Архангел
Шрифт:
– Сильно, Сизый, – грубо ответила я и вырвала руку. – Но не я виновата в том, что он произвёл выстрел, а алкоголь. От пьянства рассудок окончательно перестал работать и как результат стрельба, – придала голосу холодности, старалась говорить, как можно равнодушнее. Только вот неясно кого я пыталась убедить больше себя или мужчину, который стоял передо мной и проницательно смотрел в мои глаза.
– Жестоко и несправедливо, – осуждающе ответил на мою фразу Сизый. – Наташа, неужели ты действительно не понимаешь, что Архангел тебя любит. Согласен, он об этом не говорит, попросту не привык кричать о любви, но его поступки, свидетельствуют о сильном чувстве.
Перевожу взгляд на ворота и вижу, что на горизонте замаячил автомобиль марки «Lexus PX 450h, с кричащим номером: «а666рх/799».
– Явился дьявол, – ядовито прошипела я, не сводя презрительного взгляда с машины.
Сизый замечая мой враждебный настрой, посмотрел на меня просящим взглядом и с мольбой прошептал, – пожалуйста, Наташа, будь помягче. – Кому-то из вас всё равно придётся пойти на уступки. Архангел уже сделал первые шаги, он даже этого пацана, твоего названного друга, отпустил. И всё ради тебя, проявил доброту. Да, в былые времена, он бы его…, – мгновенно закрыл рот, столкнувшись с моим обжигающим взглядом.
– Доброту, – ехидно произнесла я.– Да, это чудовище предварительно избило его до полусмерти, а потом, конечно, сжалился и с отбитыми почками домой отправил, а что пусть дома помирает.
– Никто ему почки не отбил, – яростно начал возражать Сизый. – Да, помял Архангел его немного, ну а что ты хотела? В конце концов, если этот Серёжа так тебя любит, он должен тебя защищать. Кто виноват, в том, что он, терпила по жизни.
И снова бесчеловечная фраза Сизого вызвала гнев в моей душе, шумно задышав, сквозь зубы презрительно процедила, – ваши принципы сродни животным инстинктам. В вашем мире, кто сильнее тот и прав.
Сизый искоса посмотрел на меня и слабо смыкая губы, решительно ответил, – а мы в каком мире живём, разве не по волчьим правилам воем. – У нас своя стая, братство и мы друг за друга горой. Слабаков и шакалов нетерпим. Да, Серёжа твой не предатель, не крыса, но извини реальный терпила. Если он лох по жизни, то его так и будут мордой по земле возить. Уважение надо добиться, иногда и кулаками.
– Идёт сюда, твой вожак стаи, – сердито произнесла я и отвела глаза, когда увидела, что Архангел покинул машину и направился в нашу сторону.
– Наташ, прояви благоразумие, ты же человек более спокойный, не лезь на рожон, – в очередной раз, попросил парень, – и развернувшись в сторону быстро настигающего нас Архангела, прокричал, – привет.
– Можешь не переживать, я тебя не сдам, – раздражённо произнесла я, – держать язык за зубами умею.
Развернулась и продолжила путь домой, в надежде, что Архангел оставит без внимания мою персону и переключится на общение с Сизым.
– И куда это пошла моя сладкая девочка? – услышала бархатный голосок Архангела.
– Вот скотина, да по какому праву он вообще смеет так ко мне обращаться, – мысленно негодовала я. Повернулась и с пренебрежительным видом, крикнула, – ты, что себе позволяешь? – Ты где увидел сладкую девочку и уж тем более твою.
Архангел озадаченно приподнял брови и, не скрывая улыбки, с любовью в глазах, колко осадил меня, – Наташа, прямо у тебя на руках и вижу, самую сладкую девочку, а главное мою.
Почувствовала, что от смущения мои щёки налились красной краской, а кожа на лбу так натянулась, что, того и гляди, лопнет.
Тем временем наслаждаясь своим ошеломляющим ответом и моей очевидной глупостью, Архангел подошёл ко мне и не сводя светящихся глаз, нежно попросил, – дай мне мою конфетку. – Пару часов не видел, а уже соскучился.
– Лёша, это ребёнок, а не пистолет, – едко ответила на его то ли просьбу, то ли приказ.
Архангельский с особенною нежностью накрыл массивной ладошкой, животик Варвары и не переводя, на меня взгляд, мягко прошептал, обращаясь к Варваре, – самое безопасное место для моей конфетки — это руки папы. – Правда, малышка.
Бережно взял Варвару на руки, и к моему удивлению, очень умело начал держать дочь.
– Архангел, ты что имел ранее опыт общения с детьми? – искренне поинтересовалась я.
– А что здесь удивительного, не сложнее, чем держать пистолет Макарова, – теперь пришла пора получать мне порцию ироничных ответов.
Сизый стоял в стороне, тактично не вмешиваясь в нашу «семейную идиллию».
– Архангел, мне бы поговорить с тобой поводу Тариэла, – ожил Сизый. – Там ситуация совсем критичная, не сегодня…, – покорно замолчал, как только Архангел грозно рыкнул, – потом доложишь.
Быстро поняла, что Архангельский не хочет, чтобы при мне была произнесена определённая информация, видимо, особо недоверия мне. Да это и понятно, слишком многое указывает на меня. Особенно моё упорное молчание, которое так и кричит: «предательница, вступила в сговор с Тариэлом и ради спасения своей шкуры, слила друзей.».
– Наташа, мне кажется у Вари носик холодный, – взволнованно произнёс Архангельский, прикасаясь губами к малышке. – Давно гуляете?
Подошла и, склонившись над дочкой, поцеловала личико карапузика, затем подняла голову и снисходительно прошептала, – нормальная температура, с учётом того, что мы на улице.
Архангельский невольно усмехнулся и ещё раз, прикоснувшись губами к малышке, передал наконец-то её в руки матери.
– Ну всё, Варвара Михайловна, нагулялись, а теперь домой, – провокационно обратилась к дочери, выводя на эмоции Архангела.
– Домой идите, холодно, – без эмоционально ответил на провокацию Архангельский и отправился к Сизому.
– Сама решу, что и когда буду делать, – захотелось крикнуть вслед удаляющемуся Архангелу, но сдержалась, дабы не усугублять ситуацию.
– Нагулялись мои девочки, – добродушно произнесла Тамара Львовна, когда я зашла в гостиную. – Так давай, иди раздевайся, а я пока покормлю Варвару, да заодно и спать уложу.
– Спасибо, – вяло ответила я и передав свою драгоценность в надёжные руки Тамары Львовны, направилась в спальню.
Всё дорогу меня не покидал мысль о Тариэле, никак не могла разгадать ребус, узнать причины по котором мужчина оговорил меня.
Зайдя в комнату, скинула куртку и устало присела на кресло.
– Этот мужчина целенаправленно подставлял меня, – продолжала раздумывать я.–Странно, очень странно. Хотя, возможно, он таким способом отводил подозрения от Ангелины.