Чтение онлайн

Понятие «картина мира» сформировалось в рамках естественных наук, которые пытались осмыслить объективные законы природы и закономерные связи между ее объектами. Термин картина мира был выдвинут физиками на рубеже XIX–XX вв., а затем заимствован человековедческими науками: философией, психологией, лингвистикой, литературоведением, культурологией, которые внесли свой вклад в разработку соответствующего понятия.

Будучи метафорическим по своей природе, термин картина мира не передает с необходимой научной точностью обозначаемого им понятия. М. Хайдеггер писал по этому поводу, что при слове «картина» мы думаем прежде всего об изображении чего-либо, однако «картина мира, сущностно понятая, означает… не картину, изображающую мир, а мир, понятый в смысле такой картины» [Хайдеггер, 1993: 49].

В достаточной мере условно и терминологическое выражение языковая картина мира. Строго говоря, язык непосредственно мир не отражает, он отражает способ представления (концептуализации) этого мира носителями того или иного национального языка: образ мира, воссоздаваемый по данным языка, карикатурен и схематичен, поскольку складывается в основном из отличительных признаков объектов окружающей действительности, которые выделяются человеком в результате категоризации мира и подвергаются языковой номинации. Ограниченность отражательных возможностей ЯКМ восполняется общими для носителей определенного языка эмпирическими знаниями о мире.

Справедливости ради надо сказать, что для обозначения понятия, выражающего идею о том, что человек в результате своей духовной активности формирует субъективные представления об объективном мире, вполне уместен и другой термин: образ мира (образ = представление о чем-либо), который, впрочем, хотя и реже, используется учеными как синонимичный обсуждаемому. Кроме того, исследователи прибегают и к термину модель мира (модель = схематизированное воспроизведение объекта). Тем не менее в современной науке предпочтение отдается термину картина мира, который используется в значении «совокупность знаний о мире, которыми обладает человек». Само же понятие «картина мира» стало базисным для теории человека в целом и разных направлений антропологии в частности.

«Картина мира есть целостный, глобальный образ мира, который является результатом всей духовной активности человека, а не какой-либо одной его стороны», – пишет Б. А. Серебренников [Серебренников, 1988: 19]. Постулируемая целостность субъективного образа объективного мира не мешает ученым исследовать данный феномен с разных позиций. Так, картина мира описывается с учетом таких ее признаков, как субъект, творящий картину мира; объект (мир или его фрагмент), образ которого воссоздается с помощью творческой активности субъекта; форма представления объекта (мира или его фрагмента). Соответственно в зависимости от характеристики субъекта рассматриваются такие виды картин мира, как индивидуальная (картина мира отдельной личности: писателя, ученого, ребенка и т. д.) и коллективная (картина мира национального, профессионального сообщества; картина мира людей одного пола, возраста, места проживания и т. д.). Картина мира может изучаться целостно и частично (в последнем случае внимание обращено к отдельным образам мира, составляющим целостную картину мира: например, образ человека, природы, любого другого объекта действительности). Наконец, в зависимости от формы представления объекта, определяемой сферой деятельности субъекта познания, выделяют и исследуют такие картины мира, как биологическая, физическая, религиозная, политическая и т. д. Картина мира может рассматриваться во временной плоскости, с учетом ее культурноисторических особенностей (например, средневековая картина мира, механистическая картина мира, современная картина мира).

Актуальным и дискуссионным для современной науки остается вопрос о том, какое место занимает в этой иерархии ЯКМ: выступает ли она в системе миропредставлений человека как самостоятельный образ мира или ее роль сводится к отображению концептуальной картины мира. Разграничение понятий «языковая картина мира» и «концептуальная картина мира» имеет для современной лингвоантропологии в целом и антропоцентристской семантики в частности принципиальное значение, поскольку оно определяет специфику объекта изучения.

