Она, лишенная боязни не успеть,вдруг оступиться где-то, в чем-то ошибаться,писать всё набело, и быть, а не казаться,опять вгрызаясь в обстоятельств злую твердь,несет в груди тепло доверчивого сердца.Она, лишенная болезни «стать как все»,идет по чёрной, как по взлётной полосе.Сродни бесстрашию и мудрости младенцаеё уменье сеять жизнь сквозь «хорошо»и видеть в каждом дне земную благодать.Щедра в желании любить и отдавать,она, лишенная боязни жить душой.
Реальность вещих снов
А что есть расстоянье для души? —лишь несколько слогов.Пусть небо, переполненное нежностью моей,истому сброситсентябрьским дождем…Ты присмотрись /мой Бог!/:на лобовом стеклерисуют капли нас двоих и в эту осень.Желание —в движении руки,дыханье вместо слов.Опять /в неподражаемой манере/твои губы едва дрогнут,предчувствуя меня.Реальность вещих снов.Примета близкой осени.Предвестник нашей близости.Объятий омут…
Ты повторяешься во мне
Всё повторяется.Ты видишь? —берёзы наши сбрасывают «золото» с ветвей,порывисто дождёмоктябрь смешивает уличные краски.Спираль событий,чередуя дни и ночи беспристрастно,приводит в осень нас:«глоток» внезапности свиданья,как горячительный глинтвейн.И снова третье/пережито/пересказано в стихах неоднократномною/…«Раскрашиваю» чувствами ещё один портрет —с днём ангела тебя.Ты слышишь?Со вседозволенною щедростью,дарованною свыше,ты повторяешься во мне —твореньями/благословенною ценою.
Где-то там
Серо.Сыро.Хочется забыться в теплом пледе.Может осень обострилась,может дикая тоскапо присутствию тебя?Безмолвием ответитодиноко падающий рваный лист.А свысокаНекто мудрый ласково обнимет и прошепчетмне знакомое /и вечное/ про замок из песка,про «святую» эфемерность клятв мужчини женщин,что в обнимку с поцелуями «стекают» с языка…Я блуждаю где-то там,где в пальцах твоихдрожьюне впервые отзывается желание снискатьтанец женских губ…там, где за гранью «невозможно»резонансно стонет пульсв соприкоснувшихся висках,там, где время не казнит,не ставит нам условий,позволяя ощутить полёт…где веры гладь чиста…где любовь живёт в душе,в душе живёт! – не в слове,там,где хочется благодарить, склонившись у Креста.…Снова холст небесный сер.Ноябрь словно плачет:пеленой дождливой осень просится в окно, тиха…Может, утром станет всё светлее,всё иначе,от прикосновенья к твоим снам дыхания стиха?
«Как ты там без тепла, без намека на веру?»
Как ты там без тепла, без намека на веру?Ночамиплачет в доме твоем все еще запоздалая вьюга?Скудным ль шепотом просит душа пониманья,крича ли?Бездорожье…и топчется жизнь по постылому кругуКем ты бродишь в мечтах?Отдавая усталость постели,обретаешь покой в пересортице скучных закатов?Что твоя колыбель – рук /и взглядов/ объятья?Но, те ли,о которых ты грезил взахлёб,пригубивши когда – то?Перед тем как уйти, затеряться, покинуть орбиту,оставляя виток нашумевших недель, ты захочешьмалой искры той самойпроигранной нежностью «битвы»,но споткнешься о камнисвоих же «благих» многоточий
«Научилась без тебя —…»
«Если можешь, ты прости меня, пожалуйста,
Вдруг и я тебя когда-нибудь прощу»
Ю. И. Визбор
Научилась без тебя —бессильна Мания —вьётся имя паутинкою… чуть – чуть.Сожаленья нет, печали,нет желанияприкоснуться на мгновение к плечу.Догорело…я надеюсь, безвозвратно стихтот огонь – с листвой осеннею угас.И поставлены все точки в каждой повестио тебе (с губ не попросится «о нас»).Научилась.Не хочу строкой ли, вдохом ли —воплощеньем моей нежности обнятьсилуэт твой.Эпилогом – эхо шепота:«Мне не падать было больно – не летать».Изжило…порвалась нить объятий (плена ли?),на дне Леты неподвижным камнем твердь —не способная к открытиям Вселенная,ты,кого пыталась отогреть.
В холодном сердце ноября
Я оставляю тебя здесь,несмелым прихотям не смеяни потакать, ни присягать.В скупом на ласку ноябрея оставляю прежних нас…Затерты временем мгновеньяприкосновений близких рук.Лишь сновидения отрезвуалью чувственной дрожитна обжигающем ветру,а страстный след /как странный дар/недолго прожитого намиупрямой тенью на стене,не исчезающей к утру.Я осень рву на лоскутки,на эпизоды и, стеная,я оставляю тебя здесь —в плену жестокой несвободы,в твоей кричащей нелюбви!Навечно ли?На год?На час?…С л у ч а й н о с т ь —каждому своя непредсказуемая квота…В холодном сердце ноябряоставлю я безумных нас.
Сила мысли
Новелла
Предисловие
Эта новелла – не первая моя проза, и далеко не первое художественное творение, но на сегодняшний день, пожалуй, именно она наиболее дорога и близка мне. Может быть потому, что строки её, стремительно появляясь на бумаге и следуя за моими мыслями, нередко странным образом предвосхищали реальные события. Может быть потому, что благодаря незатейливой истории «глазами (я бы сказала – сердцем) одной женщины» я опять обрела способность (и возможность) летать.
Пролог
Иди ко мне…Я в ожиданье долго грезила, не знаялица и имени.Душа молила молча.О тебе ль?Хочу напиться тихой нежности из омута без дна, ибезоговорочно отдать себя в объятий колыбель.Иди ко мне…Какой бы странной не казалась эта осень,одна дорога на двоих —пролог в судьбы чистовике.Пусть проза жизненных признаний будет позже,после…После.Одно молчанье на двоих идти позволит налегке.А листья парами летятв последнем танго нам под ноги,в «хрустальном воздухе» дрожит,как отзвук тысячи шагов,повествование о нас – о том случайном.Главном…Многом……И белым кружевом с Небес —благословения покров.
1
Она называла это – «молчаливый роман незнакомцев». Почти четыре года они добирались на работу одним и тем же маршрутом от конечной станции метро: два – три раза в неделю мельком замечали друг друга в разных концах автобуса или маршрутного такси, практически никогда не встречаясь взглядами. До сегодняшнего утра.
Войдя в автобус, она сразу увидела его и привычно заняла место у заднего стекла. Пассажиров было немного, он стоял чуть впереди, вполоборота к ней. Слегка коснувшись рукой его плеча, она протянула деньги за проезд: «Будьте добры». Он обернулся и замер на мгновение, словно давно ждал этого, но до конца не верил в реальность происходящего.
…Мгновение – сколько это? Им показалось – почти вечность и совсем ничего…
Никогда они ещё не стояли настолько близко. Она неторопливо рассматривала его: ладно скроен, подтянут, аккуратен; шикарные плечи, красивые руки, солидные часы; родинка на шее, ещё одна – на щеке… очки – примерно такие же, как у неё, стильно уложенные после утреннего душа русые волосы. В какой-то момент ей даже показалось, что она уловила аромат его тела. Она всегда была убеждена в существовании невидимой связи между чужими людьми, которая в определенный час проявится и притянет этих двоих настолько, что сопротивление будет бесполезно. «Послушайте! Ведь, если звезды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно?», – почему-то в её голове возникли строки Маяковского.