Чтение онлайн

Улисс помахал хвостом. Он не только был готов это признать, но явно намеревался сопровождать мистера Бьюмариса, куда бы тот ни отправился.

— Я думаю, тебе можно не говорить, что ты можешь сесть на место Клейтона? — сказал мистер Бьюмарис, забравшись в тильбюри.

Клейтон, широко улыбаясь, выразил готовность взять песика к себе на колени, но мистер Бьюмарис отрицательно покачал головой.

— Нет, боюсь, ему это не понравится. Ты мне не понадобишься, Клейтон, — сказал он и тронул лошадей, заметив своему встревоженному спутнику: — Теперь мы с тобой стоим перед трудной задачей выследить немногословного друга этого глупого молодого человека, Феликса Сканторпа. Интересно, есть ли в невероятном смешении твоих кровей капля крови гончего пса?

Он поехал прямо на квартиру мистера Сканторпа, но там ему сказали, что мистер Сканторп упомянул, что отправляется к Будлю; он поехал на Сэнт-Джеймс-стрит и ему посчастливилось увидеть того, кого он искал, идущего по тротуару. Он натянул вожжи и сказал повелительно:

— Сканторп!

Мистер Сканторп, естественно, узнал человека, сидевшего в тильбюри и правившего шикарной гнедой лошадью, но так как он не мог ожидать, что Несравненный его знает, этот окрик его очень удивил. Он очень засомневался и осторожно спросил:

— Вы меня, сэр?

— Да, вас. Где молодой Тэллент?

Он увидел, что лицо мистера Сканторпа приняло выражение бдительности и осмотрительности и нетерпеливо добавил:

— Ну же, не старайтесь казаться глупее, чем вы есть! Вы же не думаете, что я собираюсь отвезти его в долговую тюрьму?

— Ну хорошо, он в «Петухе», — неохотно сообщил мистер Сканторп. — То есть, — поправился он, неожиданно вспомнив об инкогнито друга, — если вы, конечно, имеете в виду мистера Энстея.

— У вас есть братья? — спросил мистер Бьюмарис.

— Нет, — сказал мистер Сканторп, поморгав глазами. — Единственный ребенок в семье.

— Вы меня успокоили. Передайте мои поздравления вашим родителям!

Мистер Сканторп, нахмурив лоб, обдумал эти слова, но так ничего и не понял.

— Только мать, — сказал он. — Отец умер три месяца спустя после моего рождения.

— Я его прекрасно понимаю, — сказал мистер Бьюмарис. — Я удивлен, что он протянул так долго. Где этот «Петух», о котором вы говорили?

— Дело в том, что я не уверен, что мне следует сказать это! — сказал мистер Сканторп.

— Поверьте моему слову, вы окажете вашему другу очень плохую услугу, если не скажете!

— Ладно, это на Дак-лейн, в Тотхилл Филдз, — сдался мистер Сканторп.

— О Боже! — сказал мистер Бьюмарис и тронул лошадей.

Гостиница под названием «Петух», внешне представлявшая собой маленькое ветхое здание, оказалась более респектабельной, нежели можно было предположить, судя по ее окружению. Как ни изобиловала Дак-лейн грязью, вплоть до валяющихся на проезжей части гнилых отбросов, «Петух» был довольно чистым и комфортабельным. Там даже имелся свой конюх, который вышел, чтобы встретить тильбюри. Когда он понял, что шикарный джентльмен, правивший экипажем, остановился не просто, чтобы спросить, как проехать туда-то и туда-то, но на самом деле поручал ему позаботиться о его лошади и экипаже, перед его мысленным взором встало видение огромных чаевых, и он поторопился заверить своего благородного клиента, что он готов уделить полное и нераздельное внимание его карете. Мистер Бьюмарис вышел из тильбюри и вошел в холл гостиницы, где его появление заставило водоноса, бывшего кучера, двух каменщиков, мусорщика и хозяина гостиницы прервать их беседу на полуслове и уставиться на него во все глаза.

