Чтение онлайн

Гурова подхватили, поволокли, он «начал приходить в себя», шевельнул ногами, затряс головой. Сыщика усадили, начали даже отряхивать грязь с брюк, оправлять куртку. Хлопнула дверь, раздались шаги, голоса умолкли.

— Ну, что у вас происходит? Дежурный, доложите!

— Товарищ майор, поступил сигнал, что двое неизвестных на машине второго секретаря…

— Какого секретаря? — оборвал майор. — Короче, по существу дела!

— Один вооружен, второй выдает себя за иностранца…

— Ко мне в кабинет, — перебил майор.

Гурова вновь подхватили, он вяло отстранился, натурально икнул.

— Я сам. — Он качнулся и неуверенно пошел в коридор, следом за майором, который открыл дверь с табличкой «Начальник отделения», поддерживая Гурова, провел в кабинет, заботливо усадил на диван, налил в стакан воды, поставил на стул.

Гуров из-под опущенных век наблюдал за молодым, хорошо сложенным майором. Тот прошелся по кабинету, не зная, с чего начать, рубанул воздух ладонью и решительно произнес:

— Какие бы сигналы мои люди ни получили, превышение налицо. Я разберусь, виновных строго накажу. Я вас понимаю, секретная миссия. Как иначе, если среди нас сволочей до хрена? Но и вы ребят поймите, они же понятия не имеют, кто вы, зачем в городе.

— Город — закрытая зона? — тихо спросил Гуров. — Иностранцу с сопровождающим приехать нельзя?

— Не прикидывайтесь, майор, или вы подполковник? Нельзя ездить на машине без документов! И уж совсем нельзя размахивать пистолетом! Мне сказали, что встретили с московского рейса немца с сопровождающим. Так это я знаю, а ребята не знают, и вы на них зла не держите.

— Не понял. — Гуров выпил воды. — Где Дитер Вольф? Вы, майор, отдаете себе отчет, что без всяких оснований задержали иностранца, избили. Я не знаю вашего генерала, но в Москве мне сказали, что могу обратиться за помощью. — Он начал шарить по карманам. — У меня записано, сейчас… Где документы, бумажник?

Майор снял трубку, крутанул диск и сказал:

— Приведите немца, принесите все изъятое у задержанных. — Положил трубку и продолжал раздраженно: — Секретность и выполнение специального задания мне как офицеру понятны, но надо и меру знать.

Гуров достал из кармана мятую бумажку, разгладил и прочитал:

— Алексей Алексеевич Сурмин. — Он поднялся. — Дайте мне позвонить, вам, майор, объяснят и о секретности, и о задании. Я сопредседатель совместного предприятия, сопровождаю иностранца. — Гуров потянулся к телефону.

Майор оттолкнул его руку и закричал:

— Вы являетесь сотрудником внутренних дел?

— Пошли вы к черту. Я гражданин России, которого незаконно задержали и избили. Вы ответите…

— Это я слышу по десять раз в день! — перебил майор. — Если вы не сотрудник, то вы и ответите! И за машину, и за пистолет!

— Повторяю, майор, я гражданин России, а Дитер Вольф гражданин Германии. Мы приехали в ваш город по частным делам, которые вас не касаются. Машину нам предоставили в пользование совершенно официально! — Сыщик выпрямился, голос у него окреп. — Никакого оружия у меня никогда не было. Его придумали ваши подчиненные в оправдание своих противоправных, теперь уже преступных, действий.

— Товарищ майор, разрешите? — На пороге стоял дежурный капитан, за ним громоздился Дитер.

— Войдите.

Майор вышел навстречу Дитеру, но тот широко шагнул в кабинет, огромным кулаком шарахнул по столу:

— Я есть немец! Я уважаю власть! Ельцин! Перестройка!

«Артист ты неплохой, — сыщик криво улыбнулся, — а спину мне не уберег, мальчик».

— Дитер, — Гуров указал на стул рядом, — охолонись, парень.

— Доктор! — Дитер сел и забухтел по-немецки.

Лысый капитан выложил на стол документы, бумажник, ключи и, повернувшись к задержанным спиной, что-то доказывал начальнику. Майор как-то сник, разглядывал свои пальцы, нервно покусывал губу, тихо сказал: «Хорошо, хорошо», — и громко продолжил:

— Подробные рапорта вам и всей патрульной группе. Идите. В нашей работе, будь она проклята… — Майор взял со стола документы и все остальное, передал Гурову. — Не извиняюсь, так как мне это не поможет. Не знаю, кто вы такой, но мы точно встретимся еще раз, уверен, что вы перестанете улыбаться.

— Это вряд ли. — Гуров отдал Дитеру его паспорт, подтолкнул к дверям. — Вперед, немчура, тебе нас не понять.

— Не понять, не понять, — повторил Дитер.

Они вышли в дежурную часть, где находились все герои происшедшей истории. Гуров подошел к сержанту с дубинкой, спокойно, будничным тоном произнес:

— Ты сказал, что я очень умный. Запомни, сопляк, слишком умных не бывает.

И жесткими, словно деревянными, пальцами ткнул сержанта в живот, чуть выше брючного ремня.

Парень захрипел, начал ломаться в поясе, уронил палку, схватился за живот. Сыщик взял его за ухо, словно вздернул, и так же миролюбиво продолжал:

— Запомни, щенок, бывают лишь слишком глупые, такие, как ты.

Отпустил, и сержант упал на колени.

— А за это я могу вас… — начал было вошедший в дежурку майор.

Но Гуров его перебил:

— Ты можешь, майор, поцеловать меня в задницу.

Он вытолкнул опешившего Дитера на улицу.

Они сели в «Волгу», отъехали, никто их не преследовал, некоторое время молчали. Дитер не выдержал и спросил:

— Как ты мог офицеру полиции сказать такое? Да еще в присутствии подчиненных.

— Он не офицер полиции, а преступник. Нас проверяли, пытались вынудить признать, что мы работники спецслужб. Я работаю под легендой крупного авторитета, должен вести себя и разговаривать соответствующим образом.

— Где твой пистолет?

— Подумай, ты ведь инспектор криминальной полиции. Пока ты будешь изображать сыщика, я тебе тоже задам вопрос. Как ты позволил ударить меня по затылку?

— Виноват, доктор, но я объясню…

— Мне неинтересно, — перебил Гуров. — У тебя было одно задание. Меня могли ударить ножом, кому и что бы ты объяснял?

— Бывают обстоятельства…

— Не бывает, — вновь перебил сыщик. — Точнее, только одно — смерть. Если бы тебя убили, я бы понял.

— Я не могу работать, когда со мной так разговаривают.

— Прекрасно, возвращайся в свою добропорядочную, мытую и сытую страну и объясни, что ты отказался разыскивать убийцу, так как русский офицер тебя обидел. Законопослушные соотечественники тебя поймут.

«Волга» остановилась у закрытых ворот; днем ключ Гурову не дали, так как ворота не имели замка, а запирались изнутри на засов. Было около часа ночи, но только лишь машина остановилась, как хлопнула дверь, из домика дежурного выбежал человек, ворота распахнулись.

— Поставь машину, — сказал Гуров и прошел в дом.