Чтение онлайн

— А причем здесь дидшаха?

— Да потому, что в этой одежде я ощущаю себя арабским шейхом. Который не может себе позволить проявить слабость. Умеет сдерживать эмоции. Не получилось. — А вообще-то, — с лукавым прищуром добавил он, — это ты меня соблазнила.

— Ну, здрасьте вам, — возмутилась Лиза. — Когда это я тебя соблазняла?

— Лизонька, у тебя чистые, искренние глаза. А ты смотрела на меня с таким обожанием и восторгом, никто бы устоял, — шутливо нахмурив брови, сказал Самир. — Ты меня загипнотизировала.

— Надо же! Это ты меня своими черными глазищами гипнотизировал с первой встречи в пабе.

— Ладно, ладно, — улыбнулся он, обнимая Лизу. — Конечно, я виноват во всем. Только в первый день, когда я тебя с Машей в пабе увидел, никаких греховных мыслей мне и в голову не приходило. Я просто сидел и любовался белокурой девушкой с голубыми глазами. Даже, если я там оказался один, никогда бы к вам не подошел. Это уж, когда я увидел тебя возле калитки, проводил до дому, поговорил с тобой…

— И что тогда? — строго спросила Лиза. — После этого решил меня соблазнить?

— Не совсем так, — усмехнулся тот, — но в груди что-то екнуло. Я внутренне сопротивлялся, а сам приглашал тебя в поездки. Значит, все-таки зародилась у меня в мозгу такая крамольная мысль.

— Интересно, — задумчиво сказала она, — как-то я не заметила, что ты меня обольщаешь. Был спокоен, как мамонт. Один раз за руку взял, и то, чтобы не потерялась.

— Лизонька, — с улыбкой произнес Самир, присаживаясь на постели, — должен тебе признаться. Как во всякой нации, арабы бывают умные, не очень и совсем тупые. Но хитрые, все без исключения.

— Ага, — весело откликнулась женщина, — значит, ты хитрый. Да ещё и умный.

— Надеюсь, что не дурак, — согласился Самир. — Поэтому я все делал очень обдуманно. Чтобы уж наверняка понравится тебе.

— Как это?

— Представь себе, — весело начал Самир, — оделся бы я в свой лучший европейский костюм и пригласил тебя на ланч, куда мы с тобой ездили. Наговорил бы тебе кучу комплиментов. Смотрел влюбленными глазами. А после пригласил к себе в гости. На этом бы все наши экскурсии и закончились, — развел он руками. — Ты бы сказала, что этот шейх такой же кобель, как все мужики. Я прав?

— Верно, — рассмеялась Лиза.

— Собственно, я и сам таких быстрых поворотов в отношениях не одобряю. Мне хотелось очаровать свою белокурую русалку. И самому к тебе присмотреться. Поэтому я так сдержанно вел себя с тобой.

— А сегодня?

— Сегодня, — немного задумался он. — Во-первых, у меня уже не было сил ждать. Ты занимала все мои мысли. Лиза, я спать не мог. Крутился, как уж на сковородке. А потом, у меня оставалось очень мало времени. Ты неизбежно скоро уедешь.

— Сегодня ты снял дидшаху и решил брать быка за рога, пока не поздно, — с улыбкой сказала Лиза, укладывая голову ему на грудь.

— Ну, да, — усмехнулся он. — Я понял, что ты уже созрела. И сам был уже совсем на пределе. Накануне уехал так быстро, чтобы не сорваться у тебя в гостях.

— Ну, и сорвался бы, — поцеловала его Лиза. — Я так этого ждала.

— Лизонька, — ответил он, отвечая на её поцелуй, — женщину надо обольщать красиво, без спешки и в своей постели. Вот ты спрашивала, почему я тебя в горах не целовал? — со смешком продолжил Самир. — Я же не виноват, что у меня кровь горячая, как у арабского жеребца. И что мне потом было делать после поцелуев? Брать тебя, уложив на скалы?

— Надо же, какие мы страстные, — улыбнулась Лиза.

— Какие есть, — пожал он плечами.

Она почувствовала, что Самир от этих разговоров вновь загорелся. Выскользнула из его рук и накинула халат.

— Ты куда?

— Мне надо добежать до душа.

— Умница, — улыбнулся он. — Ты случайно Коран не читала? Не надо никуда бежать. Видишь ручку на стене? Это "тайный" вход в душевую. А, может, вместе пойдем? — хитро прищурился Самир.

— Обойдешься, — показала ему язык Лиза. Она ничего не поняла про Коран, но спрашивать было не к месту. Женщина скрылась за дверью.

Когда она вернулась, Самира в комнате не было. Он появился через минуту. С мокрыми волосами и чуть влажным телом. Прямо у двери сбросил халат и упал рядом с ней.

И вновь она утонула в пучине страсти и наслаждения. Лиза уже не закрывала глаза. Она хотела видеть Самира в этом порыве. И запомнить его таким. Он опять говорил, что-то по-арабски. Только теперь его тон был столь нежным, что не требовал перевода.

Лежа потом рядом с ним, женщина сказала:

— Самир, зачем ты себя сдерживаешь? Ну, хочется тебе покричать, так покричи. Что ты зубами скрипишь?

— Ой, дорогая ты моя, — сграбастал он, свою Лизоньку и уложил на себя. — Я закричу, а слуга прибежит спасать хозяина. Что буду говорить? — рассмеялся Самир.

— Чего хохочешь-то?

— Да я счастлив. Просто по-дурацки счастлив, — ответил тот. — Ты рядом и смотришь на меня своими голубыми блюдцами. Таких глаз я не видел ни у кого, — возбужденно шептал он. — Видел голубые глаза, но все равно не такие, как твои.

— Ладно тебе, — смущенно улыбнулась Лиза. — Слушай, а что ты там про Коран говорил? Я не поняла.

— Коран, — задумался тот. — Коран — книга жизни. И я могу тебе это доказать.

— Хорошо, — сказала Лиза. — Расскажи мне про Коран. Может, ты меня в исламскую веру обратишь? — кокетливо наклонила она головку к плечу.

— Что тебя обращать? У тебя никакой веры нет, на мой взгляд, — насмешливо заметил Самир. — Я не знаю точно, какая у вас, христиан, священная книга. Евангелие, Библия. Ты их читала?

— Нет, — растерянно ответила она. — И что?

— А, ничто, — шутливо чмокнул он её в носик. — Пойдем, фруктов поедим на диване. И я поведаю тебе о Коране. Если интересно.

Они накинули халаты и уселись на диван.

— Любишь манго?

— Люблю. Но я этот фрукт есть не умею. Его пока ешь, вся в соке будешь.

— Так вот же, порезанный, — указал Самир. — У меня только Синду так нарезать умеет. Режет вдоль, убирает косточку, а потом на кубики. Я просто обожаю манго. Пробуй. Это из Бали. Самый вкусный сорт, — сказал он, подавая Лизе фрукт и салфетку.