Чтение онлайн

М. Тимошенко: – А потому что человек в погонах – это не те, которые выбежали на Манежку, от чего потом все впали в ступор. И очень быстро вылечились. Потому что тогда дагестанский житель треснул по голове московского жителя, и тот упал и умер. А судья хотела отпустить дагестанца, и ее сразу поправили: «Ты что, с ума сошла?». А военные же не выбегут на Манежку.

В. Баранец: – Ты имеешь в виду ту мысль, что государство некому поправить.

М. Тимошенко: – Сердюков – не Жуков, которого Хрущов опасался. А среди нынешних военных нет безумных черных полковников, которые могут сказать: «Все, давайте, шашки наголо». Какие шашки наголо, ребята? Государству без армии нельзя – потому что неприлично, вроде как мужику без штанов. Но портки-то надо в порядке содержать, а то порвутся на заднице, и сраму не оберешься.

В. Баранец: – Еще пять лет назад в судах находилось 400 тысяч судебных исков от военнослужащих, которые предъявляли претензии государству за то, что оно не выполняло свои обязанности перед армией. Как ты на это смотришь?

М. Тимошенко: – Да это же позор! Это весь офицерский корпус практически.

В. Баранец: – Но это за несколько лет набралось.

М. Тимошенко: – Один политдеятель как-то говорил: «Как это так, в чеченскую кампанию с бору по сосенке набирали людей?». А как еще их можно набирать? Кому охота идти подставлять лоб, если тебя потом обманут или под суд отдадут, семью бросят.

В. Баранец: – Как в армии говорят: как платят, так и служим.

М. Тимошенко: – Это мне напоминает анекдот. Коридор Совнаркома, навстречу Дзержинскому идет Ульянов-Ленин. Это следующий день после коммунистического субботника. Ульянов-Ленин хватает за рукав гимнастерки Феликса Эдмундовича и говорит: «Товагищ Дзегжинский, во вгемя субботника я понял агхиважную вещь: нести любую хгень легче, чем бревно». Сейчас то же самое. Ведь мы что видим, в чем проблема? Что отсутствуют те, кто может что-либо организовать. Академик Жорес Алферов не зря сказал: «Если бы сейчас перед новой Россией была поставлена задача создать ядерное оружие, она бы этого сделать не смогла».

В. Баранец: – Правильно, учитывая состояние науки и техники.

М. Тимошенко: – Да дело не в науке и технике.

В. Баранец: – Ты имеешь в виду – как организовать? Организовать может и дурак. Но если нет ноу-хау, технологий, светлых голов, то как из этого получится прорыв?

М. Тимошенко: – Дураки ничего организовать не могут. Есть такая шоферская байка. Когда ты начинал ездить, помнишь, люди еще называли катушку зажигания бобиной? А с чего все началось, и откуда эта байка выросла? Когда был брошен лозунг: «Комсомолец – на автомобиль, комсомолец – на трактор, комсомолец – на самолет», – пошли комсомольцы очень среднего ума. И они не изменились и по сегодняшний день, вспомни солдата-срочника, водителя командирского УАЗика – он как остановится, так тут же поднимает капот и начинает там шаловливыми ручонками орудовать. Мотор не заводится. Причина в чем: нужны воздух, бензин, искра. Воздух вокруг есть, бензин хлюпает в карбюраторе, который является симбиозом сливного бачка-унитаза и пионерской дудки. А искра через черную круглую штучку должна пройти. От аккумулятора вышла, а сюда не дошла. Так вот, родилась шоферская поговорка: дело было не в бобине, идиот сидел в кабине. Хотел бы увидеть того умника, который убедил Министра обороны в том, что потребитель всегда прав в отношении вооружения. Начальник Генерального штаба тут заявил, что реформа началась с кондачка, без научного обоснования.

В. Баранец: – Да, я уже говорил, что на офицерском собрании это было сказано.

М. Тимошенко: – Только к 2010 году придумали, какими же должны быть современные войны. Правда, никто еще не договаривался, чтобы согласовать этот вид войн с противником.

