Чтение онлайн

— Вот смотри, это колонка возраст, насколько я понял, это какого пола. А вот в конце, что за цифры? — он указал пальцем на строчки в конце всех записей.

— Сколько всего детей. Это сколько детей каждого возраста. Сколько из них мальчиков и девочек.

— И зачем ты это посчитала? — удивился Илья и повернул к ней лицо.

Даша так и стояла рядом с креслом, в котором он сидел, чуть склонившись над столом и книгой. Ее запах уже совсем окутал его, и Илья, тяжко вздохнув, нахмурился, пытаясь сосредоточиться на словах девушки и на записях в книге, а не на притягательной близости светловолосой искусительницы. Которая даже в этом простом платье излучала столько соблазнительности, что Теплов, словно мальчишка, тайком рассматривал изгибы ее юного тела, которое было в опасной близости от него. Но он прекрасно понимал, что позвал ее по неотложному важному делу, и оттого усилием воли заглушил в себе страстные порывы.

— Ну как же, Илья, надо ведь знать, сколько грудных детей, например. Из этого можно посчитать, сколько потом им потребуется нянек. Сколько малышей. Сколько детей уже юного возраста. Им будут нужны уже учителя по ремеслу ну и далее.

— Да ты верно решила это посчитать, что-то я не подумал. Ах да, вот еще написано у тебя, какого нрава дети. Зачем?

— Это расположенность к тому или иному делу, — объяснила девушка, выпрямившись и опершись бедром о его стол, и продолжила: — Мне так думается, что, если девочка тихая, усидчивая и с тряпочками возиться любит, из нее хорошая швея получится. А, например, если бойкая да резвая, то экономкой стать может, ее ведению хозяйства можно обучить. А ту, которая умная больно да к языкам будет способна, в гувернантку выучить можно. Вы ведь сами говорили, братец, чтобы они навыки приобрели в пансионе для того, чтобы сами работать смогли.

Она говорила просто, понятно и как-то очень по-доброму. И Теплов, молча слушая ее, не спускал внимательного поглощающего взора с больших синих глаз, которые были чуть выше его лица. Даша совершенно не смущалась и открыто смотрела на него. Ее темные ресницы немного подрагивали при этом, и Илья ощутил нарастающее желание прикоснуться к этим пушистым темным ресницам пальцами. Очень осторожно, ласково и проверить, такие ли они мягкие на ощупь, какими кажутся.

— Ты права, Дарёна, права, — закивал молодой человек и добродушно улыбнулся ей. Его красивое уставшее лицо показалось Даше довольно милым. — Ну все, ступай, не буду тебя больше задерживать.

Даша улыбнулась ему в ответ, чувствуя в душе радость оттого, что Илья оценил ее старания и даже согласился с нею. Вообще, совместная работа в кабинете на удивление сближала молодых людей. Здесь они почти никогда не ссорились. Теплов поручал девушке то или иное дело, она старалась выполнить его как следует. И в большинстве случаев молодой человек оставался доволен тем, как она это сделала. Так же Илья часто спрашивал мнения Даши и потом высказывал свое. И слушал, что она по этому поводу думает, а затем принимал решение.

Обойдя стол, за которым он сидел, девушка уже направилась к двери, когда Теплов как-то тяжко вздохнул и сказал:

— Спасибо тебе.

Даша остановилась и, встав вполоборота, улыбнулась ему одними уголками губ.

— Пожалуйста.

Илья вновь склонился над книгой. Он начал что-то выписывать из нее на чистый лист бумаги. Взор Даши невольно пробежался по его широкоплечей фигуре, склоненной в усталой сгорбленной позе. Весь вид молодого человека — немного взлохмаченные волосы, серовато-бледный цвет лица, упрямо сжатая складка губ и мутные зрачки глаз, которые она разглядела чуть ранее вблизи, — говорил о том, что Теплов ужасно устал и замотался. Но, видимо, должен был доделать некое дело, раз никак не мог оторваться от работы. Так замерев у двери, Даша вдруг ощутила, что ей жаль его. А ведь Илья еще даже не ужинал. Ее отзывчивое доброе сердце тут же приняло решение. Она повернулась к молодому человеку и спросила:

— Может, вам нужна помощь, братец?

