Чтение онлайн

Ехали дальше в полной тишине. Ярополк вновь начал дремать, облокотившись на боковое стекло.

– ...
– обратилась женщина к нему, видимо, по имени. Яша не расслышал его, но среагировал.
– там сзади два черных джипа. Мне кажется, что они нас преследуют.

Яша повернулся, чтобы посмотреть назад, но было поздно. Один из джипов въехал им прямо в зад машины, да так сильно, что их легковушку тряхнуло и чуть не перевернуло. Второй джип выехал на встречку, чтобы зажать сбоку.

Яша видел далее какие-то кадры, а именно, как машина переворачивается и как в отчаянье он колит шприц так называемой маме в плечо. Они выползают из пылающей машины ещё живые, но их уже освещала черная машина холодным светом фар. Из автомобиля вышли пару человек в черных костюмах и все они были вооруженны. Яша лежал на траве, рядом с матерью и у него не было сил встать. Ему казалось, что ремень безопастности при столкновении чуть не перерезал его по полам, а боль все ещё пульсировала полосами на теле.

– Не долго катались.
– произнес один из вооруженных с открытой насмешкой. Глаза его скрывали черные очки, но даже если снять аксессуар, вряд ли можно будет за ним увидеть хоть каплю совести.

Но тут из машины вышел ещё один индивид, что выделился особенно. Он был совсем молод, без очков, то есть лицо он не прятал. Одежда на нем была темная, если не считать ярко-желтую расстегнутую жилетку. Он подошел ближе, осматривая пострадавших. Ярополк делал отчаянные попытки встать, но ему не хватало сил. Юноша в желтой жилетке подошел к женщине.

– Она?
– спросили у него вооруженные.

– Передайте Леонарду Коуэллу... чтобы он горел в аду...
– прохрипела женщина, пытаясь встать. В глазах её так и читался нечеловеческий гнев, особенно это страшно выглядит на фоне пылающей перевернутой машины. По правой брови на глаз стекала кровь, делая её слова ещё ужаснее. Она вцепилась взглядом именно в индивида в желтой рубашке, словно узнала его.

– Она.
– тихо выдохнул юноша в желтой жилетке. Он нервно сделал шаг назад.

Яша остолбенел от ужаса, когда вооруженные застрелили бедную раненную после аварии женщину. Яша слышал собственный крик, а потом как и в него прилетела пуля.

Жуткая галлюцинация. Все эти люди, этот информатор, который без раздумий сказал "она"...

Голова Яши разрывалась от происходящего и от всего, что он здесь увидел. Это просто жуткое убийство и жестокое. Хотя... Юноша, как понял Яша, заражен, а значит пули его не возьмут. И это оказалась правда.

Очнулся он в странном месте, лежа на какой-то поверхности. У него жутко болела голова. С одной стороны он не понимал мертв ли он, а с другой он точно знал, что жив. В голове мысли накладывались одна на другую: я отомщу за маму, я найду Леонарда Коуэлла и отомщу, я ненавижу все живое и так далее. И Яша его понимал. Пережить такое - это невыносимая боль, как физическая, так и моральная и эта травма на всю жизнь. Юноша не хотел принимать того, что ещё жив. Ему не хотелось дальше жить, хотелось умереть прямо здесь и не важно, где он, но глаза со временем открыть пришлось.

Он лежал на боку и смотрел в стену. Стена была серая с потрескавшейся штукатуркой. Юноша перевернулся на другой бок и чуть не свалился с узкой лавки, на которой лежал. В итоге он сел и огляделся. Он находился в камере за решеткой. Сам номер его был совсем простой, хоть бы постелили что на лавку, а то спать неудобно. Хотя Яша уверен, что человеку, у которого на глазах застрелили родителя, далеко не до мягкости спального места.

– Антивирусом, падлы, выстрелили...
– протянул юноша, хватаясь за голову, что не давала ему покоя и постоянно болела.

Яша знает про антивирус и про то, какой он слабый. Чтобы убить вирус надо выстрелить несколько раз и то он способен убить вирус только на начальной стадии. Видимо в бедолагу выстрелили всего один раз, что его просто заставило потерять сознание.

Юноша потер рукой вспотевший лоб. Его била мигрень в оба виска, ему хотелось упасть на пол, сжаться, найти такое положение, в котором голова не будет болеть.

