Чтение онлайн

— Калиго? Странное название…

— На древнеармском это означает «туман». А теперь взгляни на него.

Герц нехотя выглянул наружу. Он увидел, как густая пелена сковала землю. Высотой она была метров пять, не меньше. Безмолвие лишь изредка прерывалось уханьем хищных сов.

— Даже ступать туда не хочу, бр-р-р… — возразил он.

В какой-то момент принца осенило и он понял, что может осуществить желание товарища. Несколько щелчков пальцами — и в руках появились две кожаные фляги, наполненные вином. Одну из них он бросил Герцу.

— Ох, черт! — жадно испив напиток, пробормотал тот. — Красное, из южного Корвела, ей-богу! Как это работает?

— Ты забыл, какую магию я унаследовал? — с упреком произнес Мироэн.

— Ну… Это… Как бы… — замешкался с ответом сероглазый.

Люмийский тяжело вздохнул.

— Объясняю на пальцах. Сущность Магии призыва заключается в том, что её обладатель может призывать что угодно из иного мира. Яркий пример тому — появление моего оружия или же твои Походные руны. Ведь эта хижина была уже готовой. Ты просто призвал её из одного места в другое.

Слова товарища вызвали у бродяги удивление.

— Погоди, и вправду… А в чем же тогда отличие между ними?

— В том, что Рунную магию может освоить каждый на этом континенте, если постарается. К тому же, у неё существует свод ограничений, которые мне нужно долго объяснять.

— А в чем особенность кровно унаследованной магии?

— В том, что у нее нет запретов. Если бы я долго и усердно тренировался, то мог бы призывать мифических существ, как это делали мои предки.

Нелегкая головоломка в голове Герца наконец разрешилась.

— Грубо говоря, ты призываешь свое оружие из небольшой оружейной комнаты, которая находится в другом мире, так?

Мироэн кивнул и выпил вина.

— А если живущие там существа ворвутся в неё и разворуют твою коллекцию? — продолжал фантазировать мечник.

— Тогда уютный мирок охватит хаос и власть перейдет к пышнобородым карликам.

Опьяненные путники громко загоготали.

— А теперь давай о серьезном. Зачем мы сюда приперлись? — поинтересовался друг.

— Прежде чем попасть в лапы Эльро, мне удалось узнать, что недалеко от границы с Тайоки поселился один мой дальний родственник. Я хочу наведаться к нему.

— Странно… Тебе же неприятна эта тема, зачем себя мучить?

— А ты бы не интересовался единственным выжившим родичем, когда остальные покоятся на том свете? — вспылил Мироэн.

— Ладно-ладно, не горячись. Я составлю тебе компанию.

Герц с трудом поднялся на ноги и еще раз вывел в воздухе череду символов. В обеих руках появились горящие факелы, которые он вставил между сучьями. Извне их свечение было практически незаметным.

— Кстати, помнишь Джулию и Мэри? Ну, в детстве играли с нами.

На щеках принца нарисовался румянец.

— Конечно, как тут забудешь… Особенно когда ты пытался ухлестывать за одной из них. Как же смешно это выглядело!

— Да? А ты себя вспомни: и двух слов связать не мог в присутствии Мэри. Все о тварях мифических талдычил, да о героях Армы. Девушкам неинтересно слушать всякую нудную ерунду. Больше внимания, меньше слов!

Люмийский хорошенько задумался над тем, стоит ли рассказывать товарищу что-то из того, что с ним произошло за то время, пока они не виделись.

— Внимание, значит… — пробормотал он. — Знавал я одну такую…

Герц был готов выскочить наружу от восторга.

— Ого! Как её зовут? Как она выглядит? Какой у неё характер? Рассказывай всё-всё-всё!

Прежде чем собраться с мыслями, он сделал несколько затяжных глотков. Красный напиток хорошенько развязал его язык.

— Её звали Лира. Она была той еще красавицей… Стройная фигура, пышная грудь, искрометная улыбка… Рыжие, чуть ли не пылающие локоны, мелодичный голосок и взгляд, как у тигрицы. Бойкая, независимая, временами резкая и грубая… Во многом полностью противоположна мне. Познакомились лет девять назад. Причем это выглядело так глупо… Я тренировался с копьем на берегу соленого моря. Выбрал место, где никто бы не увидел мои нелепые движения и взмахи. Ага, еще бы…

Мироэн судорожно сжал флягу и опять выпил вина.

— Неожиданно для себя я услышал смех: «И какую же невидимую сущность ты пытаешься сразить такими постыдными движениями?». Она появилась из ниоткуда, словно вышла из морской пены. Я обозлился столь наглому заявлению и вызвал её на дуэль, хоть и не привык сражаться с девушками. Не прошло и минуты, как она меня уделала. Насела, как на мертвую добычу, и улыбнулась. Её волосы слились с морским закатом. Казалось, что они пылают…

— А потом что? — перебил Герц.

— Мы три года путешествовали по регионам и сдружились с несколькими ребятами. Наша шайка наводила слишком много шума. Бывало, грабили богатых, отдавая добычу нищим. Порой вступались за крестьян, которых терроризировало местное ворье. Каждый день проживали так, будто он был последним.

Герц буквально обезумел от интриги, которую выдерживал его товарищ.

— Тогда почему ты один? Где эта девушка, где ваша «шайка»?

Люмийский нервно проглотил остатки вина и бросил кожаный сосуд за порог.

— Она мертва.

— К-как? В смысле? — приятель встрепенулся.

— Слухи о наших «добрых делах» дошли до Рюкама. Одному из лидеров семейств, под чьим контролем находились северные земли Корвела, не понравилось то, что мы делали для его вассалов. Лира была упрямой и честной; хотела освободить несколько селений от гнета их глупого хозяина. Её поддержали все, кроме меня. Я настаивал на том, что это глупая затея, что нам не хватит сил, но… Кто же станет слушать мальчугана, чей род уже давно ничего не значит в этом мире?

Мироэн приподнялся и пополз к выходу. Карие глаза окунулись в глубины ночного мрака, пытаясь найти в нем хоть что-то интересное.

— Эта семья воспользовалась услугами кровных. Беспощадные и матерые убийцы, за плечами которых не одна сотня снесенных голов. Кое-как, но мы отбились. Их оказалось чересчур мало, что озадачило меня. Знаешь, я понял, в чем дело, но было слишком поздно. Один из «наших» всадил нож Лире в спину, прямо во время празднования победы. Оказывается, им заплатили — и даже больше, чем наемникам из клана. Она истекала кровью, умирая у меня на руках, но при этом улыбалась. Даже сейчас не могу понять, почему.