Он мгновенно поднял лицо от книги и удивленно уставился на стройную фигурку девушки, остановившуюся у входа.

— Правда, хочешь помочь? — произнес Илья ошарашенно.

— Да, — кивнула Даша и сделала в его сторону пару шагов.

— Да не надо, Дарёна, — отмахнулся он, и его взор стал озадаченным. Он тяжело вздохнул и добавил: — Ты и так по утрам мне довольно помогаешь. Матушка совсем меня слезами своими изведет, коли узнает, что я тебя опять занял. Вечер, поздно уже. Иди, я сам справлюсь.

Он отрицательно помотал головой. Если до этого Даша была не уверена до конца, что действительно хочет помочь Илье, то как раз после последних слов молодого человека, приблизилась к его столу и твердо заявила:

— Именно, уже вечер. А вы, Илья Григорьевич, все работаете. И, видимо, сами не можете справиться. Я останусь. Помогу, меня это не обременит. А тетушке скажу, что сама напросилась. Вы только скажите, что надо?

Его лицо вдруг просияло, и Илья как-то по-мальчишески заулыбался ей. Стремительно выпрямившись в кресле, он ласково заметил:

— Если действительно хочешь помочь, я тебе очень благодарен буду. Никанор Михайлович весь день у меня просидел, а мы и половины с ним не сделали. Пожалел я его и отпустил. Ему еще до дому верст двадцать верхом ехать.

— Да я понимаю, — сказала Даша и, обойдя стол, добавила: — Вы объясните, что надо.

— Да, да сейчас, — закивал Теплов и засуетился. Вскочив на ноги, он придвинул Даше стул к столу рядом со своим. Она села, и он пододвинул стул за ней. Проворно опустившись на свое место, Илья устремил взор прямо в ее открытое лицо и произнес: — Ты, наверное, с утра слышала, что мы все же решили строить дом для сирот сами. Так как пригодных для покупки особняков ни в Петербурге, ни в Москве нет.

— Я поняла уже, — кивнула Даша. Илья сидел на расстоянии менее вытянутой руки от нее, и девушка отчетливо видела, как в возбуждении от предстоящего осуществления его проекта и при рассказе о нем заблестели его аквамариновые глаза.

— Но надобно составить толковый проект этого дома, — продолжал Илья свой монолог. — В России пока тех архитекторов, которые достойно могут спроектировать план дома, всего несколько, да и то все заняты на годы вперед. Так вот Никанор Михайлович узнал, что теперь по приглашению императрицы в столице находится известный итальянский архитектор. И Никанору Михайловичу удалось договориться с этим мессиром Кваренги. За умеренную плату всего в двести тысяч рублей этот итальянец до апреля месяца изобразит проект нужного нам приюта. До воскресенья для этого итальянца надо составить что-то типа плана дома. Сколько надобно комнат для совсем малышей, сколько должно быть игровых, сколько комнат для воспитателей, сколько классов для обучения, сколько должно быть окон, этажей. Куда должны смотреть окна и так далее. В воскресенье Кваренги уезжает обратно в Италию. И вернется лишь в апреле, уже с готовым проектом. Посему у меня всего два дня, чтобы все это высчитать, и я вообще не знаю, с чего начать.

Даша молчала минуту и внимательно смотрела на Теплова прямо в упор немигающим серьезным взором. И Илья подумал, что девушка совершенно ничего не поняла из того, что он сказал только что. Но вдруг глаза Даши зажглись, и она тихо заметила:

— Мне кажется, надо сначала разделить дом на два крыла. В одном будут размещаться девочки, в другом мальчики.

— Верно, — тут же согласился Илья. — А потом, я думаю, как раз пригодятся твои подсчеты, по сколько детей какого возраста уже имеется. Как ты считаешь?

— Да, — кивнула она в ответ. — Думаю, надо составить что-то в виде колонок слева и вверху, где...

Даша начала излагать свои мысли и аргументы, и Илья часть из них одобрил. На тех моментах, где мнения молодых людей расходились, они начинали перечислять все «за» и «против», внимательно слушая друг друга, и после принимали наилучшее решение. Илья придумал чертить нечто вроде схем по питанию, устройству дома, количеству обсуживающего персонала и многого другого, что было необходимо при подсчете и планировке приюта.