Чтение онлайн

Где Мьянма и где Южная Африка? Но у племени ндебеле, проживающем в южноафриканской провинции Трансвааль существует схожий обычай вытягивания шеи при помощи металлических спиралей. К слову будь сказано, что на самом деле шея не удлиняется, потому что никакие кольца не способны вызвать удлинение позвонков сверх того предела, который «записан» в генах. И расстояние между позвонками нельзя увеличивать больше положенного природой, потому что в таком случае произойдут две страшные вещи. Во-первых, позвоночник перестанет функционировать, а, во-вторых, пострадает защита спинного мозга, находящегося в канале, образованном позвонками. Визуальный эффект удлинения шеи происходит за счет опущения плеч, на которые постоянно давит груз весом в несколько килограмм.

Однако все разнообразие культуральных стандартов женской красоты невозможно объяснить стремлением уберечь своих женщин от чужого внимания. Опять же – украшают себя и мужчины, а их-то подобные ухищрения от чужого внимания не спасут. Хоть шею вытягивай, хоть блюдце в губу вставляй, хоть палочку в нос, враги все равно будут пытаться тебя убить, потому что ты мужчина, потому что ты воин. Зачем же тогда мужчины украшают себя шрамами, татуировками, ожерельями и всем таким прочим? Потому что это нравится женщинам? Или же это должно устрашать врагов? Или им просто нечего делать долгими летними вечерами, и они коротают время, всячески совершенствуя свою телесную красоту?

В некоторых папуасских племенах мальчикам, которые готовятся стать мужчинами, острой костью просверливают носовую перегородку для того, чтобы они моли бы носить в носу кабаний клык или же украшения, сделанные из ракушек. У каждого племени свои «погремушки», и чужака видно издалека.

А у народа маори, аборигенов Новой Зеландии, существует обычай татуировки тела и лица, производимой специальным инструментом, напоминающим зубило. Такая технология дает оригинальный результат – рисунок на коже дополняется шрамами. Татуировки вообще являются одним из самых старых элементов племенной и статусной идентификации.

Вот вам вопрос на сообразительность. Все знают, какое значение имеют татуировки в уголовной среде. Они свидетельствуют не только о статусе, но и о характере человека (например – о нежелании подчиняться правилам), о его криминальной специальности, а также о его биографии (количество отбытых сроков и т. п.). Снимешь рубашку – и можешь ничего не рассказывать о себе, все расскажут татуировки. Скажите, а почему «информационные» татуировки получили такое распространение именно в уголовной среде?

А как еще человек, находящийся в заключении, может подчеркнуть свой статус и свою принадлежность к определенному иерархическому уровню? Одежда у него обычно бывает казенная, все лишнее (то есть практически все) отбирается при аресте… Ну, вы понимаете. Это военным хорошо, у них есть форма, погоны, шевроны и прочие атрибуты. Собственно, у первобытных племен, которые живут в теплом климате, не располагающем к ношению одежды, кроме как украшением тела, статус и принадлежность к определенному племени не продемонстрировать.

Посмотрите, как в разное время и в разных культурах один и тот же феномен может менять свое значение на прямо противоположное. У тех же маори татуировка свидетельствует о принадлежности человека к определенному племени (статус сейчас не рассматривается), то есть делает его одним из многих, способствует слиянию с толпой. А современные люди делают татуировки (пирсинг и пр.) для того, чтобы выделиться из толпы, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность. Способ один и тот же, а побудительные мотивы разные.

Давайте ненадолго отвлечемся и подумаем вот о чем. Рассеяние евреев по миру началось после падения Израильского царства, в конце VIII века до нашей эры, а государство Израиль было создано в 1948 году. Как еврейский народ смог сохранить свою идентичность за время столь длительного вынужденного пребывания вне родной страны?

Благодаря наличию особой религии и особой культуры, препятствовавшей ассимиляции с другими народами. Обособленность от других народов помогает народу сохраниться. Если такой обособленности нет, народ «растворится» в соседних народах.

Специфические стандарты красоты, все эти дополнения к тому, что получено от природы, изначально создавались не ради красоты, а для того, чтобы подчеркивать свою принадлежность к определенным группам и отличать своих от чужих. Первичной потребностью было не украшение тела, а создание идентификационных визуальных знаков, обозначающих племенную принадлежность и место в иерархии. Или же нужно было сделать своих женщин непривлекательными для мужчин из соседних племен. А понимание того, что это красиво, пришло уже после. Да, конечно же, если видишь что-то «этакое» постоянно, то поневоле станешь считать этот признак стандартом красоты.

