Чтение онлайн

М. Тимошенко: – План должен быть реальный.

В. Баранец: – У тебя вызывает сомнения план Путина?

М. Тимошенко: – Да. Если бы программа Гособоронзаказа была реальной, то контракты были бы подписаны мгновенно.

В. Баранец: – Это сразу под все цифры?

М. Тимошенко: – А как ты хочешь? Если лодка строится не меньше пяти лет, каким мудрецом надо быть, чтобы подписывать контракт на год? А что должен думать лодкостроительный завод на будущее?

В. Баранец: – Сейчас начальник Генштаба хвастается, что мы длинные контракты стали подписывать.

М. Тимошенко: – А раньше нам не хватало ума подписывать их на время строительства?

В. Баранец: – Конечно. Потому лодка строилась 17 лет, ты помнишь «Донской»? Сейчас только ситуация меняется, мы стали подписывать уже под реальные сроки.

М. Тимошенко: – Еще не изменилось. Подписать можно.

В. Баранец: – Но ты мне скажи.

М. Тимошенко: – Во-первых, нужно знать реальное состояние войск, к которому мы их привели реформой.

В. Баранец: – Ракеты делают не в войсках.

М. Тимошенко: – Мы должны четко понимать, для какой войны какая техника нам нужна.

В. Баранец: – Ты скажи: у нас 400 новых ракет через 10 лет будет?

М. Тимошенко: – Если не сделают завод Воткинский или новый рядом, не будет.

В. Баранец: – Но количество ракет за прошлый год ты знаешь точно.

М. Тимошенко: – В проклятое советское время под гнетом коммунистического авторитаризма и тоталитаризма в условиях, когда нами руководили абсолютно некомпетентные люди…

В. Баранец: – Мы делали 100 ракет.

М. Тимошенко: – Это во-первых, во-вторых, в программе вооружений на 15, на 5 лет деньги фигурировали, как один из столбиков. Но отчет велся по физическим показателям. Сказано: «100 ракет», – покажи их. Отчитывались не освоением средств, отчитывались сданной техникой. Уничтожили заказывающее управление. Что сделано в результате, никто не подумал. Что он уничтожает не столько заказчика, сколько посредника между промышленностью и войсками. После того, как сделал эту новую хрень – неважно, как ее будут называть: «Лабуда», «Алушта», «Веретено», – ты должен обеспечить эксплуатацию, обучить людей. Но этого нет.

В. Баранец: – А качество? И будем заканчивать.

М. Тимошенко: – Поздравим с прошедшим праздником женщин, поздравим с избранием Владимира Владимировича Путина и посочувствуем ему в связи со сложностью задач, которые перед ним стоят.

В прямом эфире радио КП полковники в отставке Виктор Баранец и Михаил Тимошенко обсуждают со слушателями, на кого нам нападать и от кого защищаться.

В. Баранец: – Уважаемые радиослушатели, телезрители и читатели «Комсомольской правды»! Вы, конечно, знаете, что в России есть армия. И, наверное, много раз слышали, что по указу еще президента Медведева она у нас миллионная. Какая на самом деле, мы сейчас с Михаилом Тимошенко поговорим. Но вы же, наверняка, задаетесь вопросом: а чем собственно определяется такое количество штыков в российской армии? Кто, откуда брал такие цифры, этот красивый миллион с шестью бубликами-нулями? Давайте об этом подумаем. И кто сегодня определяет численность армии, по каким критериям. Что лежит в основе определения, почему у нас решили, что армия будет миллионной?

Прежде, чем предоставить слово Михаилу Тимошенко, я вам хочу открыть маленькую тайну, что еще в 1993 году думали об этом наши депутаты, тянули такие вот головы зарубежок и говорили, как же определяется численность армии там, за рубежом. Брали разные критерии: из расчета количества населения на одном квадратном километре; из расчета протяженности границ государства. Затем сказали, что численность армии должна составлять один процент от общей численности населения. Но так ни к чему и не пришли. Ну, а потом кто-то из умных людей сказал, что численность армии должна определяться от количества военных угроз или от их характера. Вот тут мы уже стали что-то кумекать и думать, что, может быть, так оно и есть. Но тут вмешался Минфин и сказал… Что – сейчас вам расскажет Михаил Тимошенко.

М. Тимошенко: – Сначала вмешался Генштаб.

В. Баранец: – Да, все было хорошо, пока не вмешался Генштаб.

М. Тимошенко: – И я полагаю, судя по последним прошлогодним комментариям Николая Егоровича Макарова, поскольку реформа началась без всякого плана и обоснования, что просто-напросто сошлись на красивой цифре: миллион красиво выглядит. И понесли ее кому? Президенту, Дмитрию Анатольевичу Медведеву. Тот глянул: мама дорогая, красиво. Неужто у нас целый миллион? И все будут со штыками наперевес бегать круглые сутки. Сто процентная укомплектованность. Вписали то, что сегодня уже не миллион, а хорошо, если 750 тысяч.

В. Баранец: – Да, это близко к истине.

М. Тимошенко: – Значит, это понятно. И то, что эти цифры нашим либералам выдающимся, глобалистам, не нравятся, тоже понятно. Вот смотри: новое правительство во главе с премьером появилось у нас когда? С начала мая. Май, июнь, июль, август – четыре месяца. То есть прошло 120 дней. Можешь назвать какое-нибудь прорывное решение?

В. Баранец: – Да нет, я сейчас не об этом думаю. У нас все время прорывные решения на уровне Сколково, национальной программы.

М. Тимошенко: – Сколково – это отдельная песня. Сколько завывали вокруг Сколково, изнасиловали Академию Наук. Академия Наук честно собралась, наметили и передали в Сколково через правительство 50 прорывных разработок. Передали и на этом все кончилось. Но нужно же как-то показать, что действуем. Что показать-то? Откуда берутся деньги на Вооруженные Силы? Они берутся из наших налогов: твоих, моих, предприятий, в том числе олигархов, которых удается немножко потрогать за вымя.

В. Баранец: – И наших слушателей, которые будут нам сегодня звонить.

М. Тимошенко: – Небольшая часть средств в бюджеты – это деньги слушателей. Дальше есть Минфин, который вроде должен верстать бюджет, учитывая интересы отраслей, социальных групп и групп влияния. Наш Минфин во главе с самыми разными начальниками за 20 лет своего существования так и не смог придумать, какая у нас должна быть пенсионная система. Они ЕГЭ не сдавали. У них цифры не сходятся.