— Добрый день! — сказал мистер Бьюмарис. — У вас здесь остановился некий мистер Энстей?

Хозяин, оправившись от удивления, вышел вперед, кланяясь несколько раз подряд:

— Да, ваша честь! О, конечно, ваша честь! Выгони эту шавку отсюда, Джо! Если ваша честь изволит…

— Не надо, Джо! — вмешался мистер Бьюмарис.

— Она ваша, сэр? — поразился хозяин.

— Конечно, моя. Этот пес — редкий экземпляр: вы бы очень удивились, если бы увидели его фамильное древо! Мистер Энстей у себя?

— Он наверху у себя в комнате, сэр. Мы его очень мало видим, если можно так сказать. Если ваша честь изволит подождать в гостиной, я сбегаю и приведу его, не успеет ваша честь и глазом моргнуть.

— Нет, отведите меня к нему, — сказал мистер Бьюмарис. — Улисс, прекрати вынюхивать крыс! Сегодня у нас нет времени на охоту! К ноге!

Улисс, нашедший в углу многообещающую дыру, шумно в нее дышал в расчете на то, что ее обитатель по крайней мере двадцать четыре часа будет сидеть там, съежившись от страха. Он с сожалением подчинился этому приказанию и пошел за мистером Бьюмарисом по крутой, узкой лестнице. Хозяин поскреб в одну из трех дверей на верхнем этаже и молодой голос предложил ему зайти; мистер Бьюмарис, отпустив хозяина кивком головы, вошел, закрыл за собой дверь и весело сказал:

— Здравствуйте! Надеюсь, моя собака вам не помешает?

Бертрам сидел за маленьким столиком и в сотый раз пытался найти выход из тупика, он поднял голову и вскочил на ноги, побелев, как полотно.

— Сэр! — вымолвил он, схватившись дрожащей рукой за спинку стула.

Улисс, неправильно поняв его тон, зарычал, но был призван к порядку.

— Сколько раз мне говорить тебе, Улисс, о твоих плохих манерах? — строго сказал мистер Бьюмарис. — Никогда не ссорься с человеком, если ты у него в гостях! Лежать!

Он стянул с себя перчатки и бросил их на кровать.

— Как вы меня утомили, юноша! — дружелюбно сказал он Бертраму.

Бертрам, теперь красный как рак, сказал глухо:

— Я собирался к вам в четверг, как вы мне сказали!

— Нисколько не сомневаюсь. Но если бы вы не были так глупы и не покинули «Красный лев» так… э… поспешно, у вас не было бы ни малейшего повода для волнений. Вы не довели бы себя тревогами до полусумасшедствия, а я не обязан был бы приводить Улисса в дом, который, очевидно, ему не нравится.

Бертрам смущенно посмотрел на Улисса, с недовольным видом сидевшего у двери, и сказал:

— Вы не понимаете, сэр. Я был вынужден бежать оттуда. Или… меня могли посадить в тюрьму.

— Да, думаю, могли бы, — согласился мистер Бьюмарис. — На следующее утро я послал вам стофунтовую банкноту вместе с заверением, что не собираюсь требовать с вас ту огромную сумму, которую вы мне проиграли. Конечно, было бы лучше, если бы я сказал вам об этом сразу же, а еще лучше было просто велеть вам уйти из клуба с самого начала! Но вы согласитесь со мной, что ситуация была несколько неудобной.

— Мистер Бьюмарис, — сказал Бертрам, явно затрудняясь найти нужные слова, — я не могу заплатить вам свой долг сейчас, но я даю вам слово, что я заплачу! Я собирался к вам в четверг, чтобы все вам рассказать и — и просить вашего снисхождения!

— Это неуместно, — ответил мистер Бьюмарис. — Не в моих правилах обыгрывать школьников, и вы не можете ждать от меня, что для того, чтобы удовлетворить голос вашей совести, я изменю свои привычки. Может, мы сядем или вы не доверяете этим стульям?