Чтение онлайн

– Нам предстоит скоро расстаться, Кейтон. Тебе легко будет счесть мои слова непроговоренными или неуслышанными. Но мне кажется, я должен тебе это сказать. Все, что нам доводится испытывать в этой жизни - это или кара за наши же грехи и глупости, коей надо смиренно покоряться и молча нести её, или же испытание, кое надо выдерживать с честью. Я плохо знаю тебя, и Бог весть - наказует тебя Господь или испытывает, но...

Кейтон молча слушал, слегка побледнев. Роуэн замолчал.

– ... Но?
– наконец тихо проронил Кейтон.

– В тебе мало смирения и мало выдержки.

Кейтон вскинул глаза на собеседника и наткнулся на каменную стену тёмных глаз. В Роуэне не было ни колкости, ни сарказма, ни упрёка. Он хладнокровно и невозмутимо говорил то, что думал, и говорил в лицо тому, о ком это думал. Кейтон удивился. Он просмотрел интересного человека. Энселм уважал силу. Улыбнулся.

– Ты считаешь меня слабым?

– Скорее неразумным. Тебя задели слова глупой девочки. Но она девочка, к тому же глупая. Однако ты был задет.

Кейтон поморщился.

– Возможно, ты прав.
– он торопливо сменил тему разговора.
– Так ты принимаешь сан?

Тот молча кивнул.

– Из тебя получится хороший пастырь, - отчетливо проговорил Энселм и, поклонившись, спешно отошёл. Несмотря на то, что ему понравились смелость и спокойствие Роуэна, он не хотел продолжения этого разговора.

Тут Энселм услышал, как Эрнест Сомервилл приглашает мисс Хилл на первые два танца, а она, явно кокетничая, спрашивает, достоин ли он такой чести после своего омерзительного поступка, когда нынче утром предпочёл охоту с лордом Беркли пикнику в их компании? Сомервилл возвёл глаза к небу. Ведь он уже трижды извинялся! Ну не мог он нарушить обещание, данное Беркли неделю назад! Мисс Хилл царственно сменила гнев на милость, они ушли к танцующим, Остин Роуэн посмотрел ей вслед, пригласил мисс Сомервилл и тут же увел её, Гордон Тиралл предложил руку мисс Ренн, Альберт торопливо пригласил мисс Тиралл, и Кейтон остался в одиночестве.

Настроение его резко испортилось.

Тут он увидел леди Эмили, сопровождаемую милордом Комптоном, хозяином праздника. Они болтали со свободой старых приятелей, говорили о каком-то мистере Эллиоте, оказавшимся растяпой, и мистере Уилсоне, наделавшем глупостей. Как вскоре понял из дальнейшего разговора Энселм, вышепоименованные господа оказались обманутыми неким предприимчивым жуликом, продавшим им под видом раритетов дешевую подделку. Леди Кейтон не могла не похвалиться знаниями и вкусом племянника - он будет достойным продолжателем семейных традиций. Милорд Комптон, оказавшийся выпускником Мертона, спросил, видел ли мистер Кейтон в библиотеке колледжа старинные рескрипты "De viribus herbarum" Мацера Флорида с описанием целебных свойств некоторых трав, кои он в свое время деятельно штудировал? Энселм ответил утвердительно. Сам он поинтересовался, какие книги милорд находит заслуживающими внимания?

Граф грустно усмехнулся.

– С годами, мой мальчик, самыми нужными книгами оказываются те, которые мы когда-то были готовы бросить в огонь.

Несколько минут они оживленно обсуждали последние книжные новинки. Суждения милорда понравились Кейтону глубиной и тонкостью, и он пожалел, что скоро должен покинуть Бат: с этим человеком ему захотелось сойтись поближе.

– Мне казалось, когда человек мыслит глубоко и серьёзно, ему плохо приходится среди широкой публики, - с улыбкой заметил Энселм, - так трудно найти понимание.

– Среди широкой публики человеку, мыслящему глубоко и серьёзно, молодой человек, легко найти узкий круг людей, чье мышление и чьи интересы будут столь же глубоки и серьёзны, - улыбнулся в ответ милорд.

