ЖАНРЫ

Армагеддон завтра: учебник для желающих выжить

Валянский Сергей И.

Шрифт:

Они не сводят воедино мнение разных людей в разбивке по сословиям и возрастам, чтобы сформулировать некое общее мнение, а навязывают своё. На тех, кого намерены уничтожить, навешивают позорные ярлыки, а тех, кого хотят вознести, упоминают в эмоционально позитивных выражениях. Желая что-либо скрыть, используют не язык, понятный всем, а псевдонаучную речь с обилием иностранной терминологии. Они всегда держатся подальше от существа вопроса, сопровождая собственные утверждения невежественным мнением знаменитостей, не являющихся специалистами в данной области. Они никогда не утверждают прямую ложь, ограничиваясь околичностями. Они избегают моральных аспектов всегда и везде.

Сконструированные PR-мастерами виртуальные «новости» и «объекты» обладают лишь теми свойствами, которые на данный момент необходимы заправилам этой структуры и их хозяевам. Сначала создают классификацию (что хорошо, а что плохо), а потом манипулируют мнением людей, привязывая к любым событиям эмоционально окрашенные понятия и слова. Имея целью уверить публику в чём-либо — например, в полной безопасности генетически модифицированных продуктов, специалисты по созданию общественного мнения тщательно вымарывают нехорошие слова вроде: биотехнологии, химический, синтетический, эксперименты, деньги и т. д. Нет, их пресс-релизы переполнены добрыми словами: натуральный, охрана здоровья, красота, разнообразие, земля, солнце, органический, цельный…

В политике тоже есть «хорошие» слова: демократия, права человека, свободный рынок. Есть «плохие» слова: тоталитаризм, терроризм, репрессии. Между тем репрессия (от позднелатинского repressio — подавление) означает просто карательную меру, наказание, применяемое государственными органами, ничего «плохого» в нём нет. Казнь убийцы, санкции США против какой угодно страны, арест угонщика, конфискация имущества вора — всё это репрессии. То же можно сказать о любых «плохих» словах. Когда их специально и постоянно применяют только в негативном контексте, люди перестают замечать нейтральность самих слов, а это, конечно, уродует информацию и деформирует понимание людьми сути сообщений. Для них упоминание любых репрессий говорит об ужасах и беззаконии (хотя это не так), а режим, названный тоталитарным, заведомо не может иметь ни одного светлого пятна (но и это не так).

Другой метод: одновременно преподносится большой набор фактов, но так, чтобы из него нельзя было построить связную картину. Поэтому рекомендуемые выводы имеют вид некоего прозрения: получить их из того, что сообщалось, логическим путём, как правило, невозможно. А значит, таким выводам можно только верить, не рассуждая. «Партия — наш рулевой». «Голосуй сердцем». «Путин — наш президент». «Войне с мировым терроризмом нет альтернативы».

Или берутся разноуровневые аргументы и представляются как равноценные. Вывод, который получается в результате, можно считать абсурдным, но только если понимать, в чём «фишка». К примеру, президент В. В. Путин предлагает отменить налог на наследство. Всё равно, дескать, богатеи прячут свои миллиардные счета в оффшорах и взять с них нечего, а нищий пенсионер из-за налога не может передать внукам жалкий дачный домишко. «Правильно! Правильно!» — радуется публика. А что правильно-то? Что ворам не мешают безнаказанно вывозить капиталы, отчего пенсионер и оказался нищим?..

Ещё один метод работы: для проталкивания нужного мнения сообщается только положительная информация, а отрицательная замалчивается. Во время подготовки и проведения военной акции против Ирака каких только гадостей не было сказано про Саддама Хусейна. А что, ничего хорошего при его власти в Ираке не было? Наверняка было. Но народам об этом никто не говорит!

Дж. Карвилл, один из американских специалистов по стратегии (он работал в команде Буша-старшего), прямо заявлял, что:

«…публика не может реагировать на то, чего она не знает. Вы не должны думать, что они знают нечто иное, если вы не сообщили им этого». [59]

59

Цит. по книге Георгия Почепцова.

Совершенно верно: публика знает только то, что ей сказали, и ничего другого. Интерпретация навязывается обществу, и дальше речь идёт исключительно о сказанном, а не о подлинных проблемах.

Все эти хитрые штучки применялись, наверное, всегда, но воздействовать с их помощью на огромные массы людей стало возможным только с появлением мощных средств коммуникации. То, что рекламируется и сообщается по ТВ или в газетах, мгновенно превращается в «общее мнение», но сообщённое — совсем не обязательно правда, а скорее наоборот. Но почему же люди верят?..

Здесь опять не обойтись без некоторых научных рассуждений о единстве законов эволюции.

Физикам известно, что элементарные частицы по «поведению» можно разбить на два типа, которые называются фермионами и бозонами. Основная разница между ними в том, что никакой фермион не терпит, чтобы рядом с ним находился другой фермион в том же состоянии. А вот бозоны «любят» сбиваться в большие компании себе подобных, достигая одинакового состояния. Единство материи обеспечивается столь противоположными устремлениями частиц!

Так вот, человек по своей сути фермион, а по поведению — бозон. Подумайте, как воздействует на человека мода, и вы быстро поймёте, о чём речь. С одной стороны, нет для homo sapiens большего оскорбления, чем услышать, что он точная копия такого-то. А с другой — он податлив общему мнению. «Бозоновое» поведение можно наблюдать, например, на пешеходном переходе. Люди мнутся на тротуаре — машин нет, но ведь все стоят! Постою-ка и я… И вдруг какая-то старушонка шустро двинула через дорогу. Не потому, что у неё больше информации о дорожном движении и она что-то решила в результате рассуждений, а просто сослепу. И все дружно рванули за ней!.. Или на рынке. Стоит продавец, скучает: никто не подходит к его прилавку! Но вот какая-то дама подошла, стала придирчиво рассматривать товар. И тут же — давка, всем нужен именно этот прилавок…

Двойственный характер человека очень важен. Человек противится унификации, навязанной впрямую, и легко поддаётся, если её навязывают косвенно, на уровне мыслей и эмоций, намекая, что «другие так делают и им уже хорошо». Бесполезно приказывать кому-то есть йогурт поутру; приказ его возмутит и отвратит от продукта. А радостные положительные эмоции, предлагаемые в красиво разыгранной рекламной сценке, его затронут, хотя игра — она и есть игра, правды в ней мало. Но ум тут не участвует.

Обратите внимание: уж сколько раз твердили миру, что ухищрения маркетологов не имеют целью удовлетворение потребностей людей, а используются для формирования их вкусов и предпочтений. Казалось бы, homo sapiens мог бы уже сообразить, что его дурачат!.. Но люди продолжают покупаться на рекламу и покупать товары, в большинстве случаев совершенно им ненужные. Это происходит потому, что противники оболванивания — не специалисты по public relations, не имеют нужных навыков и возможностей для «выхода» на аудиторию. И проигрывают истинным мастерам. Уж те-то с лёгкостью убедят любого, что ему позарез нужна прикольная мелодия для мобильника (бозон слышит: у всех уже есть), подобранная лично для него (фермион понимает: ни у кого нет). Бозоново-фермионовый человек нутром чует, что жить ему дальше без мобильника с прикольной мелодией никак невозможно, и платит деньги. А вы — «разум, разум»…

Казалось бы, сколь разумны политики, горячо ратующие за общечеловеческие ценности. Это «хорошие» слова, и любой гражданин поддержит такого политика. Но если вдуматься, вдруг понимаешь, что общие у всех людей только животные инстинкты, а остальные ценности есть результат воспитания и воздействия культуры конкретных народов. Поэтому, если понять, что именно пытаются нам навязать как общечеловеческие ценности, становится страшно.

На протяжении тысячелетий человечество шло от животного состояния, от жизни по инстинктам к жизни по разуму. Составлялись и укреплялись этические нормы. И вот на самой вершине эволюции PR-компании, используя наисовременнейшие информационные технологии, напрямую обращаются не к разуму, а к инстинктам. Людей опять вводят в животное состояние. Практически в любой телевизионной рекламе замаскирована голая задница или половой акт. А для слома ещё оставшихся этических норм СМИ, эстрада и прочее «искусство» впрямую пропагандируют насилие и безумие как норму поведения.

Профессиональные психологи [60] отмечают, что с начала 1960-х началось массовое переформирование сознания людей. Без стеснения транслируются модели извращённого поведения. Если взглянуть на многих звёзд эстрады взглядом психиатра, если проанализировать сюжеты фильмов, романов и рекламы, обнаружишь весь спектр психических отклонений, известный науке.

Прежде всего людей явно приучают к тому, что различные половые извращения — это норма. А ведь на деле они (может, не все это знают?) идут по разряду психопатологии. Никакая новостная телепередача не пропустит возможности показать праздник извращенцев. О правах «меньшинств» трезвонят постоянно! Целые поколения вырастали, даже не зная, что «такое» бывает. Теперь людям с младых ногтей предлагают альтернативу: численность «меньшинств» множится… Телепрограммы типа «За стеклом» или «Дом», кроме прочего, провоцируют такое психосексуальное расстройство, как вуайеризм (это когда получают специфическое удовольствие от подглядывания в чужую спальню через замочную скважину). В СМИ подогреваются монстрофилия (патологическая любовь к уродству) и педофилия (ещё недавно приходилось объяснять, что это такое; теперь все знают).

60

И. Медведева и Т. Шишова (Наш современник. 2004. № 2).

Поделиться с друзьями: