Чтение онлайн

Поэтому, если начнется что-то серьезное, оно может начаться так же внезапно, как и 22 июня 1941 года. Якобы внезапно. Хотя я сейчас говорю всем, товарищи: война будет, и надо к ней быть готовым. Будут ли занимать плацдармы в Ульяновске с этой перевалочной базой? Будут ли какие-то еще? Сначала будет, конечно, недоумение и шок. Но конечные итоги будут одни и те же. Наполеону за полгода храпку свернули. Немцам – за большее время, но тоже свернули. У России есть такая странная привычка, раз в сто лет ходить до Парижа и обратно – никто ни разу не остановил. Когда я говорю нашим зарубежным товарищам в дискуссиях, лекции читаю по миру, и у меня задача на Д-25, то есть за 25 дней операции выйти к Ла-Маншу. Ни у кого не было сомнений, что я там буду, ни у солдат дивизии, ни у немецких генералов, с которыми я уже после этого дела разговаривал… И это все останется. Нас победить невозможно. Наше дело простое – делать себя настолько сильными, чтобы на нас никто и в мыслях не мог напасть. Мы не должны спасать капитализм в Европе и Америке за счет вливания денег и т. д. Мы должны себя делать сильными. Для этого надо управлять страной так, чтобы военные практики мобилизационного плана были внедрены в существо тела нашей государственной жизни.

В. Баранец: – Александр Иванович, сегодня затевается очень суровый сценарий в Сирии. Наши читатели, слушатели задаются вопросом: будет ли война? Возможно ли участие России в сирийской войне? И возможно ли, что эта война перерастет в региональную, а потом в мировую?

А. Владимиров: – Я думаю, что война в Сирии будет. Никаких усилий – ни наших дипломатических, ни китайских – приниматься во внимание не будет. Наше прямое участие в ней невозможно. Те два корабля наших ходячих десантных, два батальона подвезут, они только будут порт охранять. Там, наверное, сделают для них колпак – бомбить не будут. Американцы тоже не идиоты. Но из этого начнется большая война. Именно поэтому Россия должна быть к ней готовой, и Кавказ должен понимать, что он – первый эшелон безопасности нашей Родины.

В. Баранец: – Сегодня мы будем говорить о военной программе нового президента Российской Федерации Владимира Путина, о том, что он наметил в этой программе, и попытаемся понять, прикинуть, поразмышлять над тем, что надо сделать нашей власти, чтобы эта военная программа президента России была реализована в полном объеме. Потому что если даже половина из того, что наметил Путин, будет реализована, мы сможем получить серьезное новое содержание армии – как по качеству личного состава, так и по вооружению.

М. Тимошенко: – Почему ты допускаешь, что она может быть выполнена наполовину?

В. Баранец: – Я сказал: если хотя бы даже наполовину. Я не допускаю и мысли, она не должна быть выполнена в полном объеме. Потому что время быстро пройдет, а программа нацелена на 10 лет.

М. Тимошенко: – Глядя на то, что творит Министерство обороны с армией и флотом, боюсь, что, действительно, хорошо будет, если хоть наполовину.

В. Баранец: – Почему ты так думаешь?

М. Тимошенко: – Путин написал в своей статье, я, во всяком случае, первый раз такое видел напечатанным…

В. Баранец: – Ты имеешь в виду по комплексности, по дальности?

М. Тимошенко: – Да. Я хочу сказать вот еще что: я впервые видел такое напечатанным, не говоря уже о том, что напечатанное считаю сказанным нашим президентом. Если такое иногда и звучало, то это было на очень закрытых совещаниях. О том, что некоторые проблемы вызвали общественную напряженность в армии.

В. Баранец: – Да, это надо признать. Впервые, причем на таком уровне, а это очень серьезно. И это же сказано ласково.

М. Тимошенко: – Избрана такая обтекаемая форма.

В. Баранец: – Но мы все равно поняли, что Путин хотел сказать.

М. Тимошенко: – Да, нам захотелось это понять так. А ведь кто-то понимает это иначе. Он же сказал, что одной из причин была проблема обеспечения жильем. А как она вообще двигалась? Почему на учете было только 10 тысяч? Есть какая-то этому причина?

В. Баранец: – Думаю, что здесь целый ряд причин. Подбор кадров, которые занимались жилищной проблемой, был из рук вон плохой. Туда многие люди пришли, совершенно не понимая сути проблемы. Прямо из Федеральной налоговой службы девочки пришли, которым по 24–25 лет.

М. Тимошенко: – До того, как пришли девочки. Путин в каком году сказал, что мы к 2010 закроем проблему? В 2006 году.

В. Баранец: – Он с приходом Сердюкова начал повторять эти цифры.

М. Тимошенко: – Он об этом сказал даже раньше – в своем президентском послании. Я понимаю – да, он рассчитывал, что программа будет выполнена, исходя из тех цифр. А почему вообще такие ничтожные цифры появились? Потому что отношение было такое: уволился – ну и гуляй. То есть к офицерам и прапорщикам, военнослужащим, которых надлежало обеспечивать жильем, перед которыми государство взяло на себя определенные обязательства, было отношение, как к безмолвной скотине.

В. Баранец: – И отсюда мы имеем тысячи проблем и человеческих трагедий.

М. Тимошенко: – И оно радикально не изменилось. Все говорят: мы должны построить, создать новую армию. И что, с таким же скотским отношением? Мы с тобой не знаем, как относились к людям? В советское время такое бытовало?

В. Баранец: – Соглашусь с тобой, что отношение к жилищной проблеме в армии в то время, когда мы служили, как ты говоришь, в глухое советское время, было другим. Да, не все было гладко. Но закон работал.

М. Тимошенко: – Государство выполняло свои обязательства.

В. Баранец: – И офицер, которого государство только намеревалось кинуть, имел защиту. Он шел в политотдел. Не помогал политотдел дивизии – он шел в политотдел армии, в конце концов, обращался в ЦК КПСС, и проблемы решались. Да, не на сто процентов, но не в таком массовом бардаке, который мы наблюдаем сегодня.

М. Тимошенко: – Одна из задач, которую предстоит решать – это защитить военнослужащего от государства. Берем живого Биронта. Он отвечает за сохранность того, что есть на этой базе. Для этого предусмотрена вырубка леса. Новый закон ему это запрещает делать.

В. Баранец: – Мы загнали Биронта в мышеловку на законодательном уровне.

М. Тимошенко: – И его предыдущего командира, предшественника его загнали.

В. Баранец: – Который, кстати, получил строгий выговор.

М. Тимошенко: – И штраф платил. И с Биронтом та же история. Кто-нибудь эту проблему попытался решить? Замминистра обороны по тылу? Ничуть не бывало.

В. Баранец: – Помнишь, что он сказал Биронту? «Лучше б ты сгорел».