Чтение онлайн

Первый год его активной внешнеполитической деятельности отличался своеобразным романтизмом. Судя по всему, тогда он ещё верил в политику, которую мы видим по телевизору. Очевидно, тогда он ещё думал, что по любому вопросу можно договориться, что в международных отношениях все равны, а общее благо – главная задача мирового сообщества. Тогда он шёл на уступки и был готов к компромиссам. Он наивно рассчитывал, что западная правящая элита примет его если не как родного, то как равного. Однако реальная действительность международных отношений очень быстро привела его в чувство. На определённом этапе своей внешнеполитической деятельности он осознал, что для тех, кто правит миром, он и Россия – ничто, пустое место и для того, чтобы считались с тобой и твоим народом, для того, чтобы просто выжить, необходимо делать ставку на деньги, выгоду и силу.

Путина обвиняют в том, что он - умный, расчётливый, решительный, коварный, целеустремлённый, властный, агрессивный, жёсткий, безжалостный…

А каким должен быть правитель такого государства как Россия? Точнее, каким МОЖЕТ быть правитель такого государства? Тупым, слабохарактерным, бесцельным, безвольным мямлей, способным лишь красть и лгать? Таких российских правителей тихо душили в спальнях шелковыми подушками собственные гвардейцы. Душили их до тех, пор, пока не приходил тот, кто решительно рубил головы дворцовым интриганам, а потом «окна» в Европу. И тогда начиналась эра национального подъёма.

В том-то и дело, что Россией может править лишь умный, сильный, жёсткий и амбициозный человек, знающий, что необходимо ему, народу и государству. Другие правители в России не приживаются.

Поэтому нет ничего более глупого в либерально-демократических оценках, чем обвинение Путина в переизбытке ума, воли, силы, агрессии и волюнтаризма. Ведь это главные, из ОБЯЗАТЕЛЬНЫХ качеств российского правителя. Пришёл бы вдруг к власти в России в 2000 году человек а-ля Ющенко, с букетом противоположных качеств, и уже в 2005 году РФ представляла бы собой конгломерат маленьких, потрясаемых от внутренних политических конфликтов и экономических кризисов «укрАин», непрерывно воюющих друг с другом из-за материальных ресурсов. Но для Руси и одной «укрАины» слишком много.

И дело тут, в общем-то, не в Путине. Дело в том, что это не он выбрал своё место (он его вообще не выбирал), а место выбрало его. Это место рассчитано на таких людей как он. Когда Березовский и Абрамович усаживали Путина в президентское кресло, они мечтали о своём, российском Ющенко, а получился Путин. Для них Владимир Владимирович стал печальным результатом хитроумных комбинаций. Это - русская мистика, в которой 2x2/=4 потому, что при определённых условиях математические законы в России не действуют. Отсюда и знаменитое: «умом Россию не понять, аршином общим не измерить…». И не исключено, что если бы тогда, в конце 90-х, Березовский и Абрамович обратили своё внимание не на Путина, а на какого-нибудь Иванова, Петрова или Сидорова, то всё равно в итоге получился бы «Путин», со всеми вытекающими из этого последствиями. Русская мистика…

Не сложно заметить, что утвердив себя в качестве суверенного правителя России, Путин принялся активно и последовательно наращивать геополитический вес страны, постепенно двигаясь к главной внешнеполитической цели – возрождению России в качестве одной из наиболее сильных и влиятельных держав мира.

Осознавая в полной мере, что сил для жесткого, конфронтационного отстаивания своих интересов у предельно ослабленного и нищего российского государства нет, Путин ставит перед собой ряд важных тактических задач: во-первых, накопить достаточно сил и ресурсов для самостоятельной геополитической игры, во-вторых, как можно глубже войти своими людьми (используя совместный бизнес и деньги) в правящую элиту Запада, в-третьих, усилить российское влияние в международных организациях, в-четвёртых, внести раскол в ряды своих основных геополитических противников и в-пятых, установить экономический и политический контроль над значимыми для национальных интересов России, регионами.