В. Баранец: – Причем сначала придумали «новый облик» армии, и лишь потом приняли очередную военную доктрину… И стали репу чесать… Ведь получалось, что телегу поставили впереди лошади…

М. Тимошенко: – Да, пришли к выводу, какими должны быть эти войны. Но никто не согласовал с НАТО, допустим, что война должна быть такой. Никто не согласовал это с талибами. И уж подавно с китайцами никто не согласовывал, как они собираются, если что, вести войну. И вот тогда, после того как стало понятно в Генеральном штабе, какие будут войны, они смогли понять, какая под это нужна техника. То был 2011-й год. Вопрос: как можно было делать программу вооружений со стороны Министерства обороны? Это дело не одного дня. Я участвовал в разработке программы вооружений в Советском Союзе, которая делалась на 15 лет с коррекцией через каждые пять. А на самом деле начинали корректировать через год. Раньше, чем за год-два, сделать программу вооружений нельзя. Но если не представляли, какое оружие нужно, что же вбили в программу? Что теперь навязывают промышленникам и что теперь от них требуют? А потом все удивляются и говорят: «Как же так? Год – к концу, в мае начались песни о том, что провален гособоронзаказ 2010 года. А сейчас планом заказа на 2011-й и не пахнет. Начинаем смотреть цифры: 20 триллионов рублей выделено на гособоронзаказ на 10 лет. Грубо говоря, по два триллиона на год. План на этот год какой? 373 миллиарда рублей. И где же этот заказ? А с чем же армия нового облика будет воевать? Кто кого дурит?

В. Баранец: – Еще раз повторю: начальник Генштаба Макаров в прошлом году признался на офицерском собрании, что мы начали военную реформу без научно обоснованного плана. Я недавно поинтересовался, как же зарождался план военной реформы, и почему армии сказали, что есть обоснованный аналитический план перехода армии к новому облику? И к ужасу своему узнал от офицеров Генштаба, что этот план вообще разрабатывался впопыхах, «на коленке» и подписывался, минуя всякие положенные процедуры, которые необходимы для документа такого ранга. Этот план даже не обсуждался в военно-экспертом сообществе. А с народом посоветоваться не лишне! А нам говорили, что план обоснован и так далее. Более того – не мы первые с Тимошенко обратили на это внимание.

М. Тимошенко: – Это называется «инновация». Но перейдем и к другой проблеме. К перевооружению. Интересно получается: оказывается, мелочь осталась с гособоронзаказом, главное, мол, сделано, все нарисовано.

В. Баранец: – И тут в Минобороны Кремль и правительство обманывали.

М. Тимошенко: – Да. Говорили: мол, осталось согласовать с корабелами, авиаторами и с ракетчиками.

В. Баранец: – А Сердюков накануне сказал, что планы, контракты подписаны. Неделя проходит, вторая, и оказывается, что все не так. И Путин дает Сердюкову еще одну неделю. Как это называется?

М. Тимошенко: – Это называется: конь не валялся. План не согласовывался с исполнителями. То есть – нарисовали!

В. Баранец: – Ну как можно публично сказать народу, что все уже подписано? А через неделю премьер появляется на телеэкране и говорит: «Я дал команду, чтобы через неделю все закончить». Но Сердюков же уже доложил, что все подписано! Сталин, помнишь, снимал с должностей брехунов всего лишь за ошибку в одну единицу боевой техники! А здесь – сотни!

М. Тимошенко: – Я не понимаю. Неужели те, кто идет на такое, кто переносит сроки, не осознают, что от этого страдает не только их имидж, но и отношение к ним. Серьезные люди разве так должны поступать? Ведь начинается сомнение сразу: а вообще эта штука есть, гособоронзаказ?

В. Баранец: – А были и другие серьезные вещи. Например, послание Федеральному собранию позапрошлогоднее, когда президент Медведев поставил задачу достаточно конкретно, сколько надо пушек, танков, самолетов, вертолетов. А полгода назад он что заявил? Я не поленился и заглянул в свое послание. И не пойму, где то, что я пообещал народу?

М. Тимошенко: – Да, не поверил своим глазам.

В. Баранец: – Михаил, наверное, есть люди, которые отвечали за эти цифры? Ведь Медведев их не с потолка взял? Кто-то ему готовил эти цифры?

М. Тимошенко: – Ну, видимо, блондинки.

В. Баранец: – Эти высокообразованные девушки с гинекологическим образованием? Или наклейщики акцизных марок на водку и табак?

М. Тимошенко: – Из Рособоронпоставки. Там аппарат – тысяча голов из социальных сетей набранных! Им же управлять невозможно.