Чтение онлайн

Глобализация, несмотря на свои масштабы и мощь, всё чаще и чаще сталкивается с растущим неподчинением. Во всём мире есть группы людей из «лишних», которые желают сами решать свою судьбу. Эти очаги сопротивления совершенно разные по политической окраске, социальному составу, методам борьбы и формам организации, но всех участников объединяет чувство человеческого достоинства, униженное «новым мировым порядком». Многие из «лишних» людей потеряли надежду довести своё мнение до властей обычными способами и, не обладая трибуной, решаются на крайние шаги в виде террористических актов. Причём едва ли не большинство совершенно не связывают свои действия с геополитикой, руководствуясь личными проблемами или локальными интересами своего народа.

Мир структурирован вполне определённым образом. Человечество и культура его составных частей, народов, первичны; экономика, а тем паче финансы вторичны. При этом само человечество вторично по отношению к природе. Если в угоду интересам финансов ведётся разрушение культуры и ликвидация природы, в итоге не останется места самим финансам и тем, кто так ими озабочен.

«Культура является основополагающим элементом жизни каждого человека и каждого общества» — эта истина изобретена не нами. Лучшие умы человечества считали её аксиомой по крайней мере с XVIII века. Но только в 1982 году в декларации межправительственной конференции, проведённой в Мехико под эгидой ЮНЕСКО, она обрела статус политической формулы, долженствующей влиять на практическую деятельность государств. После долгих препирательств с великими державами сессия Генеральной Ассамблеи ООН в 1986 году узаконила эту формулу.

Идея приоритета культуры предложила альтернативу стратегиям развития, основанным исключительно на интересах экономики и на научно-технических критериях. Но Запад, под давлением транснациональных монополий руководствуясь негодными стратегиями, игнорировал особенности природной и культурной среды разных стран, исторически сформировавшиеся потребности, чаяния и духовные ценности народов, внося извне не соответствующие их культуре схемы глобализма. Кризис таких стратегий очевиден, но даже после официального признания этого факта в ООН ничего не изменилось: культуру продолжают давить.

Не последнюю роль в этом сыграла революция в сфере коммуникаций. Она создала мощнейшие технические средства, позволяющие изничтожать своеобразие культур просто массой посторонней информации. «Всемирное телевидение», «всемирное радио», Всемирная паутина — Интернет, наряду со всемирной рекламой и т. д., вплоть до «всемирного языка» в виде вульгарно упрощённого английского, стали всемирным явлением. Произошло то, что большинство аналитиков называют «американизацией культуры».

Однако повторим ещё раз: Америку надо пожалеть! Просто ТНК в основном западные, в подавляющем большинстве случаев американские. И граждане США, члены разнообразных этносов со своей, адаптировавшейся к условиям проживания на американском континенте, культурой первыми попали под каток глобализации. И первыми попробовали её плоды. Простите за каламбур, попробовали они эти плоды в буквальном смысле слова. Сначала из них вытряхнули деньги за новую «глобализованную» еду, а когда оказалось, что за свои деньги они купили ожирение и всякие нутряные болезни, из них стали вытряхивать деньги за методики похудания и оздоровления. Это, кстати, простейший пример: ведь культура питания тоже культура…

Сторонники глобализации, естественно, считают благотворным воздействие Запада на остальной мир, подверженный «застою и деспотизму». Но мы приводили уже обзор экспансии Запада. На протяжении как минимум последних трёх столетий она была вовсе не культурной, а экономической, подкреплённой военным кулаком. Сегодня добавилось новое, информационное оружие — и чем же оно «стреляет»? Россказнями о том, как хорошо, сытно и богато живут на Западе, ведать не ведая ни про индийскую, ни про русскую, ни про какую-либо иную культуру. Ценности спасения, милосердия, добродетели, истины, преданности преподносятся как ненужные и даже вредные с точки зрения финансового преуспеяния! Телевидение подкрепляет рассказы красивыми картинками; ныне всего десяти транснациональным телекоммуникационным компаниям принадлежит 86 % мирового рынка телекоммуникаций.

Аборигены, конечно, этим сказкам верят: ведь каждый хочет жить хорошо, сытно и богато или чтобы хотя бы выглядело так. Местные правители облапошиванию собственных граждан не препятствуют; они имеют с глобализма свой гешефт. Местные «делатели культуры» пристраиваются в хвост глобальным окультуривателям. Американский социолог Р. Стил объяснил это предельно откровенно:

А если бы через новые телекоммуникационные средства транслировали правду? Рассказали бы, например, как ради своих прибылей Ост-Индская компания Англии засыпала костями местных батраков Индию и Китай? Как ради захвата земли расстреливали американских индейцев? Как столетиями держали в экономической блокаде Россию? Как в XIX веке вывозили из Африки чёрных рабов? Если бы транслировали правду, может, современные аборигены пожалели бы свою культуру, обнаружив, что никогда, ни разу взаимодействие их культур с идеями наживы не вело к снижению различий в уровнях жизни, а всегда только наоборот. И теперь будет точно так.

…Сегодня модно отвергать всё, наработанное марксистской политэкономией. Но разве было неправдой утверждение о жестокостях эксплуатации, о неустроенности широких народных масс в ходе становления капитализма? Понятно, почему навязывается идеология, перевирающая историю, исключающая все свидетельства классовых противоречий, осмеивающая идеи и символы народного протеста, а вместо этого представляющая путь Запада как «магистральный путь» для всего мира. Понятно. Деньги стали выше правды…

Но почему с этим соглашаются люди?!

Реализация сценария, по которому всевластными становятся наднациональные финансовые структуры (ТНК), идёт полным ходом. Максимальный успех будет достигнут с оконнательной деградацией всех прочих, кроме финансовых, структур: культурных и духовных, властных и производственных. Они для главенствующих сил этой эпохи лишние, поскольку оттягивают на себя весьма ограниченные природные ресурсы. Но основной элемент общественной эволюции — человек, и деградация происходит не где-то в горних высях, а в каждом из нас. Как говорил профессор Преображенский из романа М. А. Булгакова, разруха не в ватерклозетах, а в головах.

При этом присные психологи отлично знают, что действовать надо отнюдь не через человека. Человек что, человеку можно дать его «права» и «свободу совести», пусть себе тешится. Действовать надо через так называемое общественное бессознательное. Дело в том, что никакое общество не может иметь своего мнения. Оно не может думать, потому что у общества как такового нет мозга и языка. Думать и говорить — прерогатива только отдельного человека, индивидуума, имеющего мозг и язык. Психология толпы построена не на мышлении, а на эмоциях. Общественное мнение и общественное понимание происходящего — это всегда мнение и понимание некоторого очень маленького количества вполне конкретных личностей, которые и навязывают его всему обществу.

Поскольку толпа не имеет разума, воздействовать на неё логикой невозможно, а можно только примером, играя на форме подачи информации. Вот почему власть в России в ноябре 1917 года взяли большевики и эсеры, создавшие свои боевые дружины, а не умные кадеты, [58] проводившие время в спорах о «путях России». Вот почему мнение серьёзных учёных, вроде академика Н. М. Римашевской или покойного Н. Н. Моисеева, не влияет на общество (об их работах слышали единицы), а антиглобалисты, громящие в столицах Европы закусочные «Макдоналдс», выводят на улицы во время саммитов мировых лидеров тысячные толпы. Вот почему столь успешна новая псевдонаука PR, public relations, занятая как раз созданием общественного мнения. И в этой работе PR-фирмы применяют очень специфические методы.