Фактически, к концу своего второго президентского срока Владимира Путина четыре первые задачи были выполнены, а пятая выполнена частично.

Прежде всего, Россия не только расплатилась со всеми долгами «демократической» эпохи, но и накопила колоссальные финансовые ресурсы. В 2008 году золотовалютные резервы России достигли более 500 миллиардов долларов США (это третье место в мире после Китая и Японии). Кроме того, по совокупному объему своих средств, нынешние российские суверенные фонды сопоставимы с сингапурским TemasekHoldings (6 место в мире) и следуют сразу за ChinaInvestmentCorporation.

Используя полученные от продажи нефти и газа деньги, РФ принялась активно скупать энергетические, транспортные, финансовые и промышленные компании Европы, Соединенных Штатов и стран СНГ. В 2008 году она стала третьим крупнейшим экспортером прямых зарубежных инвестиций в мире. Если раньше российские инвесторы стремились в энергетический сектор и тяжелую промышленность иностранных государств, то сейчас их интересы переместились в сторону предприятий, производящих потребительские товары.

На данный момент, двадцать пять крупнейших российских предприятий владеют иностранными активами, стоимостью в 59 миллиардов долларов США.

Фактически не встречая какого-то серьезного сопротивления, российские компании просто купили (непосредственно или через посредников) большую часть финансово-экономических систем стран постсоветского пространства. И хотя официальной статистики не существует, можно предположить, что финансово-экономическое поглощение Россией своих ближайших соседей достигло своего возможного пика. При этом надо учитывать, что для стран СНГ, российские энергетические, финансовые и промышленные компании, это - авангард мягкого, незаметного вторжения, за которым движется российское государство. Поэтому кричать «русские идут»! уже поздно. Русские пришли. Россия вернулась.

Размах финансово-экономической экспансии россиян в дальнем зарубежье принял такие масштабы, что правительства европейских стран начали создавать специальные контрольные органы, чтобы как-то ограничить инвестиции из России и не дать крупным российским компаниям купить стратегически важные европейские предприятия. США же просто ввели жесточайшие требования к инвесторам и эмитентам из России, практически полностью блокировав их доступ на свой рынок. Американцы и европейцы уверены, что российское правительство (и российские суверенные фонды) осуществляют инвестиции не только в коммерческих целях.

Однако это не останавливает россиян. Сейчас им на руку играет мировой финансовый кризис, стремительно удешевляющий экономические объекты по всему миру, и снимающий всякие ограничения для поглощений. Золотовалютные резервы России позволяют Кремлю, в непростых условиях мирового кризиса, планировать и осуществлять серьезные покупки. Даже министр финансов США Генри Полсон в ходе визита в Москву в июне 2008 года, подтвердил интерес США к российским инвестициям. Соединенные Штаты в последнее время всё острее ощущают потребность в российских деньгах. Об этом свидетельствует и то, что в 2008 году Россия заняла восьмую строчку в рейтинге держателей государственного долга США. Как это не звучит парадоксально, но родина денежного станка Федеральной Резервной Системы на данный момент существенно зависит от финансовых накоплений России.

Всё вышеизложенное позволяет кремлёвским эмиссарам устанавливать непосредственные контакты с могущественными представителями западного бизнеса, политики и СМИ, налаживая с ними тесные, взаимовыгодные, партнерские отношения. Российские агенты влияния проникают в крупнейшие международные финансовые структуры, ведущие западные фонды и мозговые центры, где вырабатывается внутренняя и внешняя политика стран Европы и США. Всё это в целом, сделало невозможным возведение нового «железного занавеса» и изоляцию РФ, о чём ещё недавно подумывали американские стратеги. Россия вошла в кровь и плоть западного мира, надежно привязывая его к себе деньгами, бизнесом и выгодой. Именно поэтому, сейчас Запад крайне ограничен в своих возможностях наносить серьезные экономические и политические удары по России.