Чтение онлайн

– Бизнесмены, политики, – смело предположила Круглова.

– А ещё звёзды кино, спорта и общественные деятели.

Игнатьев наслаждался собственным триумфом. В какой-то момент его голову посетила несмелая мысль относительно того, что он безумно талантливая личность, и место ему на лучших театральных подмостках столицы.

– А ты, стало быть, шубами торгуешь?

– Торгуют трусами, мой хороший, – Круглова поцеловала Игнатьева в щёку и встала с дивана. – А шубы я продаю. Причём мои шубы – лучшие в столице. Я, как и ты, работаю исключительно с верхним сегментом рынка.

– Вот оно как, – удивлённо хмыкнул Игнатьев. – Жёны бизнесменов и политиков?

– А ещё актрисы, спортсменки и элитные проститутки.

– И какова страна происхождения твоего товара? – как бы невзначай поинтересовался Игнатьев.

– Прямые поставки из Греции.

– Отлаженный бизнес?

– В точку, – Круглова с гордостью расправила плечи и наполнила бокалы коньяком. – С той стороны всем занимается моя родная сестра. Она уже давно эмигрировала к берегам Эгейского моря и в своё время поддержала мою дерзкую идею.

– Которая впоследствии сделала тебя весьма обеспеченной дамой.

Разговоры о деле всей своей жизни вдохновили Раису Михайловну к новым подвигам, к реализации которых она приступила незамедлительно.

– Пошли.

Круглова схватила Аристарха Петровича за руку и потянула его в торговый зал. Она напрочь потеряла голову от ощущения пьянящей близости с мужчиной своей мечты и распахнула перед ним святая святых своей души.

– Смотри, Аристарх, – Круглова остановилась возле плотного ряда манекенов, одетых в меховые изделия. – Это соболь. А вот это норка. Песец.

Озадаченные взгляды продавцов-консультантов красноречиво свидетельствовали о том, что всё происходящее здесь и сейчас протекает именно под знаком вездесущего Песца. Несмотря на некоторые опасения, которые навевал неуёмный азарт хозяйки мехового дворца, Аристарх Петрович понимал, что отступать уже поздно.

– А вот это панда! – вдохновенно произнесла Круглова.

Несмотря на то, что о шубах из меха бамбуковых медведей Игнатьев слышал впервые, задавать излишние вопросы он не решился.

Находящаяся же под прессом безудержной страсти Раиса Михайловна одним рывком сорвала цветастую шубу с манекена и небрежно бросила её на пол.

– Аристарх! – Круглова всем своим телом прижалась к могучему торсу своего нового бога. – Я хочу тебя. Прямо здесь и именно сейчас.

Аристарх Петрович не стал сопротивляться предложенной радости и с головой окунулся в омут низменных желаний. В то время как Игнатьев срывал с Раисы Михайловны одежду и разбрасывал её в разные стороны, заведующая торговой секцией в спешном порядке закрывала двери своего отдела.

Долгий период сексуального воздержания разбудил в начинающем соблазнителе настоящего зверя, который рвал и метал всё на своём пути. И зверь этот был страшен в своём подлинном величии. Он громко кричал, грозно рычал и отчаянно кусался. Раиса Михайловна парила в небесах и возвращаться на землю не спешила. На сорок первой минуте затяжного марафона Кругловой показалась, что она находится в объятиях как минимум троих мужчин. Она мёртвой хваткой сжала в ладони меховой рукав и, крепко зажмурив глаза, ловко перепрыгнула с грозовой тучи на белоснежное облако.

– Что это было? – Круглова открыла глаза и попыталась восстановить дыхание.

– Штурм Зимнего дворца и взятие Бастилии.

– Причём по ходу одновременно.

Игнатьев и сам был немало удивлён собственному бесстрашию и полевой неутомимости. Навыки, которые, казалось, в виду невостребованности должны были быть утрачены навсегда, ожили и засияли новым красками.

– Ты просто космос, детка! – Игнатьев бросил стандартную фразу и без сил рухнул на мех панды.

Аристарх Петрович мечтательно улыбнулся, припомнив предпоследний абзац пятой главы воодушевляющей книги под названием «Жизнь без границ». Там говорилось о том, что работа помимо материального достатка должна привносить в жизнь индивидуума и внутреннее удовлетворение. Если переложить эту замысловатую истину на обыденный язык, то получится следующее. Работа должна нравиться ни больше ни меньше. Игнатьев мысленно благодарил небесную канцелярию за предоставленную вакансию и перевернулся на спину.

– Боже мой, какой мужчина! – Окольцева восторженно сомкнула ладони на груди.

Несмотря на довольно детальный рассказ заведующей секцией, Антонина Егоровна решила лично убедиться в качестве нового мужчины своей лучшей подруги. Она пробежалась взглядом по неприкрытому достоинству Аристарха Петровича и принялась нараспев охать и ахать.

– Самец! – в глазах Окольцевой поплыли радужные сердечки. – Доминантный самец.

Аристарха Петровича немного смутило неожиданное появление восторженной толстухи, но, глядя на безмятежный лик Раисы Михайловны, он понял, что причин для беспокойства попросту нет.

– Это кто? – на всякий случай решил уточнить Игнатьев. – Продавец?

– Это моя лучшая подруга, – счастливая улыбка озарила лицо Кругловой. – И зовут её Антонина.

Антонина Егоровна, наконец-то сообразив, что рассматривать мужчину своей подруги в неглиже не совсем тактично, слегка отвернула голову и проникновенно вздохнула:

– Счастье есть. Его не может не быть.

Очередная масштабная акция протеста развернулась у стен здания администрации химического комбината. Реконструкция старого промышленного гиганта развернулась в самом центре столицы и вызвала массу противоречивых мнений. Многие жители окрестных микрорайонов радовались новым рабочим местам, а тех, кто жил чуть поодаль, беспокоила экологическая подноготная мощного предприятия.

Протестующие выстроились в несколько рядов и требовали от администрации комбината предоставить на суд обеспокоенных граждан экологические стандарты и международные экологические нормативы, регулирующие деятельность предприятия. Повсюду виднелись транспаранты с яркими надписями типа «Даёшь чистый воздух» и «Остановим химическую агрессию».

Отдельной кучкой стояли люди в зелёных жилетах.

– Никто к нам не выйдет, – Кудрявцева сообщила своим коллегам по «зелёному» братству горькую правду. – Плевать им на простых людей. Мне говорили, что в новое оборудование вложили около тридцати миллионов евро.

– Да и в городской мэрии у них явно связи, – худощавая девчонка печально вздохнула и бессильно опустила руки.

– Но что-то же нужно делать, – пожилой мужчина нервно теребил в руках листовку.

– Знать бы что, – Кудрявцева неопределённо пожала плечами.

Евгения Валерьевна на протяжении последних двух лет являлась активным участником общественного движения «Экология – наше всё» и за относительно недолгий период своего членства для родной организации сделала не мало. Кудрявцева принимала участие в спасении исчезающей популяции уток на Патриарших прудах, регулярно выходила на уборку парков и скверов и активно участвовала в регулярных акциях протеста. Также небезучастной девушке удалось предотвратить несколько экологических катастроф локального значения, естественно, не без помощи своего вездесущего отца.