Чтение онлайн

В период кризиса тема слабых, ни на что не годных мужчин и сильной, способной все перенести женщины стала звучать более отчетливо.

Из обращения Юлии Тимошенко.

«Сегодня я с этим кризисом один на один, с глазу на глаз. А от всех других — безответственность и сознательное противодействие моей работе. Но даже это не помешает нам побеждать. Я не прекращу попытки объединения страны, всех политических сил, ни на мгновение, невзирая на любые личные потери, рейтинги и жертвы. И в этом я вижу единственный шанс защитить людей. Это — моя страна, моя Родина, моя Украина. И я не отступлюсь ни на шаг, я отдам все ради того, чтобы она увидела лучшие времена.

Говорят, что когда ты пришел в политику, забудь о половой принадлежности, забудь, что ты женщина, здесь — все равны.

Но если мужчинам не хватает мужества, ответственности, не хватает достоинства и чести, то мне всего этого хватит. И именно поэтому, и именно сейчас, чтобы доказать, что вы недаром стояли на всех майданах, улицах и площадях страны, я заявляю, что иду на президентские выборы и одержу победу!

Я верю и знаю, что украинская политика однажды будет чистой и честной. Власть будет сильной и непродажной. Я верю и знаю, что Украина будет такой, как вы её лелеяли в мечтах: европейским и красивым государством.

Так будет! Я знаю и верю! И призываю всех вас в это верить» [472] .

Можно быть уверенными в том, что, оказавшись на вершине власти в мужском окружении, Юлия Тимошенко стала более внимательно изучать опыт других известных женщин, достигших высоких постов и добившихся впечатляющих успехов. К таким женщинам она тянулась, добиваясь их аудиенции или с удовольствием принимая их у себя на Украине. Визиты к знаменитым дамам, официальные переговоры, а также, не исключено, доверительные беседы с ними, фото- и видеосъемка дружеских объятий и теплых улыбок выполняли важную роль. Таким образом, Тимошенко как бы впитывала в себя часть их влияния, харизмы и авторитета. Общаясь с выдающимися современницами, Юлия Тимошенко повышала собственный статус и приближалась к тем влиятельным международным кругам, где хотела бы быть принятой, понятой и поддержанной. В щедрых поздравлениях и приветствиях, адресованных зарубежным политикам-женщинам, Тимошенко не скупилась на похвалы и самые лестные характеристики, демонстрируя в том числе и гендерную солидарность.

Из интервью Юлии Тимошенко.

«Я рада, что в Германии к власти пришла сильная женщина-политик. Госпожа Меркель и я относимся к одному и тому же поколению. Нас объединяет одинаковый опыт, который мы приобрели в трудные годы трансформации. Возможно, у нас одинаковый подход и к решению проблем будущего» [473] .

Вообще влиятельный немецкий канцлер Ангела Меркель пользовалась особым вниманием со стороны украинского премьера. И это понятно, учитывая степень влияния Германии на мировую, и особенно европейскую, политику. Поздравляя свою коллегу с днем рождения, Тимошенко оперировала исключительно превосходными степенями, называя именинницу выдающейся политической фигурой, принципиальным и высоко духовным человеком, профессионалом наивысшего уровня, талантливым организатором и государственным руководителем. Она давала понять, что их связывают отношения высокого уровня и взаимопонимания, сопоставимые с масштабами руководимых ими стран — Украины и Германии.

«С особенным теплом вспоминаю нашу встречу во время Мюнхенской конференции по вопросам безопасности в феврале этого года. Верю, что продолжение личных контактов в будущем будет способствовать углублению взаимовыгодных отношений Украины с ФРГ. Мы благодарны немецкому правительству за поддержку внешнеполитических устремлений нашего государства» [474] .

Где бы ни была Юлия Тимошенко, она всегда старалась подчеркнуть, что замечает присутствие женщин в политическом руководстве посещаемой страны. Например, давая интервью израильскому изданию, премьер не могла не упомянуть и имя спикера парламента Далии Ицик:

«Я совершенно очарована спикером вашего Кнессета. Какая обаятельная женщина! Такая женственная, милая, так хорошо говорит. То, что ваша страна предоставила такой пост этому человеку, делает ей честь" [475] .

Маргарет Тэтчер, Мадлен Олбрайт, Ангела Меркель, Хилари Клинтон, Кондолиза Райс — вот далеко не полный список именитых дам, с которыми Тимошенко встречалась как официальное и неофициальное лицо. Каждая из них по-своему важна для неё. Иногда даже кажется, что Юлия Тимошенко чувствует себя членом закрытого элитарного дамского клуба, объединяющего носительниц некоего «сокровенного знания», обладать которым могут только они — выдающиеся женщины, добывшие высшую власть в тяжкой борьбе. Среди них фигура Маргарет Тэтчер имеет для Тимошенко особое значение. Именно с ней чаще всего отождествляла себя украинский премьер. Её восхищают многие черты характера «железной леди», которая служит ей образцом для подражания.