В некоторых культурах для обозначения высокого статуса используются крайне неприятные способы. Речь идет не о татуировках или шрамах, подобные украшения достаются весьма болезненным образом, и ничего с этим поделать невозможно. Но вот статусное украшение, по логике вещей, не должно доставлять тому, кто его носит, больших проблем, особенно если его носит женщина. Однако же варианты бывают разные. Так, например, у народа туркана, живущего на территории Кении и Эфиопии, существует обычай носить в нижней губе акванга, вытянутое в длину украшение, сделанное из слоновой кости или металла. Акванга – крайне неудобная штука, довольно массивная для нижней губы. Акванга мешает есть, мешает разговаривать и, если уж говорить начистоту, не добавляет женщинам красоты – торчит из губы нечто изогнутое, спускаясь на несколько сантиметров ниже подбородка. Несведущий человек может подумать, что ношение акванга представляет собой наказание за какие-то неблаговидные поступки. Но на самом деле – это знак отличия, который может носить только женщина из обеспеченной семьи, которая принесла своему мужу достойное приданое – несколько десятков коров. Такая жена (а у туркана распространено многоженство) считается полноправной женой, и рожденные от нее дети имеют право наследовать родительское имущество. Но кроме полноправных жен у туркана есть еще и бесприданницы, живущие в доме мужа на правах бесправных наложниц, и дети, рожденные такими женами, ничего не наследуют. Надо ли объяснять, насколько важен статус «старшей жены» у народов, стоящих на низких ступенях развития? Акванга носится с гордостью, но право же, можно было бы придумать и что-то поудобнее – особую серьгу или, скажем, небольшое колечко в носу. И на виду, и особых хлопот не доставляет.

Можно предположить, что изначально акванга были небольшими, но постепенно, соревнуясь между собой по принципу «я богаче тебя и потому мой акванга больше твоего», женщины туркана довели его длину до 6–8 сантиметров. К месту можно вспомнить натх – традиционное индийское женское украшение в виде кольца, вставленного в крыло носа и украшенного камнями с цепочкой, которая крепится к волосам над ухом. Традиционно натх могли носить только замужние женщины. Чем крупнее натх, тем богаче женщина, тем сильнее ее любит муж (иначе бы он не потратился бы на масивный золотой натх). Иногда натх бывает настолько тяжелым, что его просто невозможно носить, но индианки носят и гордятся. У писателя Видьясагара Наутияла есть рассказ о женщине, которую семья мужа вынуждала носить тяжелый натх. Вот как автор описывает страдания несчастной: «Нос у нее болел теперь не только днем, но и ночью. При малейшем движении натх причинял ей боль. Даже во сне она не могла забыть о нем: чуть заденешь за подушку – точно серпом по сердцу. Да еще ребенок то и дело тянется к блестящему кольцу. Натх весил уже девять тола. Теперь он причинял ей боль постоянно, двадцать четыре часа в сутки» [65] .

Девять тола – это 108 грамм! И это еще не предел. Рассказ заканчивается тем, что вес натха увеличивается до 120 грамм (10 тола), а разорванную натхом ноздрю героини приходится зашивать врачу.

Верхней губе тоже достается изрядно. Известный исследователь Африки Дэвид Ливингстон писал о украшении пелеле, которое носят представители народа манганджа, живущие около озера Ньяса: «Самое поразительное украшение – это пелеле, или кольцо, которое носят женщины на верхней губе. Еще у девочек протыкают верхнюю губу около носовой перегородки и вставляют небольшую булавку, чтобы прокол не зарос. Когда ранка зарастет, булавку вынимают и заменяют ее другой – большего размера. Это повторяется из недели в неделю, из месяца в месяц и из года в год. Процесс увеличения отверстия на губе продолжается до тех пор, пока в него можно будет легко ввести кольцо диаметром в два дюйма… Бедные делают пелеле из дерева или прочного бамбука, более богатые – из слоновой кости или жести. Жестяное пелеле часто делается в форме маленькой тарелочки. Пелеле из слоновой кости напоминает кольцо для салфетки. Ни одна женщина не появляется вне дома без пелеле, кроме того времени, когда она в трауре» [66] .