Чтение онлайн

Мистэго осклабился, слегка прикусив нижнюю губу. Он не желал делиться с кем-либо сочной добычей. Приказ его был кратким и понятным.

— Не вмешиваться. Я сам с ним разберусь.

Королевские подчиненные явно удивились сказанному. Перечить государю они не стали, но все еще продолжали держать принца под прицелом своих луков.

В руках Люмийского вновь появился Геминорум. Это был один из немногих случаев, когда он действовал без какого-либо плана.

Взгляды заклятых врагов пересеклись, и они начали действовать. Все происходило спонтанно и быстро. Мироэн ускорился и выжимал максимум из зачарованного фламберга. Свирепые порывы ветра едва ли не сбивали короля с ног. Мистэго почувствовал приближение противника и исчез, перемещаясь к хаотично разбросанным на поле битвы стрелам. Всякий раз, когда он дергал за красную нить, все содрогалось и гудело. Крепостные стены и фасад замка, сторожевые башни — все рушилось и обваливалось.

Догонялки двух мастеров оружия, в результате которых Калингас мог сравняться с землей, длились недолго. Мистэго хватило одного выстрела на опережение, чтобы сбить Люмийского с ног. Тетива окрасилась в сиреневый, и король выпустил стрелу. Теперь у него была сила, с которой он мог сражаться с Мироэном на равных.

Пытаясь отступить, принц почувствовал, как перед лицом пронесся сильный ветер. Мистэго оттолкнул противника и резко ударил шипастым плечом лука по его лицу. Но Люмийский упал на колени не от этого.

Заметив чужую стрелу, торчащую из его добычи, король нервно ругнулся. Натянув тетиву, он выстрелил. Снаряд точно попал в цель и пробил сердце ослушавшегося лучника. Это зрелище вызвало у Мироэна отвращение.

— Своего же… Без причины… Взять и убить? Ты падаешь в моих глазах, Мистэго.

Король улыбнулся.

— Принц-отступник будет мне еще советы давать? Не смеши меня. Смысл правления только в этом и заключается. Если ты не будешь держать их в ежовых рукавицах, то не будет никакой дисциплины. Вся эта ваша доброта, любовь, жалость, поощрения… Лишь искоренив всю человечность, можно получить безупречного воина. Он прекрасно знал, что платой за неповиновение будет его жизнь.

— Неужели наша с Герцом детская выходка сделала тебя таким монстром?

Упоминание прошлого пробудило в короле мимолетную злость. Схватив Люмийского за сюрко, он отшвырнул его от себя, а после — выстрелил ему в плечо.

— Что теперь будешь делать? Ты выудил меня на открытую местность и все равно проиграл. Геминорум, Фраксинус, Силентиум, Триденс — все это бесполезно, пока я могу скопировать их магию. Может, наконец, покажешь мне клинок, при помощи которого добывалось все остальное оружие, Коллекционер?

Он несколько раз пытался подняться. В ответ на это Мистэго глумливо засмеялся и выстрелил ему в ноги. Он бы мог разорвать его всего одним снарядом, наделенным пробивным колдовством, однако… Королю нравилось наблюдать за попытками гостя оказать ему сопротивление.

Как бы принцу ни хотелось воспользоваться Беллуморфом, частое его применение чревато дурными последствиями. Если в прошлый раз героя остановил Герц, то сейчас душа, заключенная в этом оружии, могла захватить контроль над телом и больше никогда его не вернуть.

У него не оставалось выбора. Принц никогда не практиковался в призывной магии и прекрасно помнил, что она сделала с его отцом. Вытянув руки к звездному небу, Мироэн обратился к единственному существу, которое он знал.

— Взываю к древнему колдовству…

— Прекрати. Это не сработает, — пытался перебить его король.

— Пусть явится ко мне на помощь ангел, веками защищавший покой семьи Люмийских!

