Чтение онлайн

– И что произошло?

– Все трое твердо стояли на позиции, что они имеют право жить где хотят и делать что хотят. Та работа, которой они занимаются сейчас, намного хуже той, которую они оставили, но они уверяют, что это их больше устраивает, и отказываются объяснять причины. По мнению агентов, которые с ними разговаривали, они все чем-то напуганы. Добиться от них ответов совершенно невозможно.

– Я не осуждаю их, - сказал Брансон.
– Мне тоже не нравится, когда за мной тащится хвост, куда бы я ни пошел. Я ударил вас по зубам не просто так. Я считал, что пришло время научить вас жить самому и дать жить другим.

Не обратив внимания на это замечание, Рирдон продолжал:

– После этого они пропадали снова и находились уже в других местах и занятые другой работой. Мы решили не спускать с них глаз, но не беспокоить их больше. Мы встали перед фактом, что мозги перестали работать на эту страну, и нам надо было найти способ исправить ситуацию. Их ложь - результат нашего либерализма: другие режимы заставили бы их говорить.

– Итак, вы наклеили на меня ярлык еще одного мятежника из этого списка?
– спросил Брансон, облегченно вздохнув при мысли, что истинная причина его бегства осталась им неизвестной.

– Вы не единственный, - сообщил Рирдон.
– В тот день, когда мы решили взять вас под наблюдение, появился еще один парень с теми же отклонениями, что и у вас.

– Выяснили, что с ним?

– Нет, но, думаю, выясним, - продолжал Рирдон.
– Вам, конечно, неизвестно, что мы разослали своих людей по всем научным центрам, которые занимаются оружием. Эти люди собирают информацию о всех, кто вдруг без видимых причин бросил работу, кто начал обнаруживать признаки надлома в характере или просто странно вести себя. Таким образом мы вышли и на вас.

– Кто навел вас на меня?

– Не будем об этом, - безразлично заметил Рирдон, - это был некто, кто считал, что вы на данный момент несколько не в себе.

– Могу поспорить, что Каин, - прошипел Брансон, - он всегда считал себя психологом-любителем.

– Я не играю с вами в загадки-отгадки, так что не надо меня провоцировать.

– Хорошо. Я принимаю это правило.

– Итак, я продолжаю. Я рассмотрел все свидетельства о вашем поведении, следовал за вами повсюду и пришел к выводу, что вы очень нервничаете и готовы бросить все и пуститься в бега. А ведь на такой шаг - бросить хорошую работу, обжитой дом - должно толкнуть что-то серьезное, и мы должны знать, что заставило вас это сделать. Если мы поймем причины, мы сможем это остановить.

– Ну, в моем случае вам придется долго искать то, чего нет, - заявил Брансон.

– Я вам не верю. Знаете, о чем я подумал? Убежден, что вы узнали о какой-то угрозе для вас, для вашей жены или для ваших детей.

Брансон ничего не ответил.

– Нет такой угрозы, которую мы не смогли бы отвести, - заверил Рирдон, обнадеженный молчанием собеседника.
– Мы можем встретить эту угрозу и отвести ее, но для этого нам надо знать, что это за угроза, иначе мы будем тыкаться вслепую, - Рирдон впился глазами в Брансона.
– Если кто-то угрожает вам, скажите, как и кто. Я могу поклясться своей жизнью, что мы сумеем с ним справиться,

“Ха, это смешно! Правительство собирается защитить преступника, которого само же обязательно казнит, если узнает правду. Рирдон говорит о врагах на другом конце планеты, когда истинная угроза лежит в законе этой страны, вооруженном электрическим стулом и газовой камерой”.

Вмешательство военной разведки теперь было понятно. Она работала с полицией рука об руку, не зная об этом. Первые подозревают, что его принуждают отказаться от своего долга, вторые не могут найти ниточку, которая приведет их к убийце. Брансона несколько огорчило, даже обидело, что разведка смотрит на него как на перспективного дезертира, но обрадовало, что полиция топчется на месте.

– Я прав?
– настаивал Рирдон.
– Чья-то жизнь под угрозой?

– Нет!

– Лжете!

– Воля ваша, можете не верить, - устало сказал Брансон.

Рирдон повернулся к окну и начал вглядываться в пейзаж, мелькающий за окном. Несколько минут он сидел молча, погруженный в свои думы. Вдруг он резко повернулся и спросил:

– Каким образом здесь замешан Бельстон?

Брансон вздрогнул и побледнел. Это было как удар в солнечное сплетение.

– Что вы хотите этим сказать?

– Вы все еще продолжаете врать, но вас выдает ваше лицо. Бельстон имеет большое значение для вас, это что-то черное и таящее угрозу, и в то же время он тянет вас, потому что вы хотите что-то выяснить.

– Если вы знаете так много, то должны знать, что именно.

– Не знаю. И думаю, что и вы не найдете то, что ищете.
– Рирдон сжал кулаки и внимательно начал рассматривать костяшки пальцев.
– Я догадываюсь, почему ваши поиски безуспешны.

– Ну давайте догадывайтесь, если это вас развлекает.

– Вы хотите наладить контакт с кем-то, кто вам неизвестен, и все это по его инициативе. Но я испортил вам всю игру. Они видели, что за вами следят, и мое лицо им не понравилось. Вот поэтому они и не вышли на контакт с вами, как было оговорено. А может, они не дали вам того, что обещали.

– Они?

– Противники. Не притворяйтесь невинным. Вы прекрасно понимаете, о ком я говорю.

– Да вы просто здоровенная пчела в улье. Вы не хотите никого слушать, кроме своего жужжания.

– Слушайте, Брансон, я информирован лучше, чем вы думаете. Вы бродили по Бельстону, как потерянная душа по аду, ища что-то, что не смогли найти, или ожидая чего-то, что не случилось. Прекрасный отдых во время отпуска, не так ли?

Брансон продолжал молчать.

– Вы разговаривали со многими людьми в Бельстоне и Хенбери. Мы проверили их всех, никаких намеков на зарубежную связь. Это тоже не привело нас никуда. Все они были чисты как новорожденные щенки. Вы или кто-то еще поняли, что за вами следят, и стали слишком осторожны, чтобы дать нам в руки хотя бы туманный след.

– Мне нужна рыжая педикюрша, а таких в мире не много.

– Понятно, понятно, - сказал Рирдон обиженно.

– А теперь я скажу вам кое-что, - сказал Брансон, наклонившись вперед.
– Самое трудное найти то, что никогда не существовало,

– То, что вы искали, существовало или существует: человек вашего ума не будет просто так искать вчерашний день.

– Я уже говорил вам, что все это чушь!

– Да вы такой же, как те трое, о которых я упоминал. Говорить не хотите. А на вопросы даете бессмысленные ответы. Теперь вам остается сообщить мне, что нет закона, который запрещал бы людям делать то, что они находят для себя подходящим.

– То, что они делают, может быть вполне невинным, - заметил Брансон.

– Про вас это трудно сказать, - отрезал Рирдон.
– Хендерсон, по крайней мере, заимел промтоварный магазин. И как мог, объяснил причины такого поступка: ему это нравится. Он хочет работать сам на себя, устал от режима, хочет быть независимым.