Под концептуализацией действительности понимается осмысление человеком поступающей информации о мире, мысленное конструирование предметов и явлений действительности, которое приводит к образованию определенных представлений о мире в виде фиксированных в сознании человека смыслов – концептов. Познавая окружающий мир, человек формирует общие понятия, которые объединяются в систему знаний о мире, именуемую концептуальной картиной мира. Основная часть этих знаний закрепляется в языке значениями конкретных языковых единиц, т. е. одновременно с мыслительной осуществляется языковая концептуализация действительности, результаты которой в своей совокупности называют ЯКМ.

Обратимся к концепциям ЯКМ, представляющим теоретическую базу современной лингвоантропологии.

Понятие ЯКМ восходит к концепции языка В. фон Гумбольдта. По В. фон Гумбольдту, язык не есть обозначение сформированной независимой от него мысли, но он сам есть орган, формирующий мысль. Интеллектуальная деятельность и язык суть поэтому одно и то же и неразрывны друг с другом. Язык, по мнению В. фон Гумбольдта, представляет собой промежуточный мир, лежащий между миром внешних явлений и внутренним миром человека; каждый конкретный язык обладает собственным мировидением, характер которого зависит от духовного своеобразия нации, особенностей мироощущения говорящего на этом языке народа. Через многообразие языков для нас открывается богатство мира. Язык всегда воплощает в себе своеобразие целого народа [Гумбольдт, 1985].

Мысли В. фон Гумбольдта о миросозидательной способности языка, его роли в мировосприятии говорящего на нем народа были поддержаны и развиты в зарубежной и отечественной лингвистике. Так, А. А. Потебня разделял мнение В. фон Гумбольдта о том, что язык не есть средство выражения уже готовой мысли, а способ ее созидания, он не отражение сложившегося миросозерцания, а слагающая его деятельность. При этом последователи В. фон Гумбольдта подчеркивали национальное своеобразие миросозидательной способности языка: по утверждению Л. Вайсгербера, в языке конкретного сообщества живет и воздействует духовное содержание, сокровище знаний, которое по праву называют картиной мира конкретного языка.

Хотя В. фон Гумбольдт не употреблял термин языковая картина мира, его можно считать родоначальником одной из концепций, согласно которой ЯКМ есть материализация мысли, сформированной посредством языка: представление объективируется, не отрываясь в то же время от субъекта, и весь этот процесс возможен только благодаря языку. Иными словами, мыслительная и языковая концептуализация действительности невозможны друг без друга. Если опираться на рассуждения В. фон Гумбольдта о неразрывности языка и интеллектуальной деятельности человека, языковая картина мира в известном смысле тождественна концептуальной.

Идея существования ЯКМ была оригинально осмыслена в рамках этнолингвистики Э. Сепиром и Б. Уорфом. По их мнению, границы языка и мышления в строгом смысле не совпадают. Конкретный язык не просто является средством выражения различных идей, а сам формирует эти идеи. Иными словами, содержание познания не является общим для всех людей, а зависит от конкретного языка; конкретный язык обусловливает способ мышления говорящего на нем народа и способ познания мира: «Мы расчленяем природу в направлении, подсказанном нашим языком. Мы выделяем в мире явлений те или иные категории и типы совсем не потому, что они самоочевидны, напротив, мир предстает пред нами как калейдоскопический поток впечатлений, который должен быть организован нашим сознанием, а это значит, в основном – языковой системой, хранящейся в нашем сознании. Мы расчленяем мир, организуем его в понятия и распределяем значения так, а не иначе, в основном потому, что мы участники соглашения, предписывающего подобную систематизацию. Это соглашение имеет силу для определенного языкового коллектива и закреплено в системе моделей нашего языка» [Уорф, 1960: 174].

В основе гипотезы Сепира-Уорфа лежит убеждение, что люди видят мир по-разному – сквозь призму своего родного языка; каждый язык отражает действительность присущим только ему способом, и, следовательно, языки различаются своими ЯКМ. Данная гипотеза разрабатывалась и дополнялась в дальнейшем в трудах зарубежных ученых Л. Вайсгербера, Д. Олфорда, Дж. Кэррола, Д. Хаймса и др.

Хотя язык, согласно этой концепции, не отождествляется с мировоззрением, ему отводится роль силы, способной его формировать, а это значит, что ЯКМ предстает как некая матрица для «отливки» стереотипов мышления.