Чтение онлайн

— Осторожнее, Эмм.

— Прости.

Мужчина покачал головой. Его рука легла на мою талию, палец легонько погладил по бедру.

— Ничего страшного. Хочешь что-нибудь выпить?

— Воду, пожалуйста. Спасибо.

Джонни смотрел на меня с изумлением.

— Не хочешь вина? Или пива? Я специально припас тёмного, которое ты так любишь.

— Может, позднее. О, сыр! — я просто умирала с голоду. От моей временной тошноты не осталось и следа.

— Послушай, мне надо кое на что взглянуть. Возьми себе немного сыра, я скоро вернусь, — сегодняшним вечером акцент Джонни усилился. Когда он собрался уходить, я схватила его за руку.

— Эй!

Джонни не сделал попытки отстраниться, а наоборот, крепко прижал к себе. На виду у всех он заправил прядку мне за ухо и поцеловал.

— Эй, — тихо произнёс он. — Что случилось?

— Я тебя люблю, — прошептала я. — Не забывай.

— Ни за что, — наши губы на мгновение соприкоснулись, потом он поцеловал меня в лоб. И посмотрел в глаза. — Тебе что-нибудь нужно, Эмм?

Я покачала головой.

— Иди. Принесу себе что-нибудь поесть и посмотрю, где Джен. Она, наверное, сильно нервничает.

— У неё всё получится. Мы сегодня выставили её лучшие работы. Людям они понравятся.

— Но это не означает, что она не будет нервничать.

— Знаю, — Джонни подарил мне ещё один поцелуй, легонько шлёпнул по попе и отправился по своим делам.

В буфете я наткнулась на Кимми. В чёрном, простом платье, с высоко заколотыми волосами она выглядела прекрасно. В её лице проступали как материнские черты, так и черты отца. Она держала в руке бокал с вином и кивнула мне.

— Привет, Кимберли, — произнесла я таким сладким голосом, что от него она запросто заработала бы кариес. — Рада видеть тебя здесь.

— Папа попросил меня помочь, — пояснила она. — Он всегда заказывает сюда хорошее вино.

— Разумеется, — я наполнила взятую с буфета тарелку сыром и крекерами с горчицей.

— Почему ты не пьёшь вино?

Я набила полный рот, поэтому просто пожала плечами. Кимми внимательно оглядела меня с головы до пяток. Потом отпила глоток вина.

— Мне нравятся твои туфли, — тон, которым она произнесла эту фразу, оказался гораздо дружелюбнее, чем ожидалось. Особенно после её догадки, что я подарю ей братика или сестричку.

В дальнем углу комнаты я увидела Джен. Рядом с ней стоял Джаред. Одной рукой он придерживал её за талию. Джен ухмылялась, но её лицо оставалось немного напряжённым.

— Привет, Джен, — поздоровалась я. — Привет, Джаред.

Он кивнул в ответ.

— Привет, Эмм.

— Дорогая! — выдохнула Джен. — Ты только посмотри на всё это. На этих людей. О, Боже, меня сейчас вырвет.

— Лучше не надо, — автоматически возразила я. — Иначе меня тоже.

Джаред рассмеялся, прижал Джен к себе и поцеловал.

— Ты справишься. Сколько раз тебе повторять?

Слова Джареда вряд ли её убедили, но в его объятиях она заметно расслабилась.

— Тебе легко так говорить.

— Конечно, но правда от них меньше не становится.

Мы разговорились о выставке. Работы Джен вывесили в дальнем зале, что объясняло её нахождение в буфете. Она не хотела присутствовать, когда люди рассматривали её картины.

— Если хочешь, могу сходить посмотреть, — предложила я.

— Нет! — выпалила Джен. — Ладно, иди.

— Я это ей уже предлагал, но она отказалась, — пояснил Джаред.

— Лучше, оставайся здесь, — заупрямилась Джен. — Эмм, ты не могла бы сходить, хоть глазочком посмотреть? Но если кто-то будет говорить гадости о моих работах, не говори.

— Я бы тебе такого никогда не сказала, — возмутилась я.

Прокладывая себе путь среди толпы, я разглядывала работы Джонни, но его самого нигде не обнаружила. Выкинула мусор в специально подготовленную для этого корзину и захватила в баре имбирный эль. На тот случай, если мне вдруг станет плохо. Потягивая эль из бутылки, я вошла в последний зал.

Картины Джен сразу же бросились мне в глаза. Их развесили на белой стене и подсветили крошечными фонариками. Джен неделями мучилась, отбирая свои любимые работы, чтобы продемонстрировать их Джонни. С её выбором я согласилась, хоть и знала, моё мнение взято в расчет исключительно по дружбе. Я рассматривала её работы, восхищалась манерой фотографии местных достопримечательностей, их художественной обработкой, подчёркнутой или изменённой ручной росписью. К моему большому удивлению, на одной из них я обнаружила себя.

Наверное, она собиралась сделать мне сюрприз, но потом вспомнила, что эта фотография снята на камеру телефона. Я и понятия не имела, для чего её будут использовать. Джен изобразила мой лицевой портрет. Глаза опущены, рот обиженно искривился. В тот момент я пыталась украдкой поймать взгляд Джонни. Фон с фотографии удалили, а моё лицо поместили в окне нереконструированного дома из песчаника в нашем районе. Рядом висела фотография моего дома, на лестнице которого стояли мы с Джонни.

— Миленькая штучка, — произнёс за моей спиной грубый женский голос. — Правда, я несколько шокирована, что Джонни допустил её к выставке. Но ему ведь всё можно, не так ли? Бог мой, надо думать, что я хорошо его знала.

Я обернулась к стоявшей рядом женщине. Узкое чёрное платье, красные лодочки с сильно поцарапанными носками. Блондинка, длинные волосы собраны в высокий конский хвост, который сильно натягивал кожу лица. А, может, это плохо сделанная подтяжка. Она тоже обернулась в мою сторону.

— Вот ведь дерьмо! — произнесла женщина.

Я заморгала и отступила на шаг. Сэнди. Конечно, это она, только старше. И потрёпанная жизнью. Но я сразу её узнала, и она меня, кажется, тоже.

— Вот ведь дерьмо, — повторила она светским тоном и опять уставилась на картину в рамке. В руке она держала незажжённую сигарету и делала вид, что собирается закурить.

— Должно быть, вы — мама Ким, — мой голос слегка дрожал, и мне пришлось откашляться.

— А вы — малолетняя подружка Джонни.

— Из возраста тинэйджера я выросла давным-давно, — я надеялась, что перепалка здесь не состоится… но с другой стороны, моё второе я готово было принять вызов.

— Не слишком давно, — насмешливо ответила Сэнди и ткнула сигаретой в мою сторону.

— Почему вас это интересует? Вы с Джонни развелись много лет назад.

Смех у Сэнди жёсткий, лишённый юмора.