– Артивирус, не антивтрус... Какая уже разница? Они её убили...
– голос его в конце сильно дрогнул, а глаза были уже на мокром месте.
– Ладно я, но что тебе сделала моя мама? А ведь ты хотела, чтобы Леонард Коуэлл горел в аду. Я ему это устрою. Когда-нибудь, но устрою. Твое желание для меня - закон. Тем более его убийство в любом случае входит в мои планы.
– Голос его дрожал, но не сильно. Не на фразе про Леонарда. Это была не угроза, а скорее цель в жизни. Яше жалко вирус. Он всего того, что с ним произошло не заслужил. Хотя это пока не заслужил. Потом он мутирует и будет нападать на людей. Стоит ли его жалеть? Маму его - да. Он ей что-то вколол, но умерла она ещё человеком и это самое важное.

Юноша сидел на лавке, скрючившись и держась за голову. Его немного крыло, зрение было мутное, но не сильно. Яша услышал шаги, что явно приближались и были уже недалеко. Его немного передернуло и он вспомнил, как прятался в кладовке, где и лишился фонарика, потом нашел нож и пошло поехало.

К решетке подошли несколько человек и все они были в странной форме: в накидках, штанах и в фуражках синего цвета с золотой окантовкой. На груди у всех блестели значки в виде змеи в анфасе надписями "ОХРАНА", но такой значок был не на всех. Не всем же охраной работать. Веселая толпа непонятных людей, а именно их было пять, выглядели не очень приветливо и пришли они явно к юноше. Тот, что стоял в середине сделал шаг вперед, нарушая шеренгу.

– Добро пожаловать в тюрьму для вирусов "Змей". Меня зовут Алек Хансон, мне будешь в случае чего вопросы задавать и, может быть, я на них отвечу. Я - начальник тюрьмы.
– мужчина чуть улыбнулся. Какой он неприятный: острые черты лица, густая но при этом с легкими проплешинами борода и абсолютно безжалостный взгляд с нескрываемой ненавистью к тому, кто с ним сталкивается. Волосы были светлые, немного слипшиеся от пота и зализанные назад, будто бы были мокрые. На вид этому "Алеку Хансону" было 45 и более.
– Твой номер - десятый. Ты находишься в обычном комплексе содержания "Вербин". Все просто, здесь живешь, радуешься жизни. Чем тише сидишь, тем меньше вероятность, что тебя переведут в соседний комплекс "Невский".
– Какой неприятный однако человек, даже тошнит от него. Его хамская манера говорить, неуместная улыбка, демонстрирующая его чуть выпирающие клыки делали из него отвратительного беседника.

– И чем страшен "Невский"?
– изогнул бровь вирус, рассматривая других охранников через решетку. Он так и сидел на лавке, не желая вставать и приближаться к охране.

– В "Невском" тестируют антивирус. Но новых рецептов нет, а про старый и так все понятно. Вот и сам подумай, что делают в "Невском".
– Алек чуть улыбнулся, смотря на вирус с высока. Ему нравилось думать, что он - высшая раса и что вирусы ему не ровня. Ах если бы не решетка и не антивирус.

На секунду Алек снял с пояса пистолет и продемонстрировал магазин, забитый зелеными, чуть светящимися пулями, то есть слабым антивирусом.

– Такой пистолет есть у каждого охранника. До "Невского" можно и не дожить. Удачи. И не забудь переодеться в форму заключенного.
– с этими словами Алек развернулся и отправился прочь с другими охранниками, что пришли сюда просто для виду постоять. Что они стояли здесь, что не стояли - суть не поменялась.

– А вопросы?
– крикнул ему вслед, явно издеваясь, юноша.

Яше на душе стало как-то печально. Бедному вирусу просто дали номер, даже не спросили имя или фамилию. Здесь он - никто и ему надо смирится с этим. Жестоко, даже очень, но тут царит атмосфера бессилия, а воздухе веет терпким ароматом отчаяния.

– Тюрьму небось Лео построил. И сюда меня направил тоже он. Значит я нужен тебе живым?
– задумался вирус вслух.

Ярополк никогда не понимал Леонарда Коуэлла. Он с одной стороны поступал великодушно. Ну, он терпит выходки Венцеслава и оставляет их без внимания, прощает тому грубость, пытается идти на контакт, хоть и чисто в своих целях. Но с другой стороны он делает такие ужасные вещи: устраивает автоаварии, вызывает намеников и, чтобы те точно не ошиблись, ещё и платит информатору. И вот как только программа носит таких, как он? Ярополк тяжело вздохнул где-то у себя в мыслях.