Но ничего не произошло. Глава Калингемов разразился смехом, увидев, что его противник потерпел неудачу, и приготовился стрелять — на этот раз в голову. Выждав несколько секунд, он натянул красную нить, но выпустить снаряд не успел. Его ослепила яркая вспышка. Свет, исходивший от противника, был настолько сильным, что Мистэго пришлось прикрыть глаза рукой. Правитель поежился и был вынужден отступить.

Люмийский ожидал чего угодно, но не этого. Держась за белое древко, он чувствовал, что сила, заключенная в этом оружии, была равной, а может, и большей, нежели у Беллуморфа. И если от клинка Чистилища кровь в его жилах стыла, то от одного только прикосновения к копью Коллекционеру становилось теплее.

Как только свет стал менее болезненным, зеленые глаза правителя приоткрылись.

— Надо же. У тебя тоже получилось его призвать… Но это все равно ничего не изменит.

Мистэго со всей силы натянул красную тетиву, но вспышка яркого света снова ослепила его и тем самым сбила наводку. Стрела с пробивным волшебством пролетела над желаемой целью и с грохотом разворотила ворота крепостной стены.

Мистэго недовольно заворчал и переместился к одной из своих стрел, находившейся вне зоны действия вражеского колдовства. Он переждал, пока восстановится зрение, а после продолжил поединок.

— Ты хорошо ориентируешься в темноте, но… Что теперь будешь делать, Падальщик? — выкрикнул Мироэн, пытаясь выглядеть врага.

Король атаковал сзади. Прежде чем воспользоваться пробивной магией, он прицелился в копье, надеясь своровать у него магические свойства. Как только стрела коснулась оружия Люмийского, Мистэго выстрелил вновь. На сей раз свет ослепил его после атаки, от которой герою чудом удалось спастись.

— Иди к черту со своим противным колдовством! — злобно крикнул он.

Регина Долоре поднялась над головой своего хозяина. Лидер семейства открыл слезящиеся от неприятной боли глаза и попытался ответить врагу тем же приемом, но ничего не вышло. Он повторил попытку. И вновь тщетно.

— Вижу, что у вас, Калингемов, проблемы со светом, — ухмыляясь, произнес Люмийский. — Погрузившейся во тьму семье этот тип магии чужд и ненавистен.

Мистэго завопил и через силу раскрыл веки. Свет, который источало белое копье, прожег зеленые глаза и лишил их возможности видеть. Левая рука неподвижно застыла, а правая — натянула тетиву настолько сильно, что красная нить могла вот-вот порваться. Король вложил в свою атаку остатки духовной энергии. От испытываемой тяжести почва под его ногами покрылась трещинами. Это была последняя стрела, которую он выпустил.

Пробивной снаряд пронесся через весь внутренний двор, оставляя на травянистой земле длинный след. Мироэн приготовился и вонзил оружие в землю. Вокруг принца появился едва зримый барьер, принявший всю мощь зачарованной стрелы противника. В момент соприкосновения двух сильных заклинаний прозвучал мощный хлопок, отзвук которого можно было услышать далеко за пределами замка.

Ударная волна снесла крепостные стены и пристройки, разрушила до основания высокие башни и превратила большую часть королевской обители в руины. Калингас пал усилиями своего хозяина.

Как только облако темной пыли осело, кто-то забил в уцелевшие колокола. Все, кто еще не успел покинуть замок с самого начала битвы, сделали это сейчас.

Оклемавшись после сильной встряски, Мироэн был удивлен тому, что уцелел. Однако, куда больше его удивило могущество реликвий, созданных их с Мистэго предками. Белое древко и ромбовидный наконечник, сверху донизу расписанный тонким золотистым орнаментом. Появившееся на помощь призывателю копье уже не источало свет.

Принц поднялся и отправился на поиски короля. Благо его не пришлось долго искать. Он стонал от боли и не мог выбраться из-под завалов из-за придавивших его ноги обломков стены. Королевское одеяние было порвано и испачкано. Мистэго крепко прижал к себе Регину Долоре, а ослепшие зеленые глаза бегали по сторонам в надежде хоть что-то увидеть.