Чтение онлайн

До меня вдруг дошло. Он позаботился обо мне. Как друг. Всё-таки в этой разведывательной миссии произошло что-то хорошее. Кажется, Сантьяго перестал меня ненавидеть.

Вдруг дверь снова зашипела. И на сей раз между створками я увидел тощую фигурку. Девушку с короткой стрижкой. Она рыскала глазами по ангару в поисках меня. Дыхание сперло от радости.

На ней был чёрный костюм. Какой-то парадный. На груди значок в виде кулака на фоне надписи Вега. Грудь плавно выделялась. Гораздо больше, чем в первые дни нашего знакомства. И я едва не угодил в капкан собственного мелочного желания. Сладкого и дикого. Слишком хорошо помнилось, когда мне было спокойнее всего.

Хотелось залезть Принс под кофту, потрогать мягкую грудь, коснуться обжигающего желанием соска. С трудом я откинул эти мысли.

Принс увидела меня. Нас разделяло примерно метров пятнадцать, но мне показалось, её глаза буквально вспыхнули радостью. Она ринулась ко мне, сорвавшись на бег.

Сердце затрепыхалось от предвкушения. Я подался навстречу, думая, что мы просто обнимемся, но Принс запрыгнула мне на руки, обвив бёдра ногами. Я ошалел от неожиданности, даже отступил на шаг. Она была совсем лёгкая, но прыжок совершила энергичный. Посмотрев на меня, Принс замерла, словно подумала, что сделала что-то неправильно.

В ангаре кроме нас ещё как минимум четыре человека, и прежний я не оценил бы таких проявлений эмоций на людях. Но нынешний крепко прижал её к себе. Жива. Моя чокнутая арестантка.

Несколько секунд мы молча обнимались. Я вдыхал пряный аромат её волос, что действовал на моё сердце, как анестетик. Хотелось, чтобы это длилось вечно, но Принс подняла голову с моего плеча и посмотрела в глаза. И рядом с её лицом я будто воочию увидел лицо отца. Принс появилась в моей жизни, а он ушёл. Неужели это цена, которую я заплатил? Даже не я заплатил. А он.

Она свободна. Она не на каторге, со мной. Тёплая, счастливая в этот миг.

Он мёртв. Хотя был бы жив, если бы я не влез в эту авантюру.

– Всё в порядке? – взволнованно прошептала Принс, очевидно заметив моё смятение.

А я задержал на ней взгляд, смотрел, как она изменилась внешне. Не осталось синяков под глазами, щеки покрылись едва заметным румянцем, глаза светились, в них плескалась нежность ко мне, волосы были мягкие и блестящие. Нет, я не простил бы себе, если проведи она на каторге хотя бы лишний день…

– Что-то случилось? – спросила Принс, попытавшись слезть с меня на землю, но я не отпустил, прижал её за поясницу к себе.

– Ты такая красивая, – я выдохнул ей в ухо. – Я очень боялся за тебя.

Принс поджала плечо так, что оно коснулось моего подбородка.

– Со мной всё хорошо. Паленый виски взорвался в моих руках, но чуток. За тебя я тоже волновалась, – сказала она. – Только ты не ответил на вопрос.

Вот опять. Мне слишком сложно было говорить о смерти отца. Слишком сложно произнести вслух это. Внутри копошилось слишком много вины. Если бы я смог выстрелить, если бы… быстрее расправился с металлической саранчой.

Если бы…

– Прости. Мой отец…– сказал я, разжимая хватку на её пояснице, негласно прося увеличить дистанцию.

Она спустилась на пол, ботинки лязгнули о металл.

– Ранен? – спросила она с надеждой.

– Погиб… – я отвел взгляд.

– Траханная жизнь! – выругалась она и взяла меня за руку, сплетая пальцы. – Где он?

В её глазах проявилась боль. Она не знала отца, но ей было больно за меня?

– Сантьяго погрузил тело на корабль, – еле выдавил из себя я.

– Пойдём в конуру, там наш транспортник, вернемся на Тореадор. Там всё решим, – она крепко сжала мою ладонь. – Жаль, что я не успела с ним познакомиться.

– Что теперь будет со станцией? Люди здесь готовы идти за тобой, – сказал я, пользуясь возможностью уйти от болезненной темы.

– Послезавтра совет конгломерата, там всё и определится. Пока за мной идти не куда. На Броссар нужно лететь маленькой группой.

Броссар. Сейчас это звучало пустым словом. Я ощущал себя потерянным, не знал, как жить с той дырой в груди, что с каждой минутой становилась шире. Тепло между наших рук немного расслабило, и я, наклонившись, поцеловал Принс в висок. Мысль, что мы будем рядом, согревала.Ну что, кто рад встрече?

~Сантьяго~

Проснувшись после операции, я первым делом увидел профиль Тардис, её убранные в хвост волосы и чёрную серьгу в ухе.

– Всё пр… – я запнулся, потому что язык плохо слушался. – Всё прошло усепшно? Успешно?

Доктор потрогала мой живот какой-то холодной металлической палочкой. Провела ею продольную линию под пупком. Мягко улыбнулась.

– Да, осложнений не будет, но нужно полежать в капсуле несколько часов для полного восстановления.

Пока она это говорила, я пялился на её губы. Красивая форма. Казались мягкими. Хотелось попробовать их поцеловать. Удивительно, я в последние дни пережил столько перегрузок, стычек, препаратов. Столько всего произошло, а я думаю о губах.

В паху появилось напряжение. И самое неприятное, что одежды на мне не было.

Тардис сделала шаг назад, взяла простыню на соседней койке и укрыла меня.

– У вас странная реакция на наркоз, – улыбнулась она, садясь рядом с моей койкой на стул.

– Это на стресс, – усмехнулся я, надеясь, чтобы эта реакция не станет топорщить простыню. – Почему вы не сняли серёжку?

– Хотела вас попросить, – вдруг как-то томно сказала она.

Мне стало жарковато. И немного странно. Она? Такая вся недоступная и строгая. Попросить кого-то коснуться.

Тардис порывисто подвинула ко мне голову, наклонилась. Была близко ровно секунду, а потом отстранилась и закрыла лицо руками.

– Простите, – смущённо процедила Тардис. – У меня просто есть проблема…

– Какая? – опешил я.

– Я три года была на терапии, которая подавляла мои … желания… – она выдохнула, закусила нижнюю губу. – Теперь её нет, и я… просто в буре этих гормонов. Простите. А тут вы… голый и мускулистый, пялитесь на меня, у вас эрекция. Попрошу Хила вами заняться, майор.

– Сантьяго, – поправил её я. – Не надо. Давайте сниму серeжку, доктор Тардис.

Пусть никакой терапии я не получал, но казалось, что и меня накрыл гормональный шторм. В душе рос возбуждающий интерес узнать эту женщину получше.