Чтение онлайн

Николай с Гридневым уселись в автомобиль Шумилова, держа при этом оружие так, чтобы его было максимально видно со стороны. Катя села на заднее сиденье машины своей подруги. Высунулась почти по пояс из окошка, направила в сторону господ «ниндзя» объектив миниатюрной видеокамеры. И через мгновение прозвучала долгожданная команда «мотор»!

Кино на радость нам дано – лучше, пожалуй, не скажешь. Процессия выехала из Чистоозерного без приключений, благо рынок находился на окраине города. Николай вел машину, прислонив трофейный пистолет-пулемет к плечу. Это была совершенно дурацкая позиция, зато он хорошо смотрелся со стороны. Сашка и вовсе поигрывал пистолетами, точно суперстрелок из вестерна.

– Крыминальны комэдья [24] , – произнес он.

Между тем впереди, у моста, нарисовался ментовский заслон. Правая рука Водорезова инстинктивно дернулась было к оружию. Шедшая впереди машина с Катей и Нелли остановилась, и ее тут же окружили пятеро автоматчиков. Николай затормозил почти впритык к машине бизнес-леди и выставил вверх обе руки ладонями вперед. Перестав играть оружием, то же самое сделал и Гриднев. Вокруг них тут же сомкнулось боевое кольцо милицейского спецназа. Через опущенное боковое стекло Водорезов мог видеть и слышать то, что происходило впереди.

– Что вы себе позволяете? – Катя пошла в нешуточную атаку на старшего группы автоматчиков, окруживших их машину. – Вас что, не предупредили, что здесь работаю я?! У меня договоренность с вашим этим... из ФСБ! Нет, тьфу, из МЧС!

Катя действовала строго в соответствии с инструкцией Водорезова, шла напролом, путая грозные ведомства.

– Шойгу Сергей Кужугетович! – выдохнула она. – Министр по... этому самому. Знаете такого?! А меня что, в первый раз видите?!

С этими словами Екатерина сунула под нос старшему внушительного вида красную книжицу. На ней были грозные золоченые буквы «Союз кинематографистов Российской Федерации».

– Объясните, в чем дело? – миролюбиво попросил несколько обескураженный милиционер.

То, что Екатерина Анатольевна Терентьева является студенткой Высших режиссерских курсов, несколько успокоило его, а подчиненные опустили стволы автоматов.

– Я снимаю свой дипломный фильм! – торжественно сообщила Катя. – Каждая смена обходится мне в триста долларов. Смена – это съемочный день, понимаете?

На последней фразе девушка чуть ли не взвизгнула.

– И что? – не слишком добро осведомился милиционер.

– И то! – кивнув вверх, в сторону плывущих облаков, ответила, не снижая темпа, Екатерина. – Через полчаса зайдет солнце, а у меня до сих пор не снят эпизод проезда террористов по шоссе!

– Это они? – кивнув в сторону второй машины спросил старший.

– Да! Каскадеры! И я сумела договориться с ними всего на две смены!

Старший сделал пару шагов в сторону машины с «террористами».

– Каскадеры, стало быть, – произнес он, глядя на скрытую полумаской физиономию Николая. – Оружие бутафорское?

– Цо пан поведзал? [25] – спросил Саша.

Милиционер вопросительно повернулся к Кате.

– Поляки, – дернула плечиками девушка. – Они меньше берут за смену.

– Гастарбайтеры, – кивнул милиционер, переглянувшись с подчиненными.

– А оружие настоящее, – заметила со своего водительского места бизнес-леди.

– Оружие я взяла под расписку с «Мосфильма», – бросив укоризненный взгляд на подругу, произнесла Катя. – Если с ним что-то случится, отвечать будете лично вы! Платить в тройном размере, а то и под суд! Кстати, как ваша фамилия-имя-отчество?

Милиционер лишь усмехнулся, сдвинул берет.

– Номера машин записали? – обернувшись, спросил он у одного из своих. Получив утвердительный ответ, одарил Катю любезной улыбкой. – Проезжайте, девушка!

Через некоторое время автомобили пробьют по базе данных. С Нелли никаких проблем, а шумиловский лимузин скорее всего зарегистрирован на кого-нибудь, не вызывающего при первом чтении никаких подозрений.

– Что такой хмурый, Валерий Палыч? От моих бойцов этому Водорезову не уйти... Анекдот смешной хочешь?

Островной кивнул. Смешное всегда приятней печального.

– Анекдот из жизни депутатов Госдумы, – очень серьезным голосом продолжил Клим. – В Думу поступил на рассмотрение проект новой Конституции, состоящей всего из двух пунктов:

1. Не убей.

2. Не укради.

В настоящий момент депутаты ведут активную работу над поправками.

– Несмешной у тебя анекдот, – отозвался Валерий Павлович. – Точнее, ты его не смешно рассказал.

– Расскажи ты, – предложил Клим.

В этот момент в штабной автобус заглянул старший группы милицейской зачистки в звании полковника.

– Прочесали город, все чердаки, подвалы. Участковых подняли, всех постовых, – сообщил он.

– И что? – поинтересовался Островной.

– И ничего, – опустив голову, проговорил полковник. – Чистим город, точно Грозный после штурма.

– На выезде что?

– Тоже ничего. Местные жители едут, по приметам никак не подходящие. Еще киношники какие-то.

– Что за киношники?

– Студентка режиссерских курсов. Наглая и истеричная. Документы в порядке. Даже в учебную часть этих курсов звонили. В самом деле, есть у них такая, действительно снимает...

Островной в ответ лишь махнул ладонью.

– Усильте подразделения в лесистой местности. Эти гвардейцы-разведчики скорее всего попытаются выбраться лесом.

– В лесу твоим бойцам будет непросто, – не меняя едко-ироничного тона, проговорил Клим, как только полковник покинул автобус. – Мои бойцы, во главе с Бориловым, найдут Водорезова раньше. Как насчет пари? На ящик дагестанского коньяка?

Островной ничего не ответил, лишь махнул рукой. В прошлом ему уже приходилось выставлять Климу ящик этого самого коньяка. Это было шесть лет назад. Тогда в одной из граничащих с Чечней республик Островному удалось взять под контроль местный наркобизнес. Но, как потом выяснилось, всего на пару месяцев. Со стороны Чечни в бывшую автономную республику вторгся полевой командир Абу Салим. Вопросы наркосбыта и собственная доля в нем интересовали Абу Салима куда больше, нежели независимость народов Кавказа. Первым делом в республиканской столице средь бела дня был расстрелян начальник криминальной милиции, ставленник Островного и главная «крыша» местной наркомафии. В течение недели были взорваны, расстреляны или пропали без вести еще несколько милицейских чинов из «команды» Валерия Павловича. Делиться с ментами прибылью от продажи наркотиков Абу Салим не имел ни малейшего желания. Вскоре все наркоторговцы оказались под его «крышей», местные менты были перекуплены. Валерий Павлович был вне себя от гнева – потерять контроль над целым регионом! И тут он, пожалуй, впервые обратился за помощью к Климу.

– Если сумеешь вернуть хотя бы часть моей прежней прибыли – тебе законная половина, – пообещал Островной.

– И ящик дагестанского коньяка, – добавил Климов.

Валерий Павлович возражений не имел. Клим собрал свою бригаду (в том числе Гориллу, Снайперов и Технаря) и немедленно вылетел в мятежный край. Через три дня в руках у первого заместителя Абу Салима взорвался мобильник, в другого командира боевой группы кто-то пальнул из гранатомета и при этом не промахнулся. Ну а сам Абу Салим получил приглашение на «дипломатическую встречу». Полевой командир встретился с десантным генералом в одном из самых дорогих местных кабаков. Не вдаваясь в дипэтикет, Клим наполнил рюмки коньяком и предложил Абу Салиму вместо взаимного уничтожения разумное разделение.