Чтение онлайн

— Что-то не так? — воскликнул подпоручик озабоченно.

— Моя нога. Прямо встать не могу, боль сильная. Видимо, подвернула ее.

Иван думал лишь минуту.

— Вы не будете против, если я посажу вас на свою лошадь? Так я быстрее вас домой доставлю.

— Я даже не знаю, — опешила Даша.

— Вы боитесь?

— Нет. Но, наверное, это неприлично?

— Отчего же? Я так не думаю, — властно заметил Михайлов и, улыбнувшись девушке, добавил: — Не бойтесь, Дарья Сергеевна, я подниму вас.

Более не спрашивая ее, Михайлов сильными руками легко приподнял Дашу за талию и посадил в седло. Девушка устроилась боком, ибо юбка сидеть по-другому не позволяла. Иван вновь взял лошадь под уздцы и не спеша пошел по улице. Они вышли в какой-то пустынный переулок. Кругом было тихо, и по дороге молодым людям встречались лишь одинокие прохожие. Пошел завораживающий мягкий снег, и ветер стих.

— Иван Федорович, — спросила вдруг Даша, не выдержав. Михайлов быстро поднял на нее лицо, которое было на уровне талии девушки. — Вы упомянули, что писали мне?

— Да, так и есть.

— Но я не видела писем от вас.

— Неужели? И вам не передавали ни одного моего письма?

— Нет.

Иван, опешив, на минуту остановился и, внимательно посмотрев на девушку, поинтересовался:

— А мои цветы?

— Нет, — искренне ответила она.

— Я посылаю вам цветы и письма каждый день, Дарья Сергеевна. С того самого дня как мы были на гулянии у Разумовских. И что же, ни одну корзину вам тоже не передали?

— Да нет же, — уже как-то несчастно промямлила она, поджав губки.

Она даже не представляла, что Михайлов думает о ней и посылает письма и цветы.

— Ничего не понимаю, — нахмурился подпоручик.

— Может, вы отправляли не на тот адрес? Или посыльный перепутал? — предположила Даша.

— Нет. Вряд ли. Вторую корзину я собственноручно передал вашему дворецкому. А двадцать седьмого декабря, когда заезжал к вам домой, справиться о вашем здоровье, Илья заметил, что, возможно, вы не хотите отвечать на мои письма. Значит, он видел мои цветы.

— Вы приезжали к нам в дом?

— Да, я хотел увидеть вас. Но Теплов сказал, что вы больны.

— Мне ничего не сказали об этом.

— Наверное, произошла какая-то ошибка, — мрачно отозвался Михайлов и вновь пошел по улице, ведя за собой лошадь с девушкой.

Даша сосредоточенно смотрела на треуголку молодого человека, отороченную белым мехом, которая красовалась на его русой голове, и отчего-то в ее мыслях крутился один вопрос. Куда могли деться предназначенные ей корзины с цветами и письма Ивана Федоровича. Имя Ильи всплыло в сознании девушки в ответе на этот вопрос. Неужели по приказу Теплова все цветы и письма до нее не дошли? Да, Илья вполне мог такое устроить, думала Даша. Потому что в его неприязни к ней она не сомневалась.

— А что же было в тех письмах, Иван Федорович? — поинтересовалась она.

Михайлов вновь поднял на нее лицо, и Даша отчетливо увидела его загоревшийся темный взор. Но всего лишь на миг, ибо подпоручик тут же опустил голову и вновь зашагал вперед. Словно боясь смотреть на девушку, Иван медленно побрел по дороге, глухо вымолвив:

— Я писал, что вы разбили мне сердце, без вас моя жизнь не имеет смысла. И еще просил вас хоть иногда писать мне…

— Я обязательно напишу вам, Иван Федорович, — с воодушевлением и порывом сказала Даша, тут же растаяв от слов Михайлова. — Скажите мне адрес. Я попрошу свою горничную отнести вам письмо, чтобы оно не затерялось.

