Апокрифический водитель говновоза клана Солнечного пепла
Шрифт:
– Да, – сказал он. – Я готов.
Азраэль кивнул. – Отлично. Время не ждет. Силы тьмы уже на пороге. Нам нужно торопиться.
Он махнул рукой, и перед Парцифалем появился портал – вихрь из зеленого пламени и черного дыма. Из портала веяло холодом и… запахом гнили.
– Куда мы идем? – спросил Парцифаль, оглядываясь по сторонам. Грызун, в отличие от хозяина, был спокойным.
– В место, где ты сможешь найти ответы на свои вопросы, – ответил Азраэль. – В место, которое может спасти или… уничтожить вселенные.
Парцифаль вздохнул и шагнул в портал. Мир вокруг него закружился, а затем… он упал на землю.
Парцифаль оказался в каком-то темном лесу. Деревья были высокими и извилистыми, их ветви переплетались между собой, закрывая солнце. Воздух был тяжелый и спертый, а из-за деревьев доносились странные звуки.
– Где мы? – спросил Парцифаль, поднимаясь на ноги.
– Мы в Сердце Бездны, – ответил Азраэль, появляясь рядом с ним. – Здесь зародились силы тьмы. Здесь они набирают силу. И здесь ты узнаешь правду.
– Правду о чем? – спросил Парцифаль.
– Правду о себе, – ответил Азраэль. – Правду о своем классе. Правду о своем призвании.
Глава 16
Портал выплюнул Парцифаля и Азраэля, словно пару прокисших пельменей, в самую гущу мертвого леса. Деревья здесь были как скелеты – корявые, изломанные, с голыми, скрюченными ветвями, тянущимися к серому, безжизненному небу. Воздух был тяжелый, пропитанный запахом гнили и разложения. Под ногами хрустели сухие листья и… что-то еще, что Парцифаль предпочел не рассматривать.
– И это место должно спасти мир? – пробормотал он, осматриваясь по сторонам. – Похоже на задницу какого-то гигантского тролля.
– Это Сердце Бездны, – сказал Азраэль своим бесцветным голосом. – Место, где зародилась скверна.
Парцифаль нахмурился. Место ему явно не нравилось. Оно давило на него своей мрачной атмосферой, вызывая неприятное чувство тревоги. Ему хотелось поскорее убраться отсюда, вернуться в свой уютный и знакомый Айронгард, где он был героем, легендой. Но он знал, что не может. Он должен был идти дальше, искать ответы на свои вопросы. Даже если эти ответы ему не понравятся.
– Идем, – сказал Азраэль, направляясь в глубину леса. – Нам нужно торопиться.
Парцифаль вздохнул и поплелся за ним. Грызун выглядел довольно бодрым. Он нюхал воздух, шевелил усами и изредка издавал довольное попискивание. Похоже, атмосфера Сердца Бездны ему приходилась по вкусу. Ну конечно, – подумал Парцифаль. – Он же крыса. Ему тут как дома.
Они шли молча, пробираясь сквозь чащу мертвых деревьев. Парцифаль чувствовал себя так, словно попал в какой-то чертов фильм ужасов. Ему казалось, что из-за каждого дерева на него сейчас выскочит какая-нибудь мерзкая тварь. Он крепче сжал мультитул, готовый в любой момент использовать его в качестве оружия.
– Ты боишься? – спросил Азраэль, не оборачиваясь.
– Я? – фыркнул Парцифаль. – Чего мне бояться? Я говновоз. Я видал такое…
Но сам он знал, что врет. Он боялся. Боялся этого места, боялся Азраэля, боялся своих собственных видений. Боялся того, что он может узнать о себе и своем призвании.
– Страх – естественное чувство, – сказал Азраэль. – Он помогает нам выжить. Но нельзя позволять ему контролировать тебя. Ты должен научиться управлять своим страхом.
– Легко сказать, – пробормотал Парцифаль.
Они продолжили путь. Лес становился все гуще, деревья – все выше, а воздух – все тяжелее. Парцифалю казалось, что он задыхается. Он чувствовал себя маленьким и беспомощным в этом мрачном, враждебном мире.
– Скажи мне, Азраэль, – спросил он наконец, – зачем все это? Зачем ты привел меня сюда?
– Ты должен узнать правду, – ответил Азраэль. – Правду о себе. О своем классе. О своем предназначении.
– А если я не хочу знать эту правду? – спросил Парцифаль.
– У тебя нет выбора, – сказал Азраэль. – А судьба уже сделала свой. Ты – Говновоз. И ты должен принять свою судьбу.
Парцифаль замолчал. Он знал, что Азраэль прав. У него не было выбора. Он был говновозом. И он должен был узнать, что это значит. Даже если эта правда разрушит его мир. Даже если она превратит его жизнь в ад. Он должен был идти дальше…
Мертвый лес сжимал парня в своих гнилых объятиях. Каждый шаг по этой проклятой земле отдавался тупой болью в висках. Азраэль, словно тень, скользил рядом, не издавая ни звука. Грызун, нахохлившись, бежал у ног сергея, изредка поводя носом – он явно чувствовал себя здесь неуютно.
Парцифаль проклинал все на свете, начиная с того момента, когда он впервые лег в капсулу виртуальной реальности.
– Сколько еще нам брести по этой мерзости? – хрипло спросил он, сплевывая виртуальный пепел.
– Терпение, – безжизненным голосом ответил Азраэль. – Ближе, чем ты думаешь.
Парцифаль скептически хмыкнул. Ближе, чем я думаю… К чему, черт возьми, можно быть ближе в этом забытом богом лесу, кроме как к собственной смерти?
Но он ошибался. Вскоре деревья расступились, открывая вид на небольшую поляну. В центре поляны возвышались руины – обломки стен, колонн, полуразрушенные статуи, покрытые толстым слоем мха и плесени.
– Что это за место? – спросил Парцифаль, разглядывая руины.
– Это… эхо прошлого, – ответил Азраэль. – Остатки храма Клана Солнечного Пепла.
– Клана Солнечного Пепла? – переспросил Парцифаль. – Что это еще за клан?
Азраэль подошел к одной из стен и прикоснулся к ней рукой. На поверхности камня проявился символ – стилизованное изображение солнца, окруженное языками пламени. Парцифаль видел этот символ раньше – в своих видениях.
– Это их знак, – сказал Азраэль. – Знак Клана Солнечного Пепла. Они были хранителями этого мира… Мира Аркадии. До того, как пришла тьма.
– Аркадия? – Парцифаль нахмурился. – Что за Аркадия? Я о таком мире не слышал.
– Ты многого не слышал, – сказал Азраэль. – Аркадия – один из древнейших миров на ветви Земли, давно уничтоженный силами тьмы. Задолго до появления Айронгарда. Клан Солнечного Пепла зародился именно там.
Внезапно, Парцифаля накрыло видение. Он увидел величественный город, купающийся в лучах золотого солнца. Он увидел воинов в сияющих доспехах, их лица были спокойны и уверены. Они владели магией света и огня, защищая свой мир от любой угрозы. И он увидел… себя. Он стоял среди этих воинов, одетый в такие же сияющие доспехи, его лицо было полно решимости. Он был одним из них. Он был… членом Клана Солнечного Пепла.