В 2006 году журналист британского издания «The Spectator» Аллистер Хит в беседе с Юлией Тимошенко не смог обойти молчанием вопрос об её отношении к Маргарет Тэтчер. Отвечая на вопрос «Что Вы можете сказать о лей?», та с улыбкой начала:

«Наверное, существует такая естественная солидарность — женская солидарность. Я восхищаюсь ею как сильной, яркой личностью [эту фразу ни за что не захотели бы повторить представительницы нынешнего поколения робких, политкорректных аппаратчиц лагеря тори, мечтающих выйти на первые роли в партии. — Т. Г.]... Да, действительно, Маргарет Тэтчер для меня — образец».

Когда в 1996 году девушки из группы «The Spice Girls» в интервью тому же журналу «The Spectator» назвали себя «тэтчеристками», все понимали, что это — шутка. Но когда устрашающе строгая Тимошенко впервые заявила о том, что Тэтчер — её ролевая модель, эти слова следовало воспринять со всей серьезностью.

Между этими двумя женщинами и вправду довольно много общего. Как и в случае с Тэтчер, люди либо ненавидят Тимошенко, либо обожают её — равнодушных нет. Для многочисленных очернителей на Украине и в России она всего лишь популист, сколотивший капитал на управлении «Едиными энергетическими системами Украины» в середине 90-х. Над этими обвинениями Тимошенко посмеялась, но провела другие параллели между собой и леди Тэтчер:

«Я убеждена, что любая сильная личность в политике вызывает как позитивные, так и негативные эмоции. Чем сильнее личность, тем радикальнее эти эмоции» [476] .

Такая презентация в британских СМИ более чем лестна для Тимошенко, но, как кажется, предметом её настоящей профессиональной зависти является беспрецедентное для женщины премьерское долголетие Тэтчер.

Компонент неженской жесткости в делах управления вначале корпорацией, затем партией, а позже и правительством всегда присутствовал в характере нашей героини. Однако во времена премьерства, особенно последнего, пришедшегося на период тяжелого кризиса в стране, железная хватка в манере Маргарет Тэтчер стала особенно явственно проявляться в стиле политического руководства Тимошенко. Стили поведения Тэтчер и Тимошенко объединяет многое: постоянное, безостановочное движение наверх, невзирая ни на какие препятствия; трудоголизм, переходящий в безжалостность к себе; упорные атаки на противников до тех пор, пока враги не окажутся поверженными; готовность к действию, не боясь поражения; способность взять на себя всю полноту власти и ответственности; и, наконец, жесткость в проведении собственной политики. Создается впечатление, что украинская последовательница британской «железной леди» не раз внимательно изучала труд Тэтчер «Искусство управления государством».

Правда, «тэтчеризм» в исполнении Тимошенко приобрел такие черты, что её следовало бы назвать некой пародией на британского премьера, но отнюдь не новым её изданием. Одно из главных различий кроется в принципиально разных подходах к социальной политике. Маргарет Тэтчер не боялась ограничивать социальные привилегии и во имя реформ проявляла удивительную не только для женщины, но даже и для мужчины бесчувственность к нуждам социально незащищенных слоев. За это она получила еще одно нелицеприятное прозвище — «кровавая женщина». Для Тимошенко, напротив, социально ориентированная риторика, отражающая политику заигрывания с массами, была и остается краеугольным камнем в фундаменте политического успеха. Вообще этих женщин трудно сравнивать. И дело не в отсутствии внешнего сходства, а в том, что гламурная и одновременно фольклорная, играющая на противоречивых вкусах публики Тимошенко представляет собой иной, чем Тэтчер, политический типаж. Например, трудно, просто невозможно представить себе баронессу Тэтчер, выступающей перед своими однопартийцами-консерваторами в традиционном для англичанок наряде. Это для Тимошенко политика— театральные подмостки, а для Тэтчер— скорее шахматная доска. Тэтчер являет собой образец неброской изысканности и утонченной простоты акварели, а Тимошенко, сформировавшаяся в век высоких технологий, — это воплощение политического китча.

Юлия Тимошенко не только проявляет по отношению к заморским знаменитостям гендерную солидарность и взаимопонимание, но и старается культивировать это внутри своей партии и фракции. У большинства женской части БЮТ лидер, как правило, находит действенную поддержку. Многие ей подражают, копируя манеру поведения и стиль. Для женщин-бютовок Юлия—признанный лидер и живой пример успеха женщины во власти и политике. Тем не менее вне партии ей приходится вести внутригендерные войны, развязываемые политическими противниками. Тактику противостояния по типу «юбка против юбки» пытались использовать регионалы, выдвинув на роль «позитивной альтернативы» неуправляемой Тимошенко Раису Богатыреву и Инну Богословскую. Противовес в лице Богатыревой оказался слабоват. Скромная, неразговорчивая, дисциплинированная, послушная и осторожная Раиса Васильевна оказалась не в состоянии затмить политический темперамент и изобретательность Юлии Владимировны. Типичный функционер-выдвиженец, Богатырева в принципе не могла эффективно действовать на поле боя против харизматичной Тимошенко.