— О! Дарья Сергеевна, вы просто возрождаете меня к жизни! — воскликнул Михайлов и, вновь остановившись, устремил на девушку страстный взор. — Вы знаете, мне надо знать одно. Теперь! Сейчас же! Иначе я сойду с ума от неизвестности. У меня есть надежда?

— Надежда на что? — удивилась Даша.

— Как? Разве Илья Григорьевич не говорил?

— О вас он мне вообще ничего не говорит, — тихо и печально выдохнула Даша в ответ.

— Так. Я чувствую, что ваш братец делает это специально, — недовольно заметил молодой человек, нахмурившись. — Пропавшие цветы, неполученные письма и остальное. Дарья Сергеевна, я говорил с ним о том, — Иван чуть помолчал и, вновь устремив в ее лицо прямой, открытый взгляд, как будто собравшись с силами, глухо, но твердо произнес. — Что я влюблен в вас и хочу, чтобы вы стали моей женой, едва вам исполнится восемнадцать.

Даша порывисто прижала ладошку к губам, не ожидая от молодого человека столь пылких и прямых речей. Михайлов же, не спуская огненного взора с девушки, уже хрипло спросил:

— Только прошу, не говорите, что я вам безразличен, я не переживу этого…

Устремив на молодого человека полный удивления взгляд, Даша чувствовала, как радость, удовольствие и упоение наполняют все ее существо. Этот бравый военный, такой интересный, видный, добрый и чуткий, говорил ей такие вещи, от которых можно было потерять голову. Еще никто не говорил Даше ничего подобного и не смотрел на нее так. Она ощущала, что любовь Михайлова, которая лилась из теплого сияния его глаз, теперь наполнила ее сердце безмятежной радостью. Где-то в глубине души Даша ощущала, что и сама, наверное, сможет полюбить этого молодого человека. Ведь Иван был так добр с ней, учтив и ласков. Он не придирался к ней по мелочам и не говорил грубых и унижающих слов.

— Вы очень приятны мне, Иван Федорович, — ответила она тихо и смущенно опустила взор на свои ручки в перчатках.

— И, значит, я могу надеяться?

— Можете, — тихо, но твердо вымолвила она.

— О, Дарья Сергеевна! Вы… Вы… — не в состоянии выразить свое ликование Михайлов выпустил поводья лошади из рук и, схватив ладошку девушки, начал неистово осыпать поцелуями ее пальчики в перчатке. Спустя минуту он отпустил ее руку и твердо решительно сказал: — Двадцать первого числа, сразу же после ваших именин, ждите меня. Я приеду к вашему брату свататься.

— О Боже, — прошептала Даша и вся затрепетала. Вся эта сцена была как в романе о любви. Правда, она читала всего два романа, которые ей давала Лиза, ибо в их библиотеке подобных книг не было. Но и те книги произвели на молоденькую девушку неизгладимое впечатление. Там главный герой именно так и делал предложение своей возлюбленной. И нынче этот русый красавец с карими глазами, который так страстно смотрел на нее, говорил, что любит и хочет на ней жениться. Ошалев от неожиданного поворота событий, Даша тихо произнесла: — Все так неожиданно. — Она чуть помолчала и совсем тихо добавила: — Я буду ждать, Иван Федорович.

В ответ на ее слова Михайлов счастливо улыбнулся и, довольно кивнув, вновь зашагал с лошадью по улице. Уже через пару шагов молодой человек заметил:

— Я сразу же понял, что вы моя девушка. Вы такая… такая… особенная. Вы не переживайте, что у вас нет приданого. Я все знаю. Илья Григорьевич мне все рассказал. У меня есть средства. Свой дом на Д. улице о двадцати комнатах и две деревни в родовом имении имеются. Я смогу безбедно содержать вас и наших детей. А лет через десять планирую уйти в отставку.