Беседа безмятежной размеренностью чуть успокоила напряжённые нервы Кейтона, но тут к ним подошла леди Блэквуд, а через минуту рядом оказалась мисс Джоан Вейзи. Кейтон напрягся, поклонился подошедшим дамам и сожалел только о том, что не мог сразу уйти - это было бы невежливо. Мисс Вейзи любезно улыбнулась милорду Комптону, и сказала, что его вечер просто великолепен. Граф поклонился. Леди Джейн Блэквуд тоже увлекалась собиранием редких книг, и разговор с её приходом почти не изменил направления. При этом милорд Комптон заметил, что мистер Кейтон стал вдруг странно напряжённым, но истолковал это неправильно. Он любезно обратился к нему с предложением пригласить очаровательную мисс Вейзи, которой явно скучно со стариками, на танец.

Кейтон окаменел. Он вовсе не хотел приглашать мисс Вейзи, просто хотел уйти. Граф невольно поставил его в весьма сложное положение, но Энселм решил увести мисс Вейзи к танцующим, а после, если ей то будет угодно, распрощаться с ней.

Ему не пришлось себя затруднять. Мисс Вейзи, высокомерно взглянув на него, сказала, что не хочет танцевать, чем поставила в неудобное положение и графа, и всех остальных. В эту минуту к ней подскочил какой-то франт, приглашая её на танец, и она тут же протянула ему руку. После их ухода граф, скрывая неловкость, торопливо заговорил о своих новых книжных приобретениях, тётка слушала его, глядя в пол, леди Блэквуд тоже молчала, изредка бросая на Энселма странный мерцающий взгляд.

Сам Кейтон из последних сил поддерживал разговор, старательно делая вид, что не заметил произошедшего, пока его не спас гонг, призывавший гостей в столовую. Когда граф увёл дам на ужин, Кейтон смог остаться в одиночестве. Нервы его были напряжены до предела, руки тряслись, и чтобы унять дрожь, он сжал их в кулаки. Это движение непроизвольно напрягло его и словно всколыхнуло, кровь закипела, но не плотским возбуждением, а яростью.

– Мистер Кейтон, что с вами?

Повеяло свежим запахом мёда, магнолии, лавра и лимона, он с трудом разлепил пылающие веки, и увидел мисс Сомервилл. Зубы его разжались, но он ещё несколько мгновений пытался взять себя в руки.

– Несколько закружилась голова от вашей красоты, мисс Сомервилл, - он с трудом заставил себя улыбнуться.

Она бросила на него туманный взгляд и спросила, не проводит ли он её в столовую? Или ему лучше выйти на балкон? Он так бледен... Энселм вздохнул. Пароксизм злобы совсем вымотал его, но он предпочёл скрыть своё состояние, протянул руку мисс Сомервилл и проводил её к накрытому столу. По невероятно неудачному стечению обстоятельств они оказались за столом напротив мисс Вейзи и того самого франта, что пригласил её до этого танцевать. Его представили как Арнольда Хардинга, место с другой стороны оставалось свободным и его, неожиданно для Кейтона, занял мистер Джастин Камэрон. Рядом с ними с другого края стола сидели леди Кейтон и милорд Комптон.

Энселм чувствовал, как в груди клокочет злость, спирая дыхание, мешая говорить и даже дышать, но кивком все же смог приветствовать приятеля. Мисс Эбигейл заметила его состояние и странные взгляды, которыми обменялись милорд Джеймс и леди Эмили, и поняла, что в её отсутствие произошло что-то, сильно расстроившее всех троих. Более того - мисс Вейзи была явно взволнована, её лицо пошло пятнами. Она ни на кого не смотрела, уставившись в тарелку. Мистер Хардинг и мистер Камэрон молчали.

Неожиданно к мисс Эбигейл обратилась леди Кейтон.

– Это вы, мисс Сомервилл, нарисовали портрет моего племянника сегодня утром?

Энселм снова напрягся, но голос мисс Сомервилл прозвучал очень спокойно.

– Да, его лицо ещё при первой встрече очень понравилось мне, миледи, - мисс Эбигейл с улыбкой посмотрела на Энселма, - оно необычно и напоминает старинные портреты, что мне доводилось видеть в европейских галереях. В нём совсем нет обыденности. Взгляд любого истинного живописца не мог не остановиться на нём, а я несколько тщеславна и считаю себя художником.