Чтение онлайн

Одним из самых запоминающихся стал разговор с командой британской газеты The Daily Telegraph, в состав которой вошли репортер Оливер Пул и фотограф Джон Фримен. Эти ребята были настолько открытыми и с ними было так приятно общаться, что мы с Джоном были рады принять таких замечательных гостей у себя в доме. Помимо того что ребята из британской газеты были веселыми и приятными в общении, они еще и опубликовали в своей газете очень хорошее интервью, в котором особое внимание уделили лидерским качествам Арнольда.

После того как мои интервью стали появляться в средствах массовой информации, мне стали поступать предложения от различных лиц и организаций, желавших тоже побеседовать со мной. Моему агенту пришлось здорово потрудиться, чтобы обработать все полученные запросы и постараться обговорить хорошие условия для интервью на достаточно большом количестве различных телеканалов: Fox News 11, German TV in L. A., Inside Edition, Good Morning America, Today, The Early Show, CNN, MSNBC, Primetime, Fox News New York.

Как-то раз я даже дала несколько телефонных интервью одной из радиостанций Лос-Анджелеса, и их крутили во время дневных эфиров.

Если говорить о радиостанциях, здесь я нашла благодарную и отзывчивую публику, и моими проводниками к сердцам слушателей стали два неординарных радиоведущих из Лос-Анджелеса – Джон Кобальт и Кен Шампи. Эти два господина вели специальную передачу The John and Ken Show, в которой делились взглядами на злободневные темы и политику. На передачу к Джону и Кену я попала случайно: когда я была на занятиях в колледже, мой муж просто позвонил на передачу и поинтересовался, не хотели бы они пригласить на встречу бывшую девушку Арнольда Шварценеггера. Как только они удостоверились, что их не разыгрывают, они тут же назначили время для интервью, и мой муж перезвонил мне на работу:

– Любимая, постарайся сегодня не задерживаться. Тебе нужно быть дома в полшестого вечера, чтобы успеть к телефонному интервью с Джоном и Кеном!

Интерес к интервью со мной объяснялся достаточно просто: одной из самых обсуждаемых тем в предвыборной кампании Арнольда стала его чрезмерная увлеченность женским полом. Газета Los Angeles Times изо дня в день обмусоливала эту тему на своих страницах, и, ко всему прочему, один из кандидатов на губернаторский пост, Арианна Хаффингтон, на предвыборных дебатах довела Арнольда до белого каления подобными вопросами. Такое поведение Арианны не особенно ее красило, и она стала удобной мишенью для местных средств массовой информации. Однако на эфир с Джоном и Кеном я ехала со спокойной душой, так как отлично знала: эти радиоведущие не любят копаться в подобных темах.

Было, конечно, странновато по пути домой услышать по радио, как ведущий объявляет: «В ближайшее время с нами на связь выйдет Барбара Аутленд Бейкер, преподаватель английского языка в колледже, которая в свое время стала первой девушкой Арнольда Шварценеггера после его переезда в США». Обычно Джон и Кен не особо церемонились со своими гостями, но в этот раз мое представление выглядело как комплимент, и от таких слов у меня даже закололо в груди.

Как только я добралась до дома и вошла в дверь, я тут же убедилась, что мой муж отлично постарался и сделал все возможное, чтобы я со всеми удобствами могла дать интервью. Телефонный аппарат был наготове, рядом с моим креслом стоял стакан воды, неподалеку было установлено радио, и всю эту картину дополнял магнитофон, на котором оставалось в нужный момент просто нажать кнопку «Запись». Но на приготовлениях к телефонному интервью Джон не остановился и, помимо всего прочего, уведомил моих родственников и знакомых о предстоящем радиоэфире. Когда подошло назначенное для интервью время, Джон вышел из дома и присоединился к нашим соседям, которые стояли и слушали мое выступление по установленному неподалеку радиоприемнику. Более того, Джон подготовил для меня небольшие листочки бумаги, на которых написал названия тем, которые я должна была затронуть во время эфира. Сделанные Джоном приготовления вселили в меня уверенность и вернули присутствие духа – я стала бодрее отвечать на вопросы радиоведущих и комментировать события вокруг избирательной кампании. Для начала мы вместе с Джоном и Кеном посмеялись над редактором газеты Times Джоном Кэрроллом, который старался всячески досадить Арнольду и даже делал публичные заявления о том, что обязательно его «закопает». Затем мы перешли к нападкам Арианны Хаффингтон, и обсуждение попыток этой дамы насолить Арнольду во время предвыборных дебатов вызвало у нас шквал смеха и шуток. Время, отведенное для моего интервью, подходило к концу, но ведущие решили увеличить продолжительность эфира со мной и продлили передачу. К тому моменту когда время окончательно вышло, а беседа подходила к финалу, мы вместе с Джоном и Кеном пришли к выводу, что, пожалуй, лучшего кандидата в губернаторы, чем Арнольд, не сыскать.

Прошло, должно быть, около недели, когда меня позвали на передачу к Стейси Тэйлор, где мы вместе с ведущей снова посмеялись над попытками газеты L. A. Times вылить ушат помоев на Арнольда. На этой передаче уже в который раз была высказана мысль, что в это непростое для штата время Арнольд является идеальной кандидатурой на губернаторский пост.

Помимо явного неудовольствия из-за действий редакторской команды газеты Times, я была разочарована решением апелляционного суда девятого избирательного округа. По какой такой странной причине суд решил прервать уже начавшиеся приготовления к проведению избирательной кампании? Как оказалось, трое судей решили, что в части избирательных округов штата Калифорния наблюдаются проблемы с оборудованием для проведения голосования, и было выделено дополнительное время для приготовления к процессу волеизъявления. Представители средств массовой информации тоже получили передышку и время для подготовки к освещению процесса выборов, но вдруг в один момент решение было изменено на прямо противоположное! Не прошло и недели с даты объявления о приостановке предвыборного процесса, как апелляционный суд, собравшись в полном составе, пересмотрел свое собственное решение и изменил его: никакого перерыва для проведения дополнительных подготовительных мероприятий не будет, и предвыборная кампания должна идти своим чередом. Трудно представить себе шумиху, поднятую по этому поводу в прессе, а мне лишь оставалось посмеиваться над подобными скоропалительными решениями.

Не нужно говорить, что с возобновлением процедуры проведения выборов средства массовой информации начали снова проявлять повышенный интерес к моей персоне, – без преувеличения можно сказать, что имя Барбара Аутленд Бейкер стало все чаще и чаще фигурировать в запросах пользователей в поисковых системах. Многие газеты начали поднимать старые материалы и использовать их в своих публикациях. Не остались в стороне и зарубежные издания: статьи обо мне напечатали газеты из Германии, Австралии, Новой Зеландии и Индонезии.

Более того, средства массовой информации в своих корыстных интересах активно использовали материалы из моих интервью. Так, к примеру, сетевое издание для лиц нетрадиционной ориентации Gay.com опубликовало статью под броским заголовком «Арнольд Шварценеггер снимался в порнофильме для гомосексуалистов», и лишь в самой статье давались пояснения, что это произошло «по его неведению».

Другое издание, Glamour.com поместило заметку под названием «СТАЛИ ИЗВЕСТНЫ ВСЕ СЕКРЕТЫ АРНОЛЬДА. Барбара Аутленд Бейкер… поделилась с нами пикантными подробностями, которые стоят того, чтобы их прочесть». Что я, извините, сделала? Поделилась подробностями? И когда же, скажите на милость, это произошло?

Неудивительно, что подобное поведение средств массовой информации, без зазрения совести перевирающих мои слова в угоду охочей до сенсаций публики, стало для меня неприятным сюрпризом. При этом вне зависимости от издания, опубликовавшего мое интервью, мне было странно видеть свои слова, над которыми основательно поработал редактор, и у меня постоянно возникал вопрос: по каким причинам журналисты либо выпячивали какие-то факты, либо скрывали их? Неужели такой подход был обычной тактикой повышения продаж для бульварной прессы?

Но больше всего меня удивляло безразличие к моей персоне со стороны местной газеты Los Angeles Times. Странно, но факт: эта газета старательно избегала контактов со мной, и я никак не могла взять в толк, почему это происходит. Тем более что изданию из Лос-Анджелеса было довольно легко выйти на меня, раз уж меня без особых проблем нашли журналисты из Великобритании. Чего же в таком случае боялась эта газета? Уж не того ли, что я выскажусь в поддержку Арнольда и мои высказывания не совпадут с редакционной политикой издания? А еще меня удивляла настойчивость главного редактора Los Angeles Times, который на время предвыборной кампании выделил из своего штата двадцать четыре человека и бросил их на поиски компромата против Арнольда. Что удивительно, ни один человек из этой команды по «перебиранию грязного белья» так и не удосужился выйти на меня. Что могло послужить причиной того, что эти журналисты не захотели обратиться ко мне за комментариями по поводу нашей с Арнольдом совместной жизни и вынести на суд публики набившие оскомину вопросы? Арнольд был расистом? Нет. Он ненавидел гомосексуалистов? Нет. Он восхищался Гитлером? Нет. Арнольд способен на необдуманные поступки? Да. Известно ли вам о случаях сексуального домогательства к женщинам со стороны Арнольда? Нет. Изменял он вам? Да. Вы будете голосовать за Арнольда? Да. Как вы объясните свое желание проголосовать за него? Я буду голосовать за Арнольда по причине многогранности его личности.

Понятное дело, что с таким настроем газета Los Angeles Times не особенно стремилась меня интервьюировать и упорно продолжала размещать на своих страницах негативные заметки об Арнольде как об «актере», не упоминая при этом, что он не только актер, но и один из кандидатов в губернаторы. Попытки Los Angeles Times очернить Арнольда и отвернуть от него избирателей привели, однако, к прямо противоположному результату: читатели и подписчики издания стали все чаще высказываться в его пользу и даже говорили, что скорее согласились бы стать «жертвой домогательств Арнольда», чем разделить редакционную политику газеты.