение коммерческих отношений между штатами. Как заявил член Верховного суда судья Харлан, оглашая мнение большинства:

В связи с тем, что закон Шермана охватывает все ограничения свободы торговли, а не только необоснованные или неразумные, а также поскольку в решении по делу TransMissouri Freight Association (Ассоциации грузоперевозчиков через Миссури) {100} четко устанавливалось, что соглашения, ограничивающие свободу коммерческих отношений между штатами с участием железных дорог, подпадают под юрисдикцию закона Шермана, судья Харлан, как и федеральный окружной суд {101} , пришел к выводу, что компания Northern Securities нарушила закон Шермана. Хотя судья Брюэр выразил частичное несогласие с мнением Харлана, мотивируя это тем, что закон Шермана ставит вне закона не все ограничения свободы торговли, а только необоснованные ограничения, он согласился с признанием действий компании Northern Securities противозаконным ограничением, несущим угрозу снижения выгод свободной конкуренции для общества.

Решение по делу Northern Securities не было единогласным. В письменной форме было заявлено два особых мнения: одно – председателя Верховного суда Уайта и другое – члена Верховного суда судьи Холмса (судья Пекхэм присоединился к обоим особым мнениям), которые оспаривали аргументацию решения большинства. Уайт утверждал, что владение акциями двух конкурирующих железных дорог не является коммерческими отношениями между штатами. Термин «коммерческие отношения между штатами», как установлено в деле Гиббонс против Огдена (Gibbons v. Ogden), подразумевает «товарооборот и, более того, торговые связи между штатами». По мнению Уайта, речь в деле компании Northern Securities идет не о товарообороте или торговых связях, а о владении активами; вопрос же владения акциями корпорации в данном штате находится в компетенции штата: «Я полагаю, что владение акциями корпорации штата ни в каком смысле не является оборотом товаров между штатами или осуществлением торговых связей между ними» {102} .