Чтение онлайн

Вир оставил колкость без внимания. Он молча проследовал за Финианом к зданию, где укрывались техномаги, и бросил напоследок еще один прощальный взгляд на своего поверженного противника. Как ни странно, тот, кто казался раньше таким огромным, теперь являл собой жалкое зрелище. А Вир… У него было такое чувство, что он, напротив, мгновенно вырос и раздался в плечах.

Финиан провел Вира к ближайшему строению, затем по узкой лестнице на верхнюю площадку, где, поджидая их, неподвижно стоял Гален, опершись на свой посох, и следил за Виром поблескивавшими глазами. Рядом с ним была Гвинн, и ее взгляд перебегал с Вира на Галена и обратно.

–  Ты жив, - констатировал Гален, и в словах его явственно слышалось некоторое удивление. По понятным причинам, это не слишком воодушевило Вира. Гален повернулся и зашел в комнату.

–  А разве предполагалось, что это будет не так?
– спросил Вир, входя следом. Впрочем, он не был уверен, что хочет знать ответ.

–  Ты был на краю гибели, - ответил Гален.
– Смотри.

Голографическое изображение, записанное с помощью устройства, которое носил при себе Вир, возникло в воздухе прямо перед ними. Глаза Вира округлились, когда он увидел чудовище, стоявшее по другую сторону двери, которую он едва было не открыл, и еще очертания чего-то темного позади него. И вся решительность и уверенность, обретенные Виром во время уличного столкновения, все они куда-то испарились при одном только взгляде на этого… этого…

–  Шив’кала, - внезапно вспомнилось ему. Он взглянул на Галена в ожидании подтверждения своей догадки, но ответила ему Гвинн.

–  Вполне возможно, - сказала она.
– Хотя мы не можем быть в этом уверены полностью. Впрочем, это еще далеко не самое неприятное зрелище из того, что тебе предстоит сейчас увидеть.

–  Не самое неприятное?
– предположение о том, что может быть нечто еще более ужасное, просто не укладывалась у Вира в голове. Когда он подумал о том, насколько близко в своем необдуманном любопытстве подобрался к самой сердцевине всего этого ужаса… к гнезду Дракхов…

Вир почувствовал, как в нем начинает закипать гнев, но не сознавал до конца, на кого же этот гнев направлен. Поначалу ему захотелось выплеснуть его на техномагов, втянувших его в смертельно опасное предприятие. Затем решил, что вместо них следует обрушить его на Лондо, который помогал создавать здесь такую обстановку, в которой могли таиться эти… эти твари.

–  Так что же может быть еще неприятнее, чем это?
– решительно спросил Вир.

–  Не задавай такие вопросы, Вир… на которые ты на самом деле не хочешь знать ответы, - предупредил его Гален, но при этом сделал движение рукой, и изображение на голограмме изменилось. Теперь вместо ужасной морды чудовища, прятавшегося за дверью, на нем было другое, гораздо более знакомое лицо. Это был Лондо, довольный, улыбавшийся, или, по крайней мере, заставлявший себя улыбаться. Направлявшийся прямо к Виру с распростертыми объятиями и весельем, написанным на лице, и…

И с чем-то еще.

Вир склонился вперед, не вполне понимая, что же такое он заметил на Лондо.

–  Что… что это?
– прошептал он.

На плече у Лондо было нечто вроде мясной лепешки. Ее изображение, однако, было далеко не столь четким, как очертания самого Лондо. По мере приближения форма этого образования становилась все отчетливее. Оно походило на некую… опухоль, или… нечто непонятное. Вир покачал головой в смущении.

–  Это… опухоль? Или… какая-то болезнь? Почему я этого раньше не замечал?

–  Да, в самом деле, болезнь. Болезнь души, имплантированная Дракхами, - ответила Гвинн со скорбной интонацией в голосе.

–  Его называют «Страж», - сказал Гален.

–  Страж? Это… еще как-то называют? Что вы имеете в виду? Это ведь не может быть живое существо, это…

И тут Страж взглянул на него. Мясная лепешка шевельнулась, словно просыпаясь после забытья, и одинокий, злобный глаз, открывшись, воззрился прямо на Вира.

Вир вскрикнул от ужаса. Даже ему самому этот крик показался слишком жалобным, слишком слабым, достойным разве что маленькой девочки, но он не смог сдержаться. Сработал рефлекс. Он попятился, чувствуя, как слабеют ноги, и Финиан едва успел подхватить его, когда Вир уже начал падать. Всего несколько минут назад он нагло бросился прямо на вооруженного противника, и мысленно погладил себя по спине за храбрость. Но теперь он с визгом убегал от простой картинки, от существа, которого на самом деле даже и не было здесь.

Только вот это была не просто картинка, на которую он любовался. Он смотрел на тварь, угнездившуюся на плече человека, которому Вир когда-то полностью доверял.

Лишь два слова, которыми можно было описать увиденное, пришли к нему в голову: несчастный Лондо!

–  Ч-чем оно занимается? Оно контролирует Лондо? Читает его мысли?

–  Ну, как сказать. Страж не подменяет волю Лондо своей… но может наказать его так, что отказ от сотрудничества будет для Лондо очень… непривлекательным, - сказала Гвинн. Голос ее, казалось, пропитан отвращением; существо, определенно, страшило ее не меньше, чем Вира, хотя она и держалась чуть более хладнокровно. Но только лишь чуть-чуть, и от этого Вир почувствовал легкое злорадство.
– И Страж не читает его мысли… но докладывает Дракхам обо всех действиях Лондо. Он связан с Лондо, слился с ним воедино, и они будут вместе до самой смерти.

Страшная правда обрушилась на Вира слишком внезапно, застигнув его совершенно неподготовленным. Глядя в единственный глаз этого страшилища, размышляя о том, что, должно быть, чувствует Лондо, когда постоянно и всюду носит на себе эту тварь, приросшую к его телу - и не имеет возможности ни побыть в одиночестве, ни расслабиться хоть на мгновение, - Вир почувствовал, как на него накатывает неудержимый приступ рвоты. Он едва успел добраться до угла комнаты, и там содержимое его желудка выплеснулось на пол. Приступы продолжались, пока выплескиваться стало уже нечему. Вир тяжело дышал, испытывая страшный стыд за вонючую лужу, оставленную им на полу и на своих ботинках. Он боялся теперь взглянуть в глаза техномагам. А когда все-таки поднял взгляд, то увидел, что Гвинн отвернулась; Финиан явно сочувствовал ему, а лицо Галена было непроницаемо.

Но похоже, что опорожнение желудка прочистило ему мозги и помогло обрести ясность мысли, как бы странно и мерзко это ни казалось. Он заставил успокоиться свое дыхание и даже не стал извиняться за потерю самообладания. В конце концов, что тут можно было сказать? Вместо этого он спросил:

–  Эта штука… Страж… на него действует алкоголь?

–  Алкоголь?
– удивленно переспросила Гвинн. Виру показалось, что она никак не ожидала от него сейчас чего-либо напоминающего связную речь, тем более вполне оформленную мысль.

–  Алкоголь. Может ли оно пьянеть. Если Лондо напивается сам…

–  А ведь пожалуй, да, - сказал Гален.
– Да. Страж должен быть восприимчив к алкоголю. Император тем самым получает возможность действовать с определенной долей приватности.

–  И, похоже, эта тварь пьянеет куда быстрее, чем Лондо, - задумчиво продолжил Вир.

Теперь ему многое стало ясно. Теперь, когда мысленный образ одноглазого страшилища жег его разум, события последних лет внезапно представились с полной ясностью. Слова, которые говорил ему Лондо, его поведение, случайные, казалось бы, комментарии… Все теперь встало на свои места. И…

И Тимов… что ж, это ведь теперь тоже очевидно, не так ли. Лондо вынужден был изгнать ее, заставить расстаться с собой. Виру не померещилось, они действительно становились все ближе друг к другу. И результатом не могло не стать ее стремительное отлучение. Лондо специально подстроил все это, но не потому, что он действительно хотел расстаться с Тимов. Просто он не мог сблизиться с ней сверх определенных пределов. О каких интимных отношениях может идти речь, когда к твоему плечу прирос прыщ, наделенный собственным сознанием, который будет с интересом следить за всеми интимными моментами?