Чтение онлайн

— Никак. Не принимается.

— Вот как? Тебе безразличны муки твоих собратьев?

— Мои собратья мертвы, и вам это хорошо известно.

— А... то есть всех остальных ты не считаешь своей стаей? Забавно. Хорошо, я ухожу. Завтра ты пожалеешь, что не согласился. Я прикажу казнить тебя последним. Ты будешь видеть, как огонь пожирает их тела, и слышать предсмертные стоны.

— Стойте! — цепи звякнули, Леслав встал. — Какое там у вас условие?

— А-а-а... Так и знала, что твое равнодушие всего лишь маска. Завтра ты признаешься при всех, что именно волки загрызли первую жену герцога.

Последовала долгая пауза. Дина под одеялом замерла, кусая костяшки пальцев.

— Волки не делали этого!

В ответ Эстель лишь рассмеялась.

— Ты уморителен! Делали, не делали... какая разница! Я люблю мужа и хочу, чтобы он обрел покой. Он хочет возмездия, он его получит.

— Допустим... — глухо сказал Леслав, выталкивая слова через силу, — допустим, я сделаю такое признание, и что тогда будет с остальными оборотнями?

— Думаю, герцог сменит гнев на милость. Во всяком случае, отменит для них казнь.

— Думаете или уверены?

— Думаю, что смогу уговорить мужа помиловать остальных. Ведь он хотел отомстить за смерть жены и сына, а больше его ничего не волнует.

— Хорошо. Я согласен.

— Что ж, я знала, что ты проявишь сострадание, оборотень.

Дина вылезла, когда шаги герцогини стихли. Леслав сидел и грыз соломинку, вытащенную из прорехи в тюфяке.

— Ты и правда признаешься?

Он пожал плечами.

— Если мне не удастся добраться до герцога и прервать его никчемную жизнь, то хотя бы избавлю от мучений остальных.

— Почему именно до герцога? — пробормотала Дина. — Эстель опаснее, как по мне.

— Не она же объявляла охоту на волков.

— А как она вообще появилась в замке?

— Примерно через полгода после гибели семьи герцога. Он уже издал указ об изгнании волков, а остальных обложил двойным налогом, но все еще можно было как-то жить. Потом появилась Эстель, сперва в качестве невесты. Говорили, что она боится выходить замуж за Вилена Черноозерского, вдруг ее постигнет та же судьба, что и первую жену герцога. Тогда-то он и объявил охоту. Каждый, кто приносил в замок волка живого или мертвого, получал вознаграждение. Сама понимаешь, что началось.

— И что? Люди начали охотиться на своих соседей, с которыми годами жили в мире и согласии?

Леслав пожал плечами.

— Ты не представляешь, какую власть имеют деньги. Но да, не все согласились получать кровавые деньги, и тогда пришла ночь Большой охоты.

Дина вздохнула и села рядом.

— Лес... я не хочу, чтобы ты умирал.

Он снова пожал плечами.

— Рано или поздно мы все умрем.

И тогда она стукнула его кулачком по спине.

— Нет! Только не ты.

Он взял ее лицо в свои ладони и вгляделся.

— Не знаю, как ты попала в наш мир, ведьмочка, но клянусь, что с тобой моя жизнь приобрела смысл. Я никогда не сказал бы тебе, что не переставал думать о тебе с того самого момента, как поймал тебя в тот день, если бы не все это... — он намеренно звякнул цепями. — Помнишь, как ты чуть не упала с лестницы?

Дина чуть улыбнулась, хоть весело ей не было ни капельки. Странно, она ведь тоже думала о нем с тех самых пор, как увидела первый раз.

— Но ты был так холоден и даже заносчив, — укорила она. — Как бы я могла догадаться об этом?

— Ты и не должна была догадаться. Оборотень не самая подходящая пара для такой девушки, как ты.

Дина отстранилась. Ох уж эти мужчины!

— В том мире, откуда я пришла, женщины давно решают сами, кто им пара, а кто нет. Мог бы и спросить мое мнение для начала.

— Теперь все равно уже поздно, — Леслав отпустил ее и подтолкнул к решетке. — Иди, а то стражники увидят тебя.

— И что? Посадят в тюрьму? — горько рассмеялась Дина, но все же вылезла через прутья наружу. — Я дойду до герцога, поговорю с ним.

— Если выберешься отсюда. Ты в темнице, не забыла?

Дина сморщилась, да, она и забыла, что и сама является пленницей.

— Иди! — приказал Леслав. — Не плачь обо мне. Я сам выбрал свою судьбу. Мог бы уйти вместе с Белым, но тогда... — он замолчал, — тогда я не встретил бы тебя, ведьмочка.

Дина поставила ногу на первую ступень лестницы и бросила прощальный взгляд на его лицо — в пляшущих тенях оно было сурово, но... улыбалось.

Первые пичуги возились в ветвях деревьев, приветствуя новый день. Лесная деревня просыпалась. Распахивались ставни; на крыльцо выходили женщины, смотрели в небо, прикрыв глаза ладонью: не нагонит ли ветер туч?

Дома в селении располагались вокруг круглой площади, в центре которой высился помост с натянутым поверх пологом, сшитым из шкур животных.

Лес окружал деревушку, нависал над ней кронами вековых сосен. Между деревьев тянулись тропки. Одна из женщин с пустым ведром направилась по одной из них туда, где шумел ручей, и вдруг остановилась. Мгновение она вглядывалась во что-то, а потом ахнула, уронила ведро и помчалась обратно, подобрав подол юбки.

Добежав до помоста, она дёрнула за верёвку на столбе, и по деревне разнёсся глухой металлический звук: "Бом! Бом!"

Когда жители собрались на площади, то увидели, как из леса, пошатываясь, вышел волк. На спине его, вцепившись лапами в шкуру, сидела сова. Волк поднял голову, увидел людей и устало выдохнул. Его лапы подогнулись, он лёг и уронил голову. Сова открыла круглые глаза, встрепенулась и неловко слетела со спины зверя. Крылья её распахнулись, но она тут же тяжело плюхнулась рядом с волком, который медленно обретал человеческие черты. Птица также распласталась на усыпанной хвоей земле и обернулась пожилой женщиной.

По толпе прошло волнение. Люди расступились, давая проход высокому мужчине с длинными белыми волосами.

— Белый... Белый... — шептались все.

— Что тут у вас?

Мужчина вышел вперёд и внимательно посмотрел на лежащего на земле щуплого паренька и женщину, которая гладила его по голове. Женщину он узнал: совы пользовались уважением у волчьего племени. Она увидела Белого и попыталась встать. Ноги плохо держали её, и тогда он быстро приблизился и помог ей подняться.

— Дошли, — пробормотала она. — Белый, ты же помнишь меня и мою сестру? Я Шуша, а это Миклуш. Мы бежали всю ночь, Миклуш ещё так мал. Помогите ему.