Чтение онлайн

– В столицу? – поинтересовался Николай, не торопясь при этом убирать оружие.

– Дай бог успеть... Там, – Дима кивнул в сторону поселка, – скорее всего уже подняли кипиж и связались с кем надо.

Скорость Шумилов не снижал. Ровно до дорожной таблички, на которой название поселка Чистоозерный было перечеркнуто. Это означало, что поселок остался за спиной. Впереди была дорога на Москву.

– Коля, – повернулся к подполковнику Шумилов. – Нужно проверить мост. Если там усиленный наряд – пиши пропало.

Без лишних вопросов Водорезов покинул машину и двинулся вперед, к мосту. Двигался он лесом, и вид у него сейчас был, точно у грибника. Не доходя метров шестидесяти до моста, Николай пригнулся и достал бинокль. Дима оказался прав. Мост был перекрыт наглухо. Две машины ДПС [17] , плюс какие-то ребята в камуфляже и с автоматами, плюс какие-то штатские. Позы напряженные, оружие сжимают крепко. Воевать с ментами? Пойти на прорыв? Нет, от такого боестолкновения лучше уклониться. Между тем в небе показался вертолет. Когда он подлетел поближе и начал снижаться, Николай разглядел, что вертолет приписан к отдельной эскадрилье МВД. Запросто так подобная машина в полет не отправится. Как только вертолет приземлился, из него первым делом вышли двое автоматчиков в черном. Затем неторопливо выбрался высокий худощавый мужчина лет сорока пяти, с прилизанными волосами. Одет в штатское, причем весьма недешевое штатское, включая ботинки. Остальные менты вытянулись перед ним чуть ли не по стойке «смирно». Стоп! Да это же и есть генерал Островной собственной персоной! Пару раз Николай видел его в теленовостях и один раз живьем, в Чечне. Тогда тот, правда, был не в пиджаке, а в камуфляжной куртке и черном берете, точно матерый командир спецназа. Однако прическа под тем беретом была точно такая же, прилизанно-приглаженная, лаком напомаженная. Генерал Островной прибыл тогда в Чечню с целью чем-то поруководить. Чем, подполковник (тогда еще майор) Водорезов так и не узнал, хотя его подразделение стояло рядом. Зато Островной охотно жестикулировал перед многочисленными телекамерами, заверяя, что с чеченскими бандформированиями будет покончено через пару недель. Да, такие заявления он делал без малого пять лет назад. Потом были «Норд-Ост», Беслан, прорыв в Ингушетию. В Чечне генерал пробыл дня четыре. Передвигался исключительно под прикрытием двух БПМ и роты вэвэшного спецназа. А когда вернулся в Москву, был немедленно представлен к боевому ордену. Когда Водорезов с ребятами наблюдали церемонию награждения (ее опять же показывали по центральному каналу ТВ), их разбирал злой смех...

Сейчас лицо Островного было напряжено. Он дал пару указаний своим подчиненным, оглядел недобрым взглядом окрестности и вновь вернулся в вертолет. Винтокрылая машина поднялась в воздух и устремилась в сторону поселка Чистоозерный. «В плен бы тебя взять», – мысленно усмехнулся Николай. И лишь в этот момент осознал всю абсурдность ситуации. Они, законопослушные граждане, офицеры Российской армии, вынуждены скрываться от нашей же милиции, которая должна быть законопослушна по определению. Бред какой-то. Спецназовец ВДВ загорелся желанием взять в плен милицейского генерала... Такое впечатление, что они с Димой и Гридневым находятся на оккупированной территории. Оставили «родные» войска и область, и город. А теперь, выходит, они партизаны?! Бред...Тем не менее другие определения сложившейся ситуации в голову не приходили.

– Значит, Сам здесь, – выделяя «САМ», проговорил Дима, как только Николай выложил ему свои разведданные.

– Ментяра генеральский, – подал голос до этого не слишком многословный Сенатор. – Слуште, Рамзесы, вы сами-то кто?

– Давайте без лишних вопросов, Глеб Виссарионович, – ответил Шумилов.

– Но ты-то явно из конторских, – не слишком любезно проговорил Сенатор.

– А ты из «синих», – встрял Николай, желая поставить этого уголовничка на место. – Тоже явно...

– Кто это такой большой? – без угрозы в голосе осведомился Сенатор.

В самом деле, этот седой татуированный дяденька был чуть ли не на голову выше своего недавнего освободителя, шире в плечах, да и жизненный опыт у него имелся немалый. Пусть не боевой, но тоже под ножами и пулями бывал.

– Сенатор, меня зовут Николаем, – очень спокойно произнес в ответ подполковник. – И, если бы не мы с Дмитрием Сергеевичем, – он кивнул на Шумилова, – в данную минуту твой труп растворялся бы в кислоте.

– Благодарствую, господа хорошие, – стараясь не ронять свой авторитетский статус, ответил Сенатор. Похоже, он понял, что время на лишние разговоры тратить опасно. Поэтому слово вновь перешло к Шумилову.

– Район закрыт наглухо, – сказал Дима. – Островной нам уйти не даст. Придется вызывать вертолет. Наш, фээсбэшный, из пограничной эскадрильи. Думаю, «ЗРК» господа Климов и Островной применять не решатся. Хотя, кто их знает...

Да, судя по всему, Водорезову и Диме удалось сломать некий тайный замысел этих двух мерзавцев в штанах с лампасами. А покушения на свой бизнес такие господа не прощают.

Поселок Чистоозерный представлял собой то, что в былые годы именовалось как смычка города и деревни. С одной стороны, сельские домики с огородами, с другой – вполне современные многоэтажные строения. Имелось и озеро. Когда они проезжали мимо озера, стало ясно, что чистым его можно назвать с большой натяжкой. Да, по большому счету, этот Чистоозерный был скорее небольшим городком с сельскими постройками. Шумилов заехал на окраину поселка-городка, где располагалось огромное футбольное поле, окруженное беговыми дорожками.

– Бывший стадион, – пояснил Дима.

В самом деле – для вертолета нужна была какая-никакая площадка. Футбольное поле вполне подходило для этого. К тому же вокруг него было открытое пространство, и подобраться к ним незамеченными теперь было невозможно. Ко всему прочему, Шумилов поставил машину за полусгнившим, ржавым ангаром, в котором в былые годы хранился разный спортинвентарь. Связавшись по мобильнику со своими, Дима сообщил, что ждать придется не менее получаса.

– Для начала прочешут лес... Перекроют границы на выезде из Московской области. За сам поселок возьмутся часа через два, никак не раньше. Согласен, Николай? – спросил Водорезова Шумилов.

– Будем надеяться, – пожал тот плечами. – Тем не менее дозор я бы выставил.

Саша Гриднев поймал его взгляд. Молча взял трофейный автомат и бинокль. Далеко отходить он не стал, расположился рядышком, под прикрытием все того же рыжего от ржавчины ангара.

– По милиционерам не стрелять, – произнес Шумилов. – Нас могут спровоцировать на это... В крайнем случае – рукопашная.

Возразить было нечего. Все-таки милиция – это милиция, а не оккупационные войска. Вроде бы... Чтобы скоротать время, Водорезов протянул Шумилову две мятые бумажки с текстом, найденные в кармане у монголоида.

– Понятно... – не очень уверенно отозвался Дима, бегло изучив их. – Кажется, я был прав. Да, точно! – В его голосе появилась уверенность. – Это текст радиоинсценировки! Один парень из ФСБ – это я. А ты, Водорезов, штатный киллер и подрывник. На тебе трупов...

Николай пребывал в оцепенении. Лихо задумано. Если бы не Дима, через пару дней его бы арестовали и... Впрочем, сейчас трудно сказать, что произойдет через пару дней. Все-таки Шумилов контрразведчик от бога. Этого у Дмитрия не отнимешь.

– Умный ты, Дмитрий Сергеевич, – с неожиданной печальной интонацией в голосе произнес Сенатор. – Так все оно и было...

И Сенатор изложил подлинную историю происходящих событий.

– Для этого вас и свели вместе, – подвел итог Шумилов. – Преступный авторитет Сенатор вступает в преступную связь с коррумпированными офицерами спецназа ВДВ. Заваривается совместный оружейный бизнес. Как только журналист Нечаев, славящийся своей бескомпромиссностью и принципами, это вскрывает, Гриднев лично ликвидирует Нечаева. Оружейная мафия в лице парня из ФСБ Шумилова и десантника Водорезова организовывает побег Гриднева и Сенатора. Однако доблестная милиция под руководством генерала Островного обезвреживает всю группировку. Шумилов и Водорезов задержаны, а Сенатор и Гриднев убиты при задержании... Вот так, Глеб Виссарионович.