Чтение онлайн

– Именно, я скорее напрягусь и занервничаю, если кто-то угадает мое имя и начнет им активно пользоваться.

– А насчет вашего образа жизни? Вы вроде помогаете и спасаете, однако при всем этом нарушаете законы миров, в которые вы вмешиваетесь с благой, как ты говоришь, целью.

– Если ты про мои методы с применением изъятия некоторых стратегических объектов политических держав, то тут поспорю. Государственное законодательство – да, я нарушаю, однако морально-этические нормы соблюдаю.

– И где же мораль в воровстве?

– Смотри глубже, мой друг. – Учитель вытянул руку и начал складывать пальцы, отсчитывая факты: – Во-первых, я, воплощая свои планы публично, мотивирую державы объединиться против общей угрозы – меня. При этом, учитывая их стремление завладеть преимуществом над оппонентом, располагаю краденое в различных точках на карте. Во-вторых, я – аккуратно, конечно, – вмешиваюсь во внутригосударственные дискуссии по поводу ведения действий военной кампании и операций по спасению национального достояния. Как тогда в Диифе, когда пришлось тот памятник Барона тырить. Тяжелый, зараза, он на меня трижды падал.

– Он же девять метров высотой!

– А я почти целых два метра! И что? Не раздавил же. Так вот, тогда мне пришлось напрямую сообщить Барону, чтобы он ограничил свою агрессию в сторону, на тот момент еще обособленного, некоего западного государства. И это сработало! А статую я вернул.

– Далеко не идеальная стратегия.

Ми Пато перелез к Гектору.

– Согласен, однако действенная, и нормы морали рано или поздно возвращаются к своим хозяевам.

Учитель достал бутыль из телеги и передал Гектору. Тот, не мешкая, выдернул пробку зубами и приложился.

Около получаса они ехали молча мимо лугов и полей, мимо маленьких рощиц. На полях трудились крестьяне, на лугах – пастухи, а в рощах – все, кому было лень. Однако мир жил, и все шло своим чередом. Учитель внимательно рассматривал все, что было вокруг. Гектор же, вздыхая и отпивая из бутыли, вел лошадь.

Дорога всегда прочищает голову и как-то своеобразно направляет мысли, словно по собственной инерции.

– Почему ты выбрал вместо теплой уютной таверны дорогу?

Ми Пато крутил в руках палочку, погружаясь в раздумья.

– Тут думать легче. Знал я одного Хронолога, ни черта не умел, но со временем управлялся, как ты и Фиц, с бутылью. И он решил интереса ради пробежаться туда-сюда от начала до конца времен. Когда вернулся, не говорил ни слова, а только улыбался и периодически посмеивался. Его точно можно назвать Знающим, тем, кто смог бы спокойно разрулить все проблемы мира. Но его характер этого не позволит. Все, кто приходил к нему с вопросами, всегда получали один и тот же ответ.

Учитель замолчал и погрузился в глубокие раздумья. Гектор некоторое время не отвлекал его, однако скука и любопытство взяли свое.

– И какой же?

– Я у него ничего не спрашивал. Я не знаю.

– Отвратная погодка. – Бас Фицджеральда раздался прямо из-под скамьи возницы.

Солнце так и жарило. На небе не было ни облачка, и ни одно дуновение не тронуло листвы вдоль тракта.

Вся троица направлялась в сторону деревни, где творят лучшие сладости. Там, по словам Гектора, есть работенка, которая принесет золотишко и ему, и его гостям, а заодно они рассчитаются за помощь с бесом.

Деревушка стояла на холме. Ее расположение идеально учитывало розу ветров региона, чтобы дым и прочие запахи выветривались и не оседали где попало. Ветер уносил их на каменистые горные массивы, которые спустя столько лет карамельные осадки покрыли толстым слоем горелых сладостей.

Сама деревня выглядела очень мило. Дома были исполнены из дорогого дерева, со специфичной стилистикой под пряничные домики. Вдоль улицы располагались палисадники и маленькие ларечки со своими наборами сладостей. На западных склонах стояли кондитерские мастерские, в которых и готовили знаменитые сладости. Правда, часть из них была охвачена пожаром, и кто-то пищал оттуда о свободе и равенстве шоколадной цивилизации.

Повозка, заходя на территорию деревни, проехала под цветочной аркой. Путники оставили свои пожитки в местной таверне и направились к администрации, где их по стандартной процедуре проверили, сверили со всеми реестрами, выдали справки, разрешения и прочее. Всего через три дня они вышли оттуда, но, как оказалось, забыли получить сертификаты для Гектора и отправились туда еще на два дня.

– Отвратный городишко. – Фиц снова пробасил, на этот раз растекаясь по прохладной плитке, которой была вымощена улица. Ми Пато решил остановиться у местной антикварной лавки, чтобы прикупить себе новую трубку в обмен утерянной.

Прозвенел колокольчик, и только Ми Пато хотел поздороваться, как ему прилетело по голове здоровенной шваброй, всучили в руки трубку, отобрали ровно две серебряных и одну медную монету, пожелали всего наилучшего и выпихнули прочь.

Шокированный расторопностью обслуживающего персонала, Учитель решил прогуляться в поисках работы. Они чуток пошушукались с Фицджеральдом в темном уголочке местной булочной и, достигнув консенсуса, буквально растворились в темном облаке. Местные жители далеко не рады всяким насекомым, тем более мухам, в целый рой которых превратился Фиц, а посему, замазав многочисленные побои, они решили действовать по старинке – обратиться в гильдию по найму.

…Одну неделю спустя…

Наконец, точно закончив всю волокиту с бумагами, несчастная парочка вытекла из здания местной гильдии.

Учителю выдали заказ из местного детского приюта. Периодически там замечают странный темный силуэт, который то появляется, то исчезает. Руководитель сего заведения списывает все на блуждающего духа и просит специалиста в этом разобраться.

Ребята подобрали Гектора на тротуаре перед зданием коммерческого цеха медовых сладостей. Он был практически без сознания, обезвожен, оголодавший, обросший и изрядно потрепанный, но он лежал, улыбался и победоносно размахивал договором на покупку его партии меда, на котором не хватало всего одной подписи, но Фиц ловким движением поставил туда непонятную закорючку, и вроде